Расширение БРИКС и единая валюта: как это может изменить мировую экономику
С 1 января 2024 года объединение БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) будет официально расширено, в его состав войдут сразу шесть стран: Аргентина, Египет, Иран, ОАЭ, Саудовская Аравия и Эфиопия. На этом фоне появились обсуждения по созданию валюты союза. О том, как она может изменить ситуацию на международном рынке, перспективах и будущем развитии объединения рассказали эксперты, опрошенные ТАСС.
Перспективы расширения
Более 40 стран выразили заинтересованность в присоединении к БРИКС, отметил шерпа ЮАР в объединении Анил Суклал. При этом из них формальные заявки на вступление подали 23 государства . Директор департамента экономического сотрудничества МИД РФ Дмитрий Биричевский в интервью телеканалу «ТВ БРИКС» также сообщил , что большой интерес к партнерству с объединением проявляют Индонезия и Турция.
Читайте также
Новый мировой полюс силы — БРИКС: проблемы расширения и перспективы своей валюты
Сейчас БРИКС — это около 40% населения мира и более четверти мирового ВВП. С учетом расширения на союз будет приходиться около половины населения мира, и он будет включать трех крупнейших мировых производителей нефти: Саудовскую Аравию, ОАЭ и Иран. Таким мнением поделилась одна из ведущих индийских газет The Indian Express по итогам прошедшего саммита.
Присоединение новых стран может сделать союз «тяжеловесом» в экспорте углеводородов — особенно нефти, он покроет 42% всех мировых поставок, считает кандидат экономических наук, руководитель программы «Цифровая экономика» института международной экономики и бизнеса РУДН Софья Главина. «Расширенный блок будет содержать 75% мировых запасов марганца, 50% мирового графита, 28% мирового никеля и 10% меди. <. >Учитывая, что страны «пятерки» обогнали страны G7 по доле в мировом ВВП (31,5% против 30,7%), возможности для изменения системы есть. Но при этом стоит понимать, что не все приглашенные страны дали свое полное согласие на вступление», — рассказала эксперт.
При этом ключевой фактор объединения состоит в выстраивании всех отношений на равноправных основах. В нем не существует единой доминанты, а решения проблем достигаются с помощью консенсуса, отметил директор консалтингового агентства GR Group Андрей Громов.
Более того, на прошедшем в минувшем августе 15-м саммите БРИКС также затронули вопрос создания международной резервной валюты — ее планируют применять в мировой торговле. Предположительно, ее стоимость будет определяться на основе корзины валют стран объединения, то есть бразильского реала, российского рубля, индийской рупии, китайского юаня и южноафриканского рэнда. При этом вопрос создания новой валюты возник не в первый раз — изначально идею сформулировали еще в 2018 году на заседании клуба «Валдай».
Сможет ли заменить доллар?
Переход к новой валюте — глобальная стратегическая и очень трудная долгосрочная задача, рассказала директор по перспективным финансовым технологиям Российского экспортного центра Ангелина Акименко. «Если валюта БРИКС покажет свою устойчивость в среднесрочной перспективе, особенно на фоне неопределенности инфляционных ожиданий в отношении доллара, то это окажет максимальное влияние на развитие валюты как альтернативы твердым платежным средствам», — пояснила эксперт.
У БРИКС может появиться своя валюта. Какой она будет и для чего нужна
Экономист Белянчикова назвала два сценария создания резервной валюты в БРИКС
Страны БРИКС готовятся к созданию новой международной валюты, сообщил президент России Владимир Путин. Подобные платежные единицы были и ранее — тот же ЭКЮ, который в 1998 году сменил евро. Какой может быть альтернатива нефтедоллару — в обзоре «Газеты.Ru».
Страны БРИКС — Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южно-Африканская республика — работают над созданием новой международной валюты. Она будет основана на корзине валют стран БРИКС, сообщил президент России Владимир Путин на деловом форуме группы. То есть — бразильского реала, российского рубля, индийской рупии, китайского юаня и южноафриканского рэнда.
«Российская система передачи финансовых сообщений (СПФС) открыта для подключения банков стран «пятерки». Идет расширение географии использования российской платежной системы «Мир». Прорабатывается вопрос создания международной резервной валюты на основе корзины валют наших стран»,
— сказал Путин участникам Делового форума БРИКС.
Эксперт «БКС Мир инвестиций» Евгений Миронюк уточнил, что конкретные механизмы, на базе которых будет определяться эмиссия, стоимость и регулирование новой валюты, пока не известны.
Любая новая валюта на базе корзины других валют ставит организационные вопросы. В первую очередь — децентрализации ее выпуска и управления такими эмиссионными центрами. Также непонятно формирование курса», — отметил Миронюк.
Два сценария для новой валюты
Доцент кафедры мировых финансовых рынков и финтеха РЭУ им. Г.В. Плеханова Татьяна Белянчикова подчеркнула, что у стран БРИКС есть два сценария создания новой международной валюты для расчетов между странами группы.
Первый — введение наднациональной валюты, основанной на корзине валют стран БРИКС. Как уточнила Белянчикова, в этом случае резервная единица может использоваться в качестве платежного средства в международных расчетах в дополнение к национальным платежным единицам.
«Такая валюта может существовать. Данная идея не нова. И реализована она была не только в Европейской валютной системе (ЭКЮ, ECU) в 1979-1998 годах, хотя данный опыт был наиболее успешным. Был переводной рубль в рамках Совета экономической взаимопомощи, куда с 1949 по 1991 год входили Албания, Болгария, Венгрия, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия. Можно говорить о СДР (специальных правах заимствования) — валюте МВФ», — привела пример Белянчикова.
Как работал экю
ЭКЮ был валютной единицей в Европейском экономическом сообществе и Евросоюзе до 1998 года. В 1999 году был заменен на евро. ЭКЮ служило обобщенным представителем корзины валют стран, входивших тогда в европейскую валютную систему. В корзину входили бельгийский франк, немецкая марка, датская крона, испанская песета, французский франк, фунт стерлингов, греческая драхма, ирландский фунт, итальянская лира, люксембургский франк, голландский гульден, португальский эскудо. На 31 декабря 1998 года наибольшую долю в корзине занимали немецкая марка (31,96%) и французский франк (20,32%). ЭКЮ было введено только в безналичный расчет, но в некоторых странах выпускался в виде монет, облигаций и государственных займов. ЭКЮ был полноценным эталоном меры, счетной единицей, резервной валютой, использовался для расчетов между центробанками Европейской валютной системы.
По ее словам, сегодня существуют валютные региональные союзы, которые пошли по этому пути.
«Это, например, латиноамериканская искусственная валюта сукре, используемая странами АЛБА (альянс стран Латинской Америки и Карибского бассейна) и Эквадором. Несмотря на то, что проект существует с 2008 года, широкого распространения расчеты в данной валюте между странами — членами организации не получили. Есть и африканские проекты подобного толка», — уточнила Белянчикова.
Второй сценарий предполагает выделение одной из валют стран БРИКС для расчетов между странами группы.
«Выделение опорной валюты требует политического решения. Не все страны союза могут согласиться с тем, что в качестве подобной валюты выступит, например, китайский юань. Даже в рамках ЕАЭС создание наднациональной коллективной валюты продолжает находиться в дискуссионном поле», — уточнила Белянчикова.
Для чего нужна новая резервная валюта
Управляющий директор «Иволга капитал» Дмитрий Александров считает, что использование новой валюты, основанной на корзине, позволит избежать как финансовых, так и инфраструктурных рисков отдельных валют стран БРИКС.
По словам Александрова, новая валюта может использоваться для расчетов между правительствами стран БРИКС и в качестве резервной. В дальнейшем можно оценивать стоимость основных торгуемых между странами товаров в новой валюте, уточнил он.
«Вероятно, будет создана некая новая композитная валюта, которая будет состоять из валют стран БРИКС. В качестве долей той или иной валюты может использоваться, например, доля ВВП каждой страны в БРИКС. Или объем внешней торговли страны. Очевидно, что такая валюта не станет новым евро в формате БРИКС. Слишком разная структура экономик у этих стран, разные торговые и платежные балансы. Поэтому более логичным выглядит использование такой валюты для проведения внешнеторговых платежей, а также аккумулирования международных резервов», — указал начальник аналитического управления банка «Зенит» Владимир Евстифеев.
По мнению Миронюка, основой для курса новой корзины валют (новой валюты) станут рубль и юань.
«Наибольший объем товарооборота у всех стран БРИКС проходит с Китаем», — уточнил Миронюк.
Эксперт отметил, что если курс будет формироваться исходя из влияния курса национальных валют с поправкой на объем экономики (по ВВП), это будет невыгодно России.
С ними не согласился эксперт Института энергетики и финансов Даниил Катков. По его мнению, создание новой валюты на базе корзин валют стран БРИКС нецелесообразно.
«Это тяжело воплотить в жизнь. Рациональнее использовать юань. Он имеет меньшее из всех валют расхождение к доллару. Из всех валют он более устойчив к колебаниям за счет действий Центрального банка Китая. Поэтому, скорее всего, выбор падет на юань, а не валюты других стран БРИКС, которые подвержены девальвации. Не факт, что остальные страны согласятся использовать тот же бразильский реал или российский рубль», — отметил Катков.
По словам эксперта, к международной валюте на основе корзин стран может быть недоверие.
«Чтобы было доверие, нужно, чтобы все страны признали новую международную валюту — как страны БРИКС, так и остальные страны. И начали работать с ней. Это довольно тяжело будет сделать в текущих условиях. К юаню же точно будет доверие. Саудовская Аравия в середине марта заявила, что готова перейти на оплату юанем с Китаем за поставки нефти. Российский Центробанк также использует юань как резервную валюту — как раньше доллар и евро», — пояснил Катков.
Как быстро может быть создана новая валюта
По мнению Каткова, использование юаня в качестве валюты для расчетов участниками БРИКС — более быстрый путь, чем создание новой на основе корзин валют стран группы. При политической воле участников группы переход на резервную единицу на базе юаня может занять от нескольких месяцев до полугода.
«Технически создание новой валюты может занять немного времени. Основной вопрос, как быстро участники начнут активно использовать ее, а это точно вопрос нескольких лет», — согласился Александров.
Замдиректора инвестиционно-торгового департамента «Абсолют Банка» Андрей Зайцев уточнил, что СПФС в этом проекте вряд ли будет как-нибудь задействован.
«Для СДР он не нужен, а для гипотетической полноценной валюты крупнейшей экономикой БРИКС является Китай, который, скорее всего, пожелает разработать свою технологическую платформу. Технология несложная, за несколько месяцев можно создать с нуля», — указал Зайцев.
Какой будет эффект от этого механизма
«Введение новой валюты может сгладить волатильность курсов, позволит минимизировать влияние шагов денежно-кредитной политики основных Центробанков мира на экспортно-импортные потоки внутри БРИКС. В условиях массовой необеспеченной эмиссии ФРС США, ЕЦБ и Банка Японии, называемой политикой количественного смягчения, доверие к доллару, евро и иене в мире снижается. При этом разгон инфляции по резервным валютам служит катализатором данных процессов», — отметил Евстифеев.
По его словам, с точки зрения стоимости товаров внутри БРИКС эффект должен быть максимально нейтральным для самих стран-участниц.
«Намерение отойти от классических резервных валют повысит зависимость от состояния экономик стран БРИКС. Поэтому участникам придется периодически пересматривать долю той или иной валюты», — уверен эксперт.
И в случае выбора юаня в качестве новой валюты влияние на потребительские цены будет несильным. «Будет происходить конвертация юань-рубль. Сейчас она проходит через доллар. Вероятно, при переходе на расчеты в юанях на первых порах подорожают китайские товары», — уверен Катков.
По словам Белянчиковой, новая наднациональная валюта окажется жизнеспособной, только если будет действительно востребована. А для этого не столь существенно, каким будет общественный договор, и даже то, есть ли у такой валюты золотое или товарное содержание.
«Главное — чтобы за эту валюту можно было покупать то, что требуется резидентам и правительству той или иной страны. Такие валюты используются для расчетов за определенные категории товаров. Причем стратегически важные к ним, как правило, не относятся, за них просят твердые валюты. Поэтому иметь подобную валюту на балансе можно, но она должна быть востребована. Выход для достижения дедолларизации — все-таки переход в максимально возможном числе случаев на расчеты в национальных валютах. В том числе — при заключении двусторонних контрактов между конкретными «дружественными» стран», — считает Белянчикова.
Подписывайтесь на «Газету.Ru» в Новостях, Дзен и Telegram.
Мы сообщаем главное и находим для вас интересное.
Силуанов рассказал о перспективах создания валюты БРИКС на замену доллару
Страны БРИКС могут заняться созданием общей расчетной единицы, альтернативной доллару, заявил телеканалу CGTN в рамках саммита БРИКС министр финансов России Антон Силуанов. «Сейчас основной упор в развитии торговых отношений делается именно на расчеты в национальных валютах. Мы видим возможности обсуждения создания единых расчетных систем. Это может быть расчетная единица для стран — членов БРИКС. Не то что единая валюта, как в ЕС, а расчетная единица как альтернатива доллару, в которой могут выражаться стоимости товарных поставок, бенчмарки по каким-то товарам, с тем чтобы не зависеть от единой валюты или того эмиссионного центра, который непонятно как осуществляет эмиссию этих денежных знаков», — сказал министр (цитата по ТАСС).
Единая валюта БРИКС будет одной из ключевых тем обсуждения XV саммита группы БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР), который проходит в эти дни в южноафриканском Йоханнесбурге под председательством ЮАР. Перспектива создания объединением своей единой валюты обсуждалась еще на XIV саммите БРИКС в июне 2022 года. О планах поднять этот вопрос на XV саммите в ЮАР министр иностранных дел России Сергей Лавров говорил еще в январе этого года. Тогда он заявил, что «серьезные, уважающие себя страны» должны создавать свои механизмы для обеспечения устойчивого развития, которое «будет защищено от диктата извне».
В августе шерпа ЮАР в БРИКС Анил Суклал заявил, что создание единой валюты БРИКС является долгосрочным проектом. «Думаю, сейчас нам надо работать над тем, чтобы достичь большей гибкости и проводить расчеты в национальных валютах, используя собственные системы, которые находятся за пределами традиционных западных систем», — отмечал он. Опрошенные South China Morning Post эксперты в июле этого года также называли создание единой валюты БРИКС основным вопросом на повестке саммита в ЮАР. Тем не менее, как отмечала доцент кафедры устойчивого развития и глобального управления Университета Тафтса Михаэла Папа, единого мнения по этому вопросу нет до сих пор. «Саммит необходим для изучения того, как совместно реагировать на основные глобальные проблемы, укреплять местные валюты БРИКС и трансграничную торговлю, а также управлять расширением блока», — говорила она. Бывший чиновник Белого дома Джо Салливан говорил SCMP, что многие страны, особенно в Африке, давно жаждут создания многосторонней организации, отражающей интересы глобального Юга. В то же время это может вызвать противоречия внутри БРИКС из-за потенциального усиления Пекина, отмечал Салливан.
Единая валюта БРИКС может появиться уже в августе: будет конкурентом доллару
Идея создания единой валюты стран-участниц БРИКС обсуждается уже не первый год, однако сейчас ее воплощение близко, как никогда ранее. В преддверии саммита в ЮАР, который должен состояться в этой августе, об этом синхронно сообщили сразу несколько западных изданий со ссылкой на свои источники. Страны БРИКС, в которых совокупно проживает 43% населения планеты, хотят ускорить начавшийся процесс дедолларизации мировой экономики, защитить себя от возможных санкций и любых ограничений в международной торговле. Как будет выглядеть новая валюта и сможет ли она заменить доллар США, «МК» обсудил с экспертами.
Предложение о создании единой валюты БРИКС первый раз официально было озвучено еще в 2018 году на дискуссионном клубе «Валдай». В тот момент ее видели как аналог СДР (аббревиатура от «Special Drawing Rights» — специальные права заимствования — так называется условная расчетная единица МВФ, используемая при международных расчетах и предоставлении кредитов). Предполагалось, что новая резервная валюта будет состоять из корзины валют стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР). А назвать ее собирались R5 в честь количества членов блока и наименований валют стран-участниц, каждое из которых начинается с буквы «R»: real, rouble, rupee, renminbi (это название в переводе с китайского означает «народные деньги», то есть юань), rand. В тот момент дальше заявлений с высоких трибун дело не пошло.
Доллар – главный источник нестабильности
Однако в прошлом году к идее создания валюты БРИКС снова вернулись — по инициативе нашей страны, оказавшейся под жесткими западными санкциями. Летом 2022 года президент Владимир Путин подтвердил планы блока создать собственную валюту для международной торговли, способную заменить доллар. По его словам, она должна быть основана на корзине валют входящих в БРИКС государств. Напомним, что сегодня на страны-участницы этого объединения приходится 27% мировой поверхности суши, 43% населения Земли и 26% мирового ВВП. По прогнозам портала Statista, специализирующего на анализе мировых рынков, рост этого показателя в государствах-участниках объединения будет опережать мировые темпы и увеличится с $24,2 трлн в 2021 году до $39,4 трлн к 2027 году, то есть на 62%.
Так или иначе, идея новой валюты БРИКС начала приобретать реальные очертания, и косвенным признаком этого является интерес, проявленный к ней в западной прессе накануне саммита, который начнется 22 августа в ЮАР. Согласно французскому изданию Echos, появление новой международной валюты ускорит процесс дедолларизации. Сегодня на долю БРИКС приходится четверть мирового ВВП и 18% мировой торговли. И этого может оказаться достаточно для «денежных амбиций по созданию многополярного мира, в котором не будут доминировать США». Американский деловой журнал Fortune также осветил возможные последствия от создания новой валюты БРИКС, учитывая стремление таких крупных стран, как Саудовская Аравия, Иран, Объединенные Арабские Эмираты ускорить процесс дедолларизации. Издание обратило внимание на то, что центральные банки этих стран в последние месяцы стремились перевести большую часть своих валютных резервов из доллара в золото.
Возвращение к золотому стандарту, отменённому американцами в 1976 году в ходе Ямайской конференции, в новой валюте БРИКС, судя по западным публикациям, тоже обсуждается. США такая идея, разумеется, не по душе. О возможности обеспечения новой валюты ценным ресурсом рассуждают и в России. Чаще всего эксперты указывают на нефть или газ, но есть и более экзотические предложения. Так, в марте зампредседателя Госдумы Александр Бабаков указывал, что новая валюта может быть обеспечена таким реальным ресурсом, как земля и редкоземельные металлы (сейчас они активно используются в микроэлектронике). «Ни евро, ни доллар не обеспечены ничем, а наши страны могут сделать то, что было разрушено Бреттон-Вудской системой», — пояснил он свою идею.
На последней конференции ШОС, которая прошла в онлайн-формате 4 июля, Китай призвал активнее отказываться от доллара и переходить на расчеты в национальных валютах. Настрой Пекина понятен, ведь власти КНР и раньше называли доллар «основным источником нестабильности и неопределенности в мировой экономике».
Корзина ценностей
Однако реальность создания новой валюты пока туманна. Даже позитивно относящиеся к этой идее эксперты очень аккуратны в своих рассуждения о том, как именно будет реализован данный проект. «Это будет инструмент, похожий на советский переводной рубль, — полагает член наблюдательного совета Гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александр Разуваев. — Если такое решение будет принято, то эта валюта будет привязана к «корзине ценностей» из золота, нефти, возможно, каких-то других сырьевых товаров. Я не уверен, что это правильное решение. Думаю, что странам ШОС и БРИКС нужно просто переходить на юань. У этой валюты нет никаких политических рисков».
Большинство аналитиков указывают на трудности, с которыми могут столкнутся страны блока при его воплощении в жизнь. «Для быстрого создания альтернативы текущей доллароцентричной системе необходима политическая воля других крупных стран помимо России — Китая, Индии, Бразилии, — отмечает главный аналитик «Совкомбанка» Михаил Васильев. — Однако США и Европа остаются ключевыми торговыми партнерами Китая, Индии, Бразилии и других крупных стран. Ясно, что США будут до последнего бороться за сохранение гегемонии доллара и для этого использовать всю свою политическую, экономическую, финансовую и военную мощь».
Если Россия из-за санкций вынуждена быстро искать альтернативу доллару и евро, то другие страны БРИКС пока имеют достаточно времени и, вероятно, продолжат использовать преимущества долларовой системы до последнего, поэтому создание такой независимой от США системы может занять годы и будет наталкиваться на яростное сопротивление со стороны американцев. «БРИКС — это искусственная агломерация стран, некоторые из которых имеют слабые экономические связи друг с другом (например, Россия с Бразилией или с ЮАР), — продолжает разговор начальник аналитического управления банка БКФ Максим Осадчий. — Кроме того, торговые потоки внутри БРИКС не сбалансированы. Россия в текущих условиях будет накапливать запасы этой неликвидной коллективной валюты — подобно тому, как наша страна уже накопила запасы неликвидных индийских рупий. Скорее всего, коллективная валюта БРИКС если и будет создана, то станет средством расчетов в операциях между центральными банками стран блока».
Кроме того, у участников наднационального объединения есть и собственные противоречия. «Проблема создания новой валюты в том, что внутри БРИКС есть конкурирующие экономики — Китай и Индия, — отмечает руководитель программы «Цифровая экономика» ИМЭБ РУДН Софья Главина. — При этом практически отсутствует общий рынок, таможенный или экономический союзы». Ранее страны уже сталкивались с такими вызовами, и преодолеть их блоку в полной мере не удалось. Так, дискуссии о новой платежной системе на базе БРИКС — аналоге SWIFT — ведутся начиная с 2009 года, однако эти идеи так и не были реализованы. Стоит отметить, что существуют и альтернативные проекты, например, Бразилия и Аргентина рассматривают возможность создания новой валюты внутри Латинской Америки — «sur» (что в переводе с испанского — «юг»). Для этого региона характерна высокая инфляция, а создание общей валюты приведет к определенному «размыванию» проблем, указала эксперт.
Главным вопросом в процессе дедолларизации будет не поиск альтернативы американской валюте, а скоординированные усилия стран БРИКС по уходу от экономической долларовой модели. «Показателен пример с евро, внедрение которого с момента зарождения инициативы до денежной эмиссии заняло несколько десятилетий, — говорит директор управления продаж и клиентского обслуживания ИК Fontvielle Руслан Спинка. — Странам с разным уровнем экономического развития и геополитическими амбициями порой сложно договориться между собой». В случае с БРИКС, с одной стороны, стимулов для ускорения процесса больше, чем было у ЕС, с другой — экономическая поляризация стран блока значительна, и это может стать проблемой.
«Даже если решение о единой валюте и примут, то оно, скорее, будет носить стратегический характер», — считает управляющий директор AM Capital Алексей Мурашев. Тактически же в ближайшие годы более вероятен вариант с усилением юаня как валюты крупнейшей экономики БРИКС. Кроме того, будет наращиваться доля национальных валют в трансграничных переводах, подчеркнул эксперт.