Как открыть икошу

Eikosha или как пользоваться

Ну и тк первый раз взял, то начал искать как правильно пользоваться. Наткнулся на статью где говорят открывать со стороны наклейки и не один пост об этом повествует, не которые писали, что еще надо пропитку обворачивать вокруг мела. Но когда открыл, обратил внимания, что надписи перевернуты… И полез дальше искать.
Чтобы кто нибудь не сделал криво, как это сделал я, то решил выложить инструкцию.

И так первая открывается сторона без наклейки и ничего не оборачивается.
Через 4-5 месяцев (как уменьшится запах) открываем вторую сторону.
ПС. Расскажите японцам, как правильно пользоваться. Видео прилагаю

Меловые ароматизаторы Eikosha. Подробная информация

Предыстория
Наверняка даже самый убежденный запахоненавистник когда-либо чувствовал аромат в машине, который ему нравился. Это мог быть запах кожаного салона, тонкий запах духов или, быть может, просто приятный запах новой чистой машины, который нам так любезно навязывает дилер.
У всех нас разные вкусы: кто-то любит классическую ёлочку, болтающуюся на потолочной ручке (и чем её больше в салоне, тем лучше), кто-то радуется бутылочке с ароматическим маслом, вкоряченной на выдув воздуховода, ну а кто-то вообще ездит без каких-либо ароматизаторов потому, что так и не нашёл свой аромат.
До последнего времени я относился к последней категории, т.к. распространенные в гипермаркетах «вонючки» у меня скорее вызывали отвращение и головную боль, нежели позитивные эмоции и желание держать их в салоне. На волне весеннего обострения поддавшись массовой эйфории я стал жертвой незамысловатой рекламы и тоже решил «попробовать» меловые ароматизаторы Eikosha.

Меловой ароматизатор Eikosha
Про японскую ароматическую продукцию Eikosha я слышал ещё до покупки машины. У многих эта ароматная консервная баночка оставалась по наследству от прошлых хозяев машины, особенно если это был японец благородного происхождения, поэтому даже я успех понюхать некоторые «старые» ароматы.
Первое и основное, что стало решающим в выборе ароматизатора себе в машину — характерная для Eikosha ненавязчивость. Запахи несильные, не привлекают ненужного внимания в машине, а скорее наоборот гармонично дополняют собой салонный запах. То, что они долговечные, уже и так понятно, ведь у многих эти баночки ездят в машине по 10 лет.
Сразу же оговорюсь, я не берусь утверждать, что какие-то запахи лучше, какие-то хуже, — восприятие исключительно субъективно. Дотошные японцы наверняка просчитывали, какие ароматы будут популярны, а какие нет, поэтому пущенные в производство точно найдут своего воздыхателя.

Ароматы Eikosha
Ассортимент ароматов очень велик, при чём стоит заметить, что для России и стран СНГ этот ассортимент несколько отличается от ассортимента для азиатского рынка.
Так, например, внимательно изучив официальный японский сайт Eikosha и сравнив его с сайтом российского представительства, можно обнаружить следующие ароматы, нам недоступные (дословный перевод с английского):
Relax Shampoo (059070) — фруктовый аромат зеленого яблока и ванили;
Pop Girl (059097) — фруктово-цветочный аромат белых цветов;
Shower Bouquet (059098) — аромат зеленых фруктов;
Bright Musk (059101) — аромат белого мускуса;
Coral Shine (059102) — фруктовый аромат личи, розы и мусса;
Healing shower (059103) — цитрусовый аромат лайма, жасмина и ландыша.

Возможно, они станут доступны нам позже, а возможно, что и никогда. На сайте российского представительства приведена сводная таблица влияния разных ароматов Eikosha на настроение и здоровье человека. Информация абстрактная, но кто верит в гороскоп, тому она будет полезна:

На текущий момент актуальный ассортимент ароматов Eikosha, доступных для заказа, следующий (смысловой перевод с английского, в скобках собственные ощущения от аромата):

Серия Air Spencer Spirit Refill (A, железная банка с пластиковой крышкой):
A-1 Цитрус (Citrus 059000) — цитрусовый аромат апельсина, мандарина и ванили;
A-5 Лимон Лайм (Lemon Lime) — аромат лимона и лайма;
A-9 Свежесть (Squash 059010) — аромат свежего лайма и апельсина;
A-11 Яблоко (Apple 059012) — кисло-сладкий аромат спелого яблока;
A-14 Грейпфрут (Grapefruit 059014) — горьковатый аромат свежего грейпфрута;
A-15 Зеленый Бриз (Green Breeze 059015) — сладковатый аромат фруктов и барбариса (напоминает запах одеколона);
A-16 Кельнский Дождь (Shower Cologne 059016) — аромат диких цветов с нотками мандарина, жасмина, розы и сандала;
A-19 Морская Свежесть (Marine Squash 059019) — аромат морского бриза с нотками жасмина и ванили (напоминает запах сладкого лимонада);
A-20 Счастье (Happy) — цитрусово-цветочный аромат яблока и сливы;
A-22 После Дождя (After Shower 059022) — сладкий цветочно-древесный восточный аромат цитрусовых масел и зеленого чая;
A-24 Кристальная Свежесть (Clear Squash 059024) — смесь цитрусовых, цветочных и фруктовых ноток с добавлением сандала и оливкового дерева;
A-25 Xu (Xu 059025) — аромат с нотками лайма, бергамота, папируса и мускуса;
A-26 Королева Ночи (Night Queen) — женский аромат листьев мандаринового дерева, цветов шелковичного и апельсинового дерева, розы и редкого цветка с Ямайки под названием «Королева ночи», а также аромата ванили и сандала;
A-28 Цитрусовый Коктейль (Sazan Squash 059028) — аромат апельсина, лимона, лайма и содовой (напоминает запах цитрусовой жвачки);
A-31 Аква (Aqua Shower 059031) — аромат сочетает морские и фруктовые нотки с добавлением кедра и мускуса;
A-34 Яблочная Свежесть (Apple Squash) — смешанный аромат кислых и сладких яблок;
A-36 Сакура (Sakura) — сладковатый аромат цветущей сакуры;
A-37 Самурай (Samurai Man 059037) — аромат розы, бергамота и лимона в сочетании с жасмином и ванилью (напоминает мужской одеколон);
A-42 Розовый Дождь (Pink Shower 059042) — аромат зеленых листьев и яблока (сладковатый яблочный запах);
A-43 Белый Мускус (Whity Musk 059043) — сладкий фруктовый аромат белого мускуса;
A-44 Дикая Ягода (W Berry 059044) — аромат земляники, малины и смородины (сладкий ягодно-карамельный аромат);
A-45 Хлоя (Chloette 059045) аромат восточных цветов, розы, личи, фрезии и виргинского кедра;
A-50 Красавчик (Sexy Boy) — мужской аромат мяты и грейпфрута, сандала и мускуса;
A-51 Милашка (Sexy Girl) — аромат лимона, сандала и мускуса;
A-52 Лимонная Свежесть (Lemon Squash 059052) — цитрусово-цветочный аромат с добавлением сандала;
A-55 Наступающая Ночь (Tonight 059055) — цитрусово-цветочный аромат сандала, смородины и груши;
A-56 Мускусный Дождь (Misky Shower 059056) — цветочный аромат со сладостью белого мускуса;
A-57 Искрящаяся Свежесть (Sparkling Squash 059057) — аромат лимона, лайма и апельсина;
A-60 Зеленый Чай (Green Tea) — аромат зеленого чая, абрикоса, имбиря и кардамона;
A-64 Соблазнительная Свежесть (Sexy Squash) — мужской цитрусовый аромат;
A-65 Xu Белый (Xu White) — аромат чая даржилинг и цветочных, ванильных, мускусных и древесных ноток;
A-67 Мелкий Дождь (Mist Shower 059067) — фруктово-цветочный аромат белого мускуса (напоминает шампунь для волос);
A-69 Гучини (Gucini 059069) — восточное сочетание лимона, лайма, апельсина, лаванды и сирени;
A-73 Восточная Свежесть (Dry Squash 059073) — аромат цитрусовых и имбиря;
A-75 Кофе с карамелью (Caramel Cafe) — сладкий кофейный аромат Латте Макиато с карамелью;
A-85 Ледяной Шторм (Blue Musk 059085) — фруктовый аромат с нотками сандалового дерева;
A-86 Нежная Роза (Rosado) — аромат розы и магнолии;
A-100 Воздушная Сладость (Joli Air 059100) — фруктово-цветочный аромат яблока и персика.

Серия Brilliant (H, железная банка с хромированной крышкой):
H-40 Свежесть (Squash) — аромат свежего лайма и апельсина;
H-41 Кельнский Дождь (Shower Cologne) — аромат диких цветов с нотками мандарина, жасмина, розы и сандала;
H-42 Морская Свежесть (Marine Squash) — аромат морского бриза с нотками жасмина и ванили (напоминает запах сладкого лимонада);
H-43 После Дождя (After Shower) — сладкий цветочно-древесный восточный аромат цитрусовых масел и зеленого чая;
H-44 Чистая Свежесть (Clear Squash) — смесь цитрусовых, цветочных и фруктовых ноток с добавлением сандала и оливкового дерева;
H-45 Love Xu: мужской аромат с цитрусовыми нотками (предположительно снят с производства);
H-46 Королева Ночи (Love Night Queen) — женский аромат листьев мандаринового дерева, цветов шелковичного и апельсинового дерева, розы и редкого цветка с Ямайки под названием «Королева ночи», а также аромата ванили и сандала (предположительно снят с производства);

Серия Spirit 21 Air Spencer Cantule (R, железная банка с креплением на воздуховод):
R-11 Морская Свежесть (Marine Squash) — аромат морского бриза, жасмина и ванили;
R-13 Яблочная Свежесть (Apple Squash) — смешанный аромат кислых и сладких яблок;
R-14 Сакура (Sakura) — сладковатый аромат цветущей сакуры.

Отличие серии A от H лишь в оформлении банки; серия R довольно громоздкая и едва ли украсит своим видом машину, а серия GIGA малоинтересна ввиду своей недолговечности — аромат быстро выдыхается. Именно по этим причинам имеет смысл брать только серию A (Air Spencer Spirit Refill).

Пробники Eikosha
Очевидно, что даже после перевода с английского, аромат понятнее не станет, нужно нюхать и подбирать на свой вкус. И, к счастью, это можно сделать с помощью пробников. Почти все ароматы представлены в виде пробников.

Чтобы заказать пробник, достаточно к артикулу желаемого аромата добавить в конце BOT так, чтобы артикул стал следующего вида:
A1BOT Цитрус (Citrus 059000) — цитрусовый аромат апельсина, мандарина и ванили;
A5BOT Лимон Лайм (Lemon Lime) — аромат лимона и лайма;
A11BOT Яблоко (Apple 059012) — кисло-сладкий аромат спелого яблока;
A14BOT Грейпфрут (Grapefruit 059014) — аромат свежего грейпфрута;
A15BOT Зеленый Бриз (Green Breeze 059015) — сладковатый аромат фруктов и барбариса;
A42BOT Розовый Дождь (Pink Shower 059042) — аромат зеленых листьев и яблока;
A44BOT Дикая Ягода (W Berry 059044) — аромат земляники, малины и смородины;
A57BOT Искрящаяся Свежесть (Sparkling Squash 059057) — аромат лимона, лайма и апельсина.

Себе я заказал следующие пробники:

Пробник представляет собой пластиковую бутылочку, в которую помещен войлочный стержень с пропиткой.

Нюхать удобно, да и цена пробника несоизмерима со стоимостью банки, поэтому в случае неудачи не так обидно потратить 50 руб. вместо 500 руб.

Кроме того, пробник всегда можно положить в шкаф, кладовку или на антресоль, чтобы освежить закрытое помещение, или же передать знакомому, чтобы и он смог определиться с ароматом.

Японский оригинал и китайские подделки
На качественные изделия, пользующуюся спросом, всегда есть подделки. Согласитесь, это хороший показатель, ведь китайцы всегда пытаются подделать хорошую продукцию, и ароматизаторы Eikosha не исключение.
У японского оригинал есть ключевые признаки, по которым его можно отличить от подделки. Вот они на примере банки A-37 Самурай (Samurai Man 059037):

Кроме того, оригинальная упаковка серии А абсолютно глухая, никаких окошечек или отверстий на коробке нет.

Правильная эксплуатация
Не раз видел посты людей, которые пишут другим людям инструкции не разобравшись.
Первое и основное — баночку нужно открывать сначала с той стороны, где нет желтой метки на язычке. Надпись «To avoid leakage, pls, open other side first» дословно означает «Чтобы избежать протечки, пожалуйста, сначала откройте другую сторону».

На обеих сторонах банки присутствует схематичная инструкция по эксплуатации. Сначала открываем верхнюю крышку, где нет желтой наклейки на язычке, а после ослабевания аромата открываем уже вторую крышку (со стороны дна). Никаких других действий не требуется.
Видел, что кто-то умудряется выковыривать из банки мел и войлочную полоску с пропиткой, чтобы потом завернуть мел в полоску, ссылаясь на инструкция.

Этого делать нельзя, ведь это инструкция по утилизации, а не по эксплуатации. Ароматизатор устроен следующим образом — внутри банки в изолированном друг от друга состоянии находятся мел (шайба в середине) и войлок с ароматической пропиткой (полоска по периметру), они не должны касаться друг друга. Войлок является ароматизатором, а мел — адсорбентом, т.е. при контакте ароматизатор нейтрализуется адсорбентом, что и указано в инструкции по утилизации.
Теперь поясню, почему банку не стоит сначала открывать со стороны, где желтая наклейка на язычке.

Если сделать это преждевременно, то присутствующая там ароматическая жидкость будет испаряться быстрее, чем нужно, и может разлиться по салону в случае сильной тряски или если банка наклонится/упадет. Да, запах будет интенсивным, но менее долговечным. Производитель не хотел такой эксплуатации своей продукции, поэтому рекомендовал открывать тыльную сторону только после ослабевания аромата.

Итоги. Размещение ароматизатора
Многие любят размещать банку в напольной консоли в нишах под стаканы/бутылки, однако при этом стоит учитывать, что жидкость ароматизатора едкая и при проливании может нанести непоправимый вред пластику и лакированным поверхностям.
Я себе положил банку под водительское кресло, чуть в отдалении от выхода воздуховода в ноги задних пассажиров. У такого размещения следующие плюсы:
— банка не видна и не занимает место в нише под стакан/бутылку;
— аромат менее интенсивный и ненавязчивый;
— с напольного покрытия уходит неприятный запах сырости в мокрую погоду, т.к. меловой адсорбент находится непосредственно на напольном покрытии;
— в случае необходимости усиления аромата можно сдвинуть банку под воздуховод, чтобы теплый воздух поступал непосредственно на ароматизатор.

Аромат A-37 Самурай (Samurai Man 059037) по началу мне не очень понравился запахом мужского одеколона/дезодоранта, однако по истечении месяца ненавязчивый аромат стал частью машины и уже не кажется чем-то инородным. Ни от кого из пассажиров не услышал упрека о навязчивом запахе, а чувствительная к резким запахам супруга аромат одобрила. Чем-то напоминает AXE Chocolate.

Пусть вас окружают приятные запахи! Спасибо за внимание и оставайтесь на волне Tenebris.

P.S. Теперь всё самое актуальное будет появляться сначала в Instagram, а позже уже в бортжурнале со всеми подробностями. Не пропустите!

村八分 – 村八分 Live ’92 And Session ’90

Only available with a book of posthumous lyrics and other writings — Kazushi Shibata, «Chabo Ikoshu 1950-1994 Almost Unpublished Notebooks» (「チャー坊遺稿集 1950-1994」).

Отзывы

Добавить отзыв

Релиз

«Release» — скопировать код

Редактировать релиз
Обновлен недавно

For Sale on Discogs

No items for sale for this Release.

Как открыть икошу

Он бы отдал жизнь Ольга Володарская
Пережив смерть близких людей и скандальный развод, Диана уехала в Испанию. Там она надеялась найти душевный покой, но в ее жизни появился он… Дэвид. Мужчина с удивительными глазами, огромной татуировкой и… тайнами, которые и не спешил раскрывать. Диана практически ничего о нем не узнала за три недели отношений. А когда в доме Дэвида нашли труп и сам он куда-то исчез, стало ясно — даже то немногое, что он о себе рассказывал, было ложью…
Он давно жил по документам, оформленным на чужое имя. Если бы так же легко можно было изменить и судьбу! Однако сделанного не вернешь, и он считал свою жизнь конченой, пока… не встретил Диану. Но прошлое напомнило о себе, когда он меньше всего ожидал…
Ольга Володарская
Он бы отдал жизнь
Пролог
Крот.
Такая была унего кличка.
Он ею обзавелся еще до того, как начал заниматься тем, чему посвятил последние пятнадцать лет своей жизни. Крот, когда служил вармии, травмировал глаза. Стех пор они стали крайне чувствительными. Особенно их резало, когда ярко светило солнце. Но даже вобычный ясный день глаза покалывало. ИКрот был вынужден носить темные очки. Первые он смастерил сам. Круглые инепроницаемо-черные. Оправу сварил, покрасил лаком, авместо стекол вставил закаленную органику. Ему казалось, что он выглядит очень круто. Как рок-звезда. Но его внешний вид вызывал улюдей другую ассоциацию. За глаза его все стали звать Кротом. Сначала его это обижало, но потом ему даже понравилось его прозвище…
Крот. Звучит круто.
Лаконичное слово стремя согласными. Раскатистое, громкое.
Крот- идеальная кличка для наемного убийцы.
Аон занимался именно этим- убивал людей за деньги. Первое время за небольшие, впоследнее- за огромные. УКрота была безупречная репутация ибольшой «стаж». Те, кто, как ион, работал вэтой сфере влихие девяностые, вбольшинстве своем уже отдыхали на том свете. Кто-то отбывал пожизненное заключение. Единицы сменили род деятельности. АКрот пока находился «встрою». Но чувствовал: пора на пенсию. Ине то чтобы ему стало тяжело работать: он был еще молод, находился впрекрасной физической форме иодуше не задумывался, потому что не верил вее существование. Просто всех денег не заработаешь. Атех, что удалось скопить, ему слихвой хватит до конца жизни, даже втом случае, если старуха скосой явится кнему лет эдак через сто.
Последние два года Крот брал очень мало заказов. Три-четыре вгод. Ккаждому делу готовился сневероятной тщательностью. Разрабатывал план, просчитывал все варианты развития событий ипродумывал выходы из каждого затруднительного положения. Он брался только за те дела, что были ему по силам. Аесли понимал, что риск попасться или быть подстреленным неоправданно велик, отказывался от самых крупных гонораров.
То дело, которое он взял сейчас, он посчитал сначала невыполнимой миссией. Нужно было убрать троих одновременно внаикратчайший срок. То есть без тщательной подготовки. Да еще на чужой территории- во Франции. ВРоссии Кроту работалось легче. Дома, как говорится, истены помогают…
Но он всеже взял заказ. Только гонорар потребовал вдвое больше того, что предлагали. Ирешил для себя, что это дело будет… предпоследним. Унего еще имелся должок. Но он подождет. А«невыполнимая» миссия нет. Завтра те трое, которых заказали, должны быть мертвы. Если хотябы один выживет, это будет считаться провалом ион не получит две трети гонорара, только аванс. Крот знал, что доведет дело до конца влюбом случае. Но это опять риск. Унего уже случилась осечка. Причем не так давно. Он не смог убить спервого раза. Нужно было все обставить так, будто человек покончил ссобой. Крот столкнул его скрыши двенадцатого этажа. Но «клиент» умудрился выжить. Его увезли вбольницу…
Крот нашел его там идобил. Он дорожил иденьгами, исвоей репутацией.
Он посмотрел на часы. Пора!
Вкармане пистолет сглушителем, врукаве- нож, вокруг запястья намотана проволока. Сумка свещами, которые могли пригодиться, как то: респиратор, баллончики сгазами, смена одежды ипрочий камуфляж, внутри здания. Принес испрятал еще вчера. Инаметил путь отхода.

«Все должно получиться!»- сказал себе Крот. И,внутренне собравшись, зашагал кзданию гостиницы выполнять свой предпоследний заказ.
Часть первая. Несколькими днями ранее…
Глава1
Диана сидела за столиком кафе под открытым небом иждала, когда ей принесут заказ. Стоял чудесный вечер. Теплый, но не душный, как впоследние несколько дней. Сморя дул приятный ветерок. Диана подставляла ему лицо, позволяя ворошить распущенные волосы. Краем глаза она уловила движение всвою сторону- это подошел официант.
— Презент от директора,- сказал он, поставив перед ней стопку стемной жидкостью. Вкачестве аперитива, как она поняла, он принес бренди.
Диана поблагодарила официанта. Затем директора, упитанного пожилого мужчину, которого звали Пепе. Он стоял возле стойки бара ипосылал ей воздушные поцелуи. Диана не сразу поняла, чем вызван такой интерес кее персоне, пока не заметила, что ветер раздувает не только ее волосы, но ипышную юбку. Усмехнувшись про себя, она зажала ее между колен. Пепе тяжело вздохнул иудалился вподсобное помещение.
Диана отхлебнула бренди, осмотрелась. Народу вресторане было много, свободными оставались всего два столика. Она слышала отом, что взаведении Пепе готовят отличную паэлью, вот иявилась сюда. Остальныеже, судя по всему, пришли просто провести вечерок за бутылочкой хорошего вина.
Тут вресторане появился еще один посетитель. Диане он был знаком.
Первый раз она увидела этого мужчину неделю назад на пляже. Она загорала, он сидел втеньке ичитал газету. Диана не обратилабы на него никакого внимания, еслибы не одежда. Стояла жара, все, кто не загорал или купался, были всарафанах, шортах, майках, асидящий на лавке облачился вплотные джинсы ичерную рубашку сдлинным рукавом. Ктомуже на ногах не сандалии, шлепки или хотябы мокасины, азакрытые ботинки. Создавалось ощущение, что мужчина попал на раскаленную набережную по недоразумению. Собирался вкакой-нибудь сумрачный Лондон, но чудом оказался вБланесе. Единственная деталь его имиджа, соответствующая погоде,- это солнечные очки. Непроницаемо-черные, втонкой серебристой оправе.
Диана немного понаблюдала за теплолюбивым незнакомцем, отметила, что он читает английскую газету, ипошла купаться. Когда вернулась, лавка оказалась пустой.
На следующий день они снова встретились, на этот раз вечером. Диана выходила из магазинчика, где продавали сладости, незнакомец внего заходил. На нем опять были темные очки, но совсем иная одежда: светло-серый льняной костюм, черная футболка. Самое то для вечера. Незнакомец придержал перед Дианой дверь. Она поблагодарила его по-английски. Он лишь кивнул вответ. Причем очень серьезно, без улыбки. Диана еще подивилась этому. Иностранцы обычно очень приветливы.
Ивот прошло еще два дня. Иснова встреча! Впринципе вэтом не было ничего удивительного, Бланес- городок маленький, ивсеже Диана подумала,уж не преследуетли он ее? Инемного испугалась. Хотя во внешности незнакомца не было ничего устрашающего. Возраст- около сорока. Рост- чуть выше среднего. Пропорциональная фигура. Темно-русые, очень коротко стриженные волосы. Загорелое, гладко выбритое лицо справильными чертами. Вухе бриллиант. Его Диана заметила только сейчас…
Незнакомец сел за столик. Взял меню из рук официанта иуглубился вего изучение, предварительно сняв очки. Унего оказались густые, хорошей формы брови и…
Удивительные глаза!
Вродебы карие. Авокруг зрачка тонкий, но очень четкий белый кружок. Диана даже подумала сначала, что это линзы. Потому что не бывает таких контрастных глаз!
Незнакомец заметил ее пристальный взгляд ипосмотрел на нее.
Она отвернулась.
На сцене пел по-испански пожилой исполнитель. Диана стала смотреть на него. Тот тутже среагировал иначал посылать ей пылкие взгляды: играл своими седыми бровями, то прищуривался, то подмигивал. Уж такие они были, эти пожилые испанцы, неравнодушные кслабому полу. Диана сначала пугалась, когда кней вдруг скриком подлетал какой-нибудь местный, но потом поняла, что они просто желают сделать ей комплимент.
— Ваша паэлья, сеньорита,- услышала Диана голос официанта.- Ивино…
Диана посмотрела на поднос, на котором стояла среднего размера сковородка срисом иморепродуктами ибутылка дорогущего «Vega Sicilia». Онаже заказывала обычный херес. Ивсего фужер.
— Вы что-то путаете,- сказала она официанту.- Это не мое вино. Яего не заказывала.- Исудивлением спросила:- Или это очередной презент от директора?
— Вино заказал для вас вон тот сеньор!- Иофициант указал на столик, за которым сидел знакомый незнакомец.
Диана посмотрела на него. Мужчина ей улыбнулся. Скупо, не разжимая губ, но приветливо. Диана ответила на его улыбку. Икивком поблагодарила за вино. Официант откупорил бутылку инаполнил ее бокал. Диана сделала глоток. Вино оказалось превосходным.
Диана не знала, надоли позвать мужчину за свой столик, чтобы он составил ей компанию, или стоит подождать, когда он сам подойдет кней, чтобы познакомиться. Она никогда не оказывалась вподобной ситуации. Бывали случаи, когда ей присылали шампанское или цветы, но она всегда отказывалась от презентов. Тогда она была замужем, атеперь…
Теперь одинока. Причем давно. Ижелание познакомиться скем-нибудь интересным не оставляло ее последние дни…
Пожалуй, оно возникло… как раз тогда, когда она увидела незнакомца впервые…
Да, совершенно точно! Она нырнула вморе смыслью отом, что пора уже ей перестать наказывать себя одиночеством иприсмотреться кокружающим ее мужчинам. Ведь их так много вэтом приморском городке! Иместные, итуристы. «Никаких серьезных отношений,- говорила себе Диана.- Только необременительный курортный роман… Мне сейчас нужно именно это!»
Ивот она сидит вресторанчике, пьет вино, присланное интересным мужчиной, иждет, когда он подойдет, чтобы познакомиться…
Аон почему-то медлит.
Диана оторвала взгляд от своей тарелки спаэльей иукрадкой посмотрела на незнакомца. Он допивал кофе. Допив, положил на столик купюру ивстал из-за стола. Диана сделала вид, что поглощена едой. Самаже внутренне собралась, готовясь лучезарно улыбнуться мужчине, когда он подойдет кней представиться исказать комплимент его вкусу на вина.
— Приятного вечера,- услышала она его голос иподняла голову.
Мужчина проходил мимо нее, все также сдержанно улыбаясь. Диана открыла рот, чтобы сказать хотябы «спасибо», но он уже удалился.
Растерянная, она вернулась кеде ивину. Выпить всю бутылку не получилось. Диана оставила чуть меньше половины. Расплатившись, ушла. Настроение, несмотря на легкое опьянение, было никудышным.
Придя домой, Диана сразу легла, но уснуть смогла только часа через полтора, ито при помощи снотворного. Пробудилась поздно истяжелой головой. Так всегда бывало после сонных таблеток. Поэтому Диана не любила их принимать.
Умывшись, она отправилась на пляж. Только купание могло привести ее внорму.
— Доброе утро,- услышала она знакомый голос.
— Здравствуйте,- откликнулась Диана.
Мужчина со странными глазами снова сидел на той лавочке, где был замечен впервые. Вруках- газета. На глазах- солнцезащитные очки. Одет втолстовку испортивного покроя брюки. На ногах кроссовки. Вид такой, как будто он отправился на раннюю утреннюю пробежку, амежду тем на часах уже больше одиннадцати.
— Вам не жарко?- спросила вдруг Диана.
— Немного. Поэтому сижу втени.
Вопрос: «Ане легче былобы одеться во что-то более подходящее?»- так ивертелся на языке, но Диана его не задала. Вконце концов, это не ее дело, какую одежду человек носит. «Апотом унего, может, от солнца крапивница,- предположила она.- Или псориаз на руках, ион его стесняется…»
— Спасибо вам за вино, оно было очень приятным,- поблагодарила мужчину Диана ипошла дальше. Хотя, еслибон попросил ее присесть, она, пожалуй, согласиласьбы.
Она выкупалась. Стало намного лучше. Даже есть захотелось. Диана вышла на берег, вытерлась. Лавка, на которую она нет-нет да ипоглядывала, оказалась пустой. Когда мужчина успел уйти, она не заметила. Вроде только что сидел…
Она полежала немного, обсохла. Ивсе равно купальник был еще влажным, когда она натягивала сарафан. Надо было остаться еще хотябы минут на пятнадцать, но очень хотелось есть.
Пока Диана одевалась, на нее пялились два паренька, похожие на немцев. Они давно приметили ее ипостоянно устраивались неподалеку. Диана мысленно хмыкнула, представив себя объектом их сексуальных фантазий. Наверняка пареньки думают, что она горячая штучка, имечтают заняться сней сексом прямо на пляже, желательно втроем.

«Зналибы они, какая яна самом деле…- подумала Диана уже без веселья.- Холодная лягушка… Так меня называл бывший муж, обожающий, преданный, сдувающий сменя пылинки, аглавное- очень тактичный. Другойбы обзывал фригидной. Аон лишь холодной лягушкой. Ито крайне редко…»
Диана не обижалась на супруга. Потому что на правду не обижаются. Она на самом деле была отвратительной любовницей. Исамое ужасное то, что Диана даже не старалась это исправить. Она крайне редко хотела секса иотдавалась мужу лишь тогда, когда унее возникало желание. Его желания- не всчет. Любые. Но это касалось только интимной жизни. Востальном Диана была идеальной женой. Вобществе королевой, дома хозяйкой, на кухне поварихой. Вот только впостели проституткой быть отказывалась. Категорически. Муж пытался пробудить вней страсть иудовлетворить свою, прибегая кизощренным ласкам, но Диана быстро их пресекала. Они не разжигали ее, аскорее наоборот. Было противно. Ита искорка желания, которая загоралась, тутже гасла. Когда муж понял это, перестал приставать кней со своими сексуальными играми, ограничиваясь поцелуями вгубы игрудь иполовым актом вклассической позе.
Еслибкто-то узнал отом, как протекает их интимная жизнь, не поверилбы. Авсе потому, что внешне Диана была настоящая секс-бомба. Высокая, стройная, сбольшой грудью, сочными губами, миндалевидными глазами цвета кофе изолотисто-каштановыми волосами до лопаток. Когда Диана выходила всвет, накрашенная, спрической, вдекольтированном платье, ее принимали за модель. Но не обычную, аэротическую. Для обычной она была слишком фигуристой. Вдомашней обстановке Диана выглядела не так блестяще, ивсеже ее грудь трудно было не заметить. Она угадывалась даже под мешковатыми свитерами, так любимыми ею.
Вот инемецкие подростки не остались кее бюсту равнодушными. Пялились они прежде всего на него.
Она засунула влажное полотенце всумку ипошла. Диана так спешила попасть домой, что не заметила человека, который сидел на террасе ресторанчика ипристально на нее смотрел. Диана прошла мимо него, но вдруг почувствовала взгляд, устремленный ей вспину. Она обернулась.
— Это опять я,- улыбнулся незнакомец.- Хорошо, что вы заметили меня, ато яне осмелился вас окликнуть…
— Вы за мной следите?
— Да.
Диана напряглась:
— Вы не шутите?
— Нет, не шучу.- Он встал из-за столика иподошел кней.- Яна самом деле занял это место, чтобы проследить, как вы пойдете сморя.
— Авчера? Ипозавчера?
— Наши предыдущие встречи были случайны. Но вних нет ничего удивительного. Бланес- городок маленький.
— Ятоже думала об этом, когда встречала вас.
— Могу япригласить вас на обед? Вэтом ресторане подают лучшую вБланесе паэлью. Как японял, вы ее любите.
— Спасибо за приглашение, но яне смогу.- Она красноречиво показала на мокрые разводы на своем сарафане.
— Ятак понимаю, вы живете недалеко.
— Впяти минутах ходьбы.
— Что мешает вам сходить переодеться, пока повар будет готовить?
Диана задумалась. Видя ее сомнения, незнакомец наконец озвучил свое имя. По всей видимости, подумал, что это поможет ей принять решение.
— Да, забыл представиться. Меня зовут Дэвид,- ипротянул крупную, красивой формы кисть.
— Диана.- Она вложила свою ладонь вего руку. Дэвид не поцеловал ее, как она ожидала, алегонько пожал.
— Так что, Диана, вы решили? Пообедаете со мной?
— Хорошо.
Дэвид явно обрадовался ее согласию. Улыбаясь, даже губы разжал, сверкнули зубы. Они оказались отличными. Это Диану порадовало. Ато она решила, что Дэвид так скуп на улыбки потому, что давно не был устоматолога.
Пообещав вернуться через пятнадцать минут, она удалилась.
Оказавшись дома, быстро ополоснулась, убрав волосы под резиновую шапочку. После душа накрасила ресницы итронула блеском губы. Оделась вдлинную юбку из марлевки имайку на широких бретелях. Волосы собрала втугой узел на затылке. На все это ушло не больше десяти минут. Диана умела быстро собираться.
Перед тем как уйти, она кинула взгляд на свое отражение взеркале иосталась довольна. Выглядела она не шикарно, авсего лишь миленько. Чего, собственно, идобивалась.
Когда Диана вернулась вкафе, Дэвид сидел за темже столиком. Пил минералку со льдом илаймом. Разгадывал кроссворд вгазете. Очки при этом он задрал на лоб, иДиана увидела две морщинки между его красивыми бровями.
— Не ожидал!- воскликнул он, заметив ее.- Вернулись ровно через пятнадцать минут, надоже!
— Через шестнадцать,- поправила она, сверившись счасами.- Так что извините за опоздание…
— Прекрасно выглядите.
Диана не стала ничего говорить вответ, просто прошла за столик исела. Дэвид тутже сделал официанту знак, итот принес им графин клубничной сангрии.
— За знакомство?
— За знакомство.
Они чокнулись широкими бокалами ивыпили.
— Вкусно,- отметила Диана. До этого она не пробовала местной сангрии.
— Это на каве.
— На шампанском?
— Да.
— Явообще-то его терпеть не могу.
— Все девушки любят шампанское, авы нет?
— Я- нет. Предпочитаю крепкие напитки. Втом числе вина. Тотже херес.
— Значит, яне угадал вчера свином…
— Онет, угадали. Оно было бесподобным.- Диана глотнула сангрии.- Только бутылка- слишком много для одного. Ядумала, вы присоединитесь ко мне.
Она испытующе на него посмотрела, ждала, что он как-то отреагирует на ее реплику, но Дэвид только улыбнулся.
Принесли паэлью. На большущей сковороде дымился рис, перемешанный скреветками, мидиями, кальмарами. Диана давно отказалась от мяса. Но когда-то ее любимым блюдом был плов. Впаэлье она нашла ему замену.
Дэвид наклонился над сковородкой ивтянул носом ароматный пар.
— Потрясающе пахнет,- констатировал он.
— Шафраном,- кивнула Диана.
— Испанией,- улыбнулся Давид.
Она мысленно сним согласилась. Еслибы страны унее ассоциировались сзапахами, то Испания пахлабы именно шафраном.
— Налетаем!- скомандовал Дэвид, разложив паэлью по тарелкам.
Иони «налетели».
Паэлья оказалась удивительно вкусной, как Дэвид иобещал. Диана расправилась со своей порцией так быстро, что ей даже стало немного стыдно. Накинулась, как будто ее не кормили неделю!
Дэвид тутже положил ей добавки. Но Диана уже насытилась итеперь ела медленно.
— Дэвид, ты англичанин?- Думала она по-русски имысленно обращалась кнему на
«вы», теперьже перешла на «ты».
— Нет, ямакедонец. Петков моя фамилия. Но вАнглии ятоже жил.- Он внимательно на нее посмотрел.- Аоткуда родом ты?
— Акак тебе кажется?
— Думаю, ты ирландка. Но не чистокровная. Пожалуй, один из твоих родителей, как ия, родом сБалкан. От него ты взяла свои глаза.
— Не угадал.
— Неужели? Тогда кто ты, Диана?
— Ярусская.
Удивление Дэвида было настолько огромным, что его не удалось скрыть.
— Почему ты так ошарашен?- улыбнулась Диана, впервые заметив, как Дэвид пораженно округляет свои невероятные глаза.
— Не знаю. Наверное, потому, что ты говоришь по-английски очень легко ичисто.
— Ясдетства изучала язык вспецшколе инекоторое время, как иты, жила вАнглии. Конкретно вЛондоне. Однако англичане акцент чувствуют. Ядумала, ты тоже. Но теперь, когда выяснилось, что ты македонец, все встало на свои места.
— Ты ивнешне не похожа на русскую.
— Мы все разные, Дэвид. Внас намешано очень много кровей. Уменя бабка из Средней Азии. Мамина мама. Она из Самарканда. Уотца дед сЗападной Украины.- Диана хмыкнула.- Авообще ярусская!
— Яуже это понял,- как всегда, скупо улыбнулся он. Затем сменил тему:- Давно живешь вБланесе?
— Месяц снебольшим. Аты?
— Полтора года, но сперерывами. Тут зимой довольно холодно, ияперебираюсь на Канары.
— Ни разу там не была…
— О,там замечательно!- Ион стал рассказывать ей оТенерифе.
Вскоре они покончили испаэльей, иссангрией. Выпили кофе сфруктовым десертом. Дэвид расплатился, иони покинули ресторан.
Он пошел ее провожать. По пути они разговаривали ни очем. Болтала больше Диана. Авсе потому, что чувствовала волнение ипыталась его скрыть. Дэвид ей нравился. Очень нравился. Иэто ее скорее пугало, чем радовало. Хотя она идумала оромане, но влюбляться не планировала. Хотелось, испытав легкую симпатию, потянуться кмужчине идать ему себя соблазнить. Впредставлении Дианы эти отношения должны были продлиться максимум неделю, а,закончившись, оставить приятные воспоминания без оттенка грусти, ауж тем более горечи. Еслиже она сблизится сДэвидом, то увлечется им не на шутку. Ато иполюбит по-настоящему. Аей этого совсем не надо. Ни вданный, совсем не подходящий для серьезного романа момент, ни вообще. Диана боялась сильных чувств, бежала от них. Она изамуж вышла за мужчину, ккоторому испытывала лишь симпатию, притом что был вее жизни тот, от кого она теряла голову…
От Дэвида тоже могла потерять. Она чувствовала это. Иочень боялась…
— Что стобой?- спросил вдруг он.
— Что?- испугалась Диана, решив, что чем-то себя выдала.
— Ты морщишься. Изжога? Уменя от паэльи она часто бывает. Поэтому яредко ее ем.
— Да, что-то вжелудке нехорошо,- соврала Диана, хотя никакого дискомфорта не испытывала. Паэлья была именно тем блюдом, которое ее желудок всегда воспринимал отлично.
— Вот аптека, давай зайдем, купим лекарства.
— Онет, не нужно, уменя дома есть. Вот мы, кстати, ипришли…
Она не знала, что делать: пригласить его на кофе или поблагодарить за обед ираспрощаться. Но Дэвид все решил за нее.
— Спасибо за общество. До свидания.
Сначала Диана испытала облегчение, но потом…
Ей стало обидно. Она чтоже, ему совсем не нравится как женщина, раз он бежит от нее так скоро?
— Может, зайдешь выпить кофе?- выдавила из себя Диана.
— Срадостьюбы, да не могу. Уменя встреча через полчаса.

«Еще содной любительницей паэльи?- собидой подумала она.- Или сангрии? Ее ты тоже очаровываешь своей щедростью ибезупречными манерами? Или уже очаровал, исейчас вы будете предаваться страсти на огромной кровати сшелковыми простынями…
— Япродаю свой дом,- сказал Дэвид.- Через полчаса придет потенциальный покупатель…
Она не успела как-то отреагировать на эту реплику. Дэвид, помахав ей рукой, удалился.
Весь следующий день Диана искала его глазами. Везде: на пляже, на набережной, вресторанах. Она отобедала там, где они ели паэлью, отужинала уПепе. Официант встретил ее как родную. Ипринес ту самую бутылку. Он закрыл ее крышкой иубрал вхолодильник, потому что такое вино обязано быть выпито, пусть ичерез день, ион не сомневался, что Диана вернется, чтобы сделать это.
Она допила вино. Заказала еще стаканчик хереса. Съела тапас. Прослушала до конца программу…
Дэвид так ине появился.

«Ихорошо,- сказала себе Диана, струдом подавив разочарование.- Сглаз долой, из сердца вон…»
Однако ночью она спала плохо из-за того, что ей снился Дэвид. Утром она поднялась сбольной головой. Хотела искупаться, но шел дождь. Из-за погоды настроение еще больше ухудшилось. Диана даже поплакала немного. Но так как она давно запретила себе хандрить, то заставила себя взбодриться. Крепкий кофе изарядка помогли вэтом.
Дождь еще не закончился, но стал гораздо тише. Диана накинула дождевик ивышла из дома. Улицы города были пустынны. Уморя тоже никого. Только на лавочке сидел Дэвид под огромным зонтом.
— Доброе утро,- поприветствовал он Диану.- Удивительная погода, не правдали?
— Не люблю дождь,- сказала она.
— Да? Почему тогда ты сейчас тут, ане сидишь сбокалом хереса усебя вквартире?
— Мне захотелось прогуляться. Не люблю долго сидеть взаперти. Даже сбокалом хереса.- Она опустилась на лавочку рядом сДэвидом.- Аты, как японимаю, любишь дождь?
— Обожаю. Только если он идет не очень часто. ВЛондоне иСанкт-Петербурге яне могу жить дольше месяца-двух.
— Ты жил вПитере?- удивилась она.
— Бывал, скажем так…
Диана думала, что он продолжит фразу, но Дэвид замолчал. Достав из кармана своей кожаной куртки фляжку, протянул ее Диане.
— Что там?- спросила она перед тем, как сделать глоток.
— Херес, конечноже.
— Почему «конечно»?
— Язнал, что встречу тебя, поэтому взял его ссобой. Лично явдождь предпочитаю пить коньяк.
Диана отпила хереса. Он оказался отличным: терпким, выдержанным, сбогатым букетом. Дэвид не скупился на дорогое вино. Он наверняка мог себе это позволить. Этот мужчина производил впечатление не просто небедного, аочень обеспеченного человека. Он всегда был дорого одет, носил платиновые часы одной из самых известных швейцарских марок, абриллиант вего ухе был крупным иидеально чистым- когда-то Диана носила украшения сдрагоценными камнями инаучилась вних разбираться.
— Чем ты занимаешься?- спросила она, передав ему фляжку.
Дэвид сначала отхлебнул вина, затем ответил:
— Пью херес скрасивой женщиной.
— Апо жизни?
— Пью коньяк вгордом одиночестве,- улыбнулсяон.
— Так ты алкаш?- перешла на шутливый тон иона.
— Нет, япьяница.
Диана шутя ткнула его кулаком впредплечье. УДэвида оказались железные мускулы.
— Яживу на проценты,- неожиданно серьезно ответил он.- Когда-то уменя был крупный бизнес. Япродал его, аденьги положил вбанк.
Диана мысленно присвистнула. Сумма, по всей видимости, вбанке была очень значительной, раз он мог позволить себе жить на проценты безбедно.
— Апочему не вложил во что-нибудь?- полюбопытствовала она.
— Так спокойнее.
— Понимаю,- кивнула она.- Яживу примерно по томуже принципу.
Дождь кончился. Дэвид сложил зонт, Диана откинула капюшон дождевика.
— Сейчас выглянет солнце,- сказал Дэвид, взглянув на небо.- Будет жарко.
— Хорошо. Яхочу искупаться.
— Море штормит, вода не очень чистая. Лучше вбассейне искупайся.
— Уменя его нет.
— Зато есть уменя. Причем большущий. Приглашаю.
— Дом еще не продан?
— Нет. Язаломил слишком высокую цену. Все пугаются.
— Твой дом так хорош?
— Сама посмотришь.
Они зашли кней, Диана быстро переоделась. Вэто время Дэвид стоял на балконе исмотрел на пляж. Диана тоже часто любовалась морем. Особенно по утрам. Вид бескрайней лазурной глади действовал на нее умиротворяюще.
Вилла Дэвида находилась впятнадцати минутах ходьбы от ее дома. Стояла она встороне от остальных строений, уподножия горы. Ивотличие от других вилл была обнесена глухим кирпичным забором трехметровой высоты. Заметив удивленный взгляд Дианы, Дэвид прокомментировал этот факт:
— До меня домом владел довольно известный футболист, за этим забором он прятался от папарацци ифанатов. Ясначала хотел снести его ипоставить такой, как тут принято,- невысокий, кованый, изысканный, но потом решил все оставить как есть итеперь по двору голышом хожу.
Тем временем они подошли кворотам. Дэвид открыл их ипригласил гостью зайти.
Войдя, Диана огляделась ивосхищенно воскликнула:
— Какая красота!
Это был не просто дежурный комплимент, она на самом деле пришла ввосторг от увиденного. ВБланесе не так много зелени ицветов, как обычно бывает вприморских городках, но двор виллы Дэвида весь утопал врастительности. Пальмы, пинии, туи, кипарисы, фигурки животных, вырезанные из кустарников, дикий виноград, вьющийся по стене дома. Асколько цветов! Они росли везде: на клумбах, ввазонах, кашпо идаже внебольшом прудике плавали кувшинки илилии.
— Кто ухаживает за этим великолепием?- спросила Диана.- Неужели ты?
— Нет, что ты! Садовник приходит два раза внеделю.
Он провел гостью через дом кбассейну. Он оказался трехуровневым, сджакузи. Бассейн был выложен изумрудно-голубой плиткой, ивода казалась похожей на океанскую уберегов каких-нибудь Мальдив. Диане не терпелось погрузиться внее.
— Чувствуй себя как дома,- сказал Дэвид.- Япойду переоденусь ивозьму для нас полотенца.
Диана кивнула ибыстро стянула ссебя сарафан. Когда Дэвид скрылся из виду, она уже нырнула вводу, причем сголовой, чего обычно не делала.
Диана резвилась вбассейне, когда Дэвид вернулся. Через его шею было перекинуто два белоснежных полотенца, вруках он нес по высокому стакану счем-то холодным- на дне плавали кубики льда, аеще дольки лайма икакие-то листики. Дойдя до столика, Дэвид поставил на него коктейли (Диана решила, что это мохито), затем положил полотенца на шезлонги иподошел кбортику бассейна. На нем были простые черные плавки. На теле почти нет волос, только на ногах. Абсолютно гладкая грудь. Никаких украшений: ни цепочки, ни крестика, ни гайтанчика. Все это былобы лишним, потому что торс Дэвида покрывала татуировка. Огромный дракон «сидел» на его спине, раскинув крылья, его длинная шея обвивала предплечье, аморда покоилась на груди Дэвида. Татуировка была сделана согромным мастерством. Дракон как живой. Диана поймала себя на мысли, что глупо прятать такую красоту под одеждой…

«Не для тоголи делают нательные рисунки, чтобы их показывать,- думала она.- АДэвид как будто именно тату искрывает, потому что ни псориаза, ни прыщей, ни крапивницы на его коже нет. Она идеально чистая изагорелая, причем никаких белых полосок. Вот сейчас плавки немного приспустились на талии, апод ними тотже шоколадный загар…»
Пока Диана размышляла об этом, Дэвид нырнул. Ушел под воду легко, грациозно, стихим всплеском. Зато вынырнул, подняв кучу брызг. Специально, чтобы похулиганить. Диана таким Дэвида еще не видела. Всегда сдержанный, даже чуть суховатый, атут расшалился как мальчишка.
Его настроение передалось Диане. Она брызнула внего, затем поднырнула ищипнула за большой палец ноги. Дэвид всвою очередь схватил ее за ноги, выдернул из воды, взвалил себе на спину иначал катать, как маленькую девочку. Она визжала от восторга, думая отом, что вот это ребячество именно то, чего ей не хватало. Она впервые за долгое время по-настоящему расслабилась!
Наигравшись, они выбрались из бассейна иразвалились на шезлонгах. Оба хотели пить, имохито (Диана угадала) пришлось как нельзя кстати.
— Хорошо,- выдохнула она, довольно зажмурившись.- Надо было имне дом покупать сбассейном. Пусть ине такой шикарный.- Она посмотрела на Дэвида.- Апочему ты свой продаешь?
— Хочу сменить… дислокацию.
— Надоел Бланес?
— Надоела Испания.
— Икуда собираешься переехать?
— Подальше. Рассматриваю Бразилию.
— Серьезно?
— Вполне. Веришь, яни разу там не был, хотя мечтал сдетства. Это моя хрустальная мечта, как уОстапа Бендера.
— Ты читал Ильфа иПетрова?- поразилась Диана.
— Да. Ачто тут такого. — ивдруг замялся.- Прости, все забываю, что не сказал… — Он стал мрачным.- Уменя жена была русской. Поэтому ямного из вашего читал. Ифильмы смотрел. Ипесни знаю. Про подмосковные вечера ипро коня…- Он нахмурил густые брови.- Как его? Коня, которого нельзя морозить…
— Ой, мороз, мороз,- тихо запела Диана,- не морозь меня. Не морозь меня, моего коня…
— Здорово поешь,- похвалил Дэвид.
— Да, явхоре солировала очень давно, еще вшколе. Но все равно спасибо.- Она отхлебнула мохито.- Ачто ствоей женой? Просто живете отдельно или развелись?
— Она была гражданской, так что…
Этот разговор ему явно не нравится. Диана пожалела, что начала его. Она боялась ответных вопросов оличной жизни. Освоем бывшем муже она не хотела вспоминать. Совершенно! Иеслибы Дэвид задал ей вопрос, похожий на тот, который адресовала ему она, Диана его простобы проигнорировала.
— Давай еще поплаваем?- предложила она и,не дожидаясь его согласия, нырнула. Дэвид последовал за ней.
На сей раз он вел себя спокойно. Просто плавал от борта кборту, поглядывая на Диану, но ничего не говорил. Она чувствовала напряжение, возникшее между ними. Решила, что все это из-за ее любопытства. Дэвиду не понравилось, что она сунула нос вего личную жизнь, вот он иотдалился. «Пора ичесть знать!- решила она.- Домой пойду…»
Клесенке они подплыли почти одновременно. Дэвид достиг ее секундой раньше. Взявшись за поручень, он обернулся, когда рука Диана скользнула по тыльной стороне его ладони.
— Прости,- пробормотала она.
— Это ты прости…
— За что?
— Вот за это…
Ион, развернув ее ксебе, поцеловал. Коротко, но очень страстно. Диана толи от неожиданности, толи от гормонального всплеска, вызванного жарким прикосновением его губ, аскорее иот того, иот другого, потеряла под ногами опору исоскользнула со ступеньки, перетекая вобъятия Дэвида.
Дальше все было как втумане! Диана чувствовала жар его губ, тела. Даже прохладная вода этому не мешала!
Он подсадил ее на ступеньку лестницы, заставил обнять его ногами ицеловал, целовал…
Они выбрались из бассейна. Дэвид за руку провел Диану кшезлонгу, что стоял втени пальмы. Уложил ее на него. Ей было не очень комфортно из-за того, что они оба мокрые. СДэвида капало. Апод ее поясницей образовалась лужа. Хотелось вытереться, азаодно обсушить его. Дэвид, как будто прочитав ее мысли, взял полотенце истал обтирать Диану. Затем вытерся сам. Второе подсунул ей под спину…
Иснова поцелуи, касания, ласки…
Диана не успела заметить, когда он развязал бретельки ее купальника. Иверхние, инижние! На ней было бикини, трусики тоже завязывались.
— Ты такая красивая,- прошептал Дэвид, отстранившись немного, чтобы рассмотреть ее.
Она знала, что выглядит прекрасно. Ее тело почти безупречно, даже несмотря на то, что вИспании она поправилась на пять кило. Другаябы на месте Дианы гордилась своей статью, аей… ей было все равно! Да, унее красивое тело, ичто? Это не залог счастья! Хотя другие, возможно, думают иначе…
— Мне особенно нравится вот эта родинка,- услышала Диана.- Ивот эта…
Унее было полно родинок на животе, иона их немного стеснялась. Но Дэвид нашел их соблазнительными ицеловал каждую, что попадалась на глаза. Не грудь ее роскошную, ародинки на немного заплывшем жирком брюшке…
Диана почувствовала острое желание. Такого она никогда не испытывала. Ни смужем, ни сдругим, любимым своим первым мужчиной. Ей нравились поцелуи Дэвида, его нежные, ласкающие прикосновения. Ей нравился его запах. Икожа, на ощупь гладкая, прохладная. Ей нравилась его татуировка, хотя до встречи сДэвидом нательные рисунки казались ей малопривлекательными. Ей нравилось все… Но до конца расслабиться унее так ине получилось.
Когда Дэвил вошел внее, Диана напряглась еще больше. Желание стало угасать ичерез пару минут совсем пропало. Диана уже жалела, что отдалась Дэвиду. Все равно никакого удовольствия не получит, зато проблем может нажить себе запросто. Он даже презерватив не надел!
Дэвид отстранился изаглянул ей влицо. Несколько секунд он не отрываясь смотрел Диане вглаза, затем разомкнул объятия, сел.
— Яповел себя неправильно, прости,- сказал он, взяв ее за руку.- Налетел на тебя как голодный тигр…
— Нет, нет, все впорядке.
Дэвид закутал ее вполотенце, встал ипотянул Диану за собой. Он вел ее за руку вдом. Она думала, они идут вспальню, но оказалось- вванную. Вней, кроме джакузи, имелась еще ипросторная душевая. Дэвид зашел внее, включил воду, встал под струи ипоманил за собой Диану. Она судовольствием присоединилась кнему…
Теплая вода… Карамельный запах геля для душа. Сильные мужские руки, скользящие по ее телу… Нежные поцелуи ввисок, щеки, губы, шею…
Диана наконец расслабилась.
Дэвид почувствовал это, но события торопить не стал. Когда они оказались на кровати, он стал делать ей легкий эротический массаж. Он длился так долго, что Диана не выдержала сладкой пытки исама привлекла Дэвида ксебе, желая, чтобы он овладел ею…
Он двигался неспешно, но напористо. Как будто исполняя какой-то неведомый ей танец любви. Диана отдалась воле Дэвида. Позволила «вести» ее. Откликаясь на каждое его движение, она испытывала небывалое блаженство. Сколько длился этот ритуальный танец, Диана не знала. Ей казалось- вечность. Начавшись как медленный вальс, он перетек вгорячую сальсу, азакончился каким-то бешеным африканским танцем…
Диана даже как будто слышала звуки тамтамов…
Или это колотилось ее сердце?
— Это было потрясающе,- прошептала она, облизнув пересохшие губы.
— Да,- ответил Дэвид. Он лежал сзакрытыми глазами, сжимал ее руку иулыбался умиротворенно.- Ивсе благодаря тебе…
— Почему мне?- удивилась она.
— Ты потрясающе нежная истрастная женщина.
— Я?Издеваешься? Я- холодная лягушка.
— Лягушка?- переспросил он идаже глаза открыл, чтобы посмотреть на Диану.- Кто тебе такое сказал?
— Бывший муж!- Она наконец призналась втом, что унее он когда-то был.
— Извини меня, конечно, но твой бывший муж- дурак.
— Ятебя извиняю,- улыбнулась Диана, уткнувшись носом Дэвиду вплечо.
— Ктебе просто нужен особый подход, вот ивсе.
— Икакой подход ко мне нужен?
— Тебя надо очень долго готовить. Не пять минут, как мы, мужики, привыкли. Апятнадцать, двадцать. Для тебя важнее прелюдия, чем сам акт. Ты любишь нежность, легкие прикосновения ипоцелуи, ане изощренные, порнографические ласки…- Он перевернулся на бок, обнял Диану за талию иприжал ксебе.- Неужели твой муж этого не понимал?
— Нет. Иядумала, все мужчины таковы.
— Нас надо дрессировать, как, как…
— Цирковых пуделей?
— Скорее, как котят. Если не научить их ходить вгоршок, они будут гадить там, где им вздумается.
Диана рассмеялась.
— Иктоже приучил кгоршку тебя?
— Моя первая девушка.- Дэвид откинулся на спину, но руку не убрал- продолжал обнимать Диану иприжимать ксебе.- Она была старше меня. Гораздо. Если конкретно, то на пятнадцать лет.
— Ого!
— Да. Мне было тогда семнадцать. Ятолько окончил школу, поступил вуниверситет. Был невзрачным скромнягой. Одногруппницам не нравился. Идаже не мечтал осексе среальной, ане воображаемой девушкой вближайшие несколько лет. Ивот иду как-то по улице ивижу женщину неземной красоты.
— Прямо-таки неземной?- ревниво переспросила Диана.
— Ну, мне так показалось. Сейчас ябы назвал ее просто очень привлекательной барышней. Она была чем-то похожа на тебя. Умопомрачительная грудь, большие глаза, только голубые, длинные волосы. Явстал как вкопанный, увидев ее. Реально! Аж папку свою сконспектами выронил! Она подошла, подняла ее, сунула мне вруку сласковой улыбкой. Потом она сказала мне, что привыкла кмужскому вожделению. Но ясмотрел на нее не спохотью, асвосхищением. Иона… Она что-то во мне увидела. Не пойму что. Она могла выбрать любого. Аостановила свое внимание на мне, семнадцатилетнем ботане.
— Быть может, ей нужен был именно такой семнадцатилетний ботан? Не испорченный, способный восхищаться, удивляться, учиться чему-то?
— Наверное, ты права. Потому что она начала меня дрессировать ссамой первой ночи. Она позволила мне провести половой акт, как яхотел, апотом стала проводить
«работу над ошибками».
— Ты влюбился внее?
— Без памяти. Ядаже хотел жениться на ней, несмотря на разницу ввозрасте. Да только она уже была замужем. Аяей понадобился вкачестве сексуальной игрушки на тот период, пока ее супруг был вплавании. Он уходил внавигацию на полгода.
— То есть через полгода тебе дали от ворот поворот?
— Не совсем, мне велели уйти на дно. На те полгода, что муж дома. Но по истечении этого срока меня снова принялибы всвои объятия. Будь япостарше, ябы срадостью согласился стать ее постоянным любовником. Но мне было семнадцать. Вэтом возрасте все максималисты. Ярасстался сней. Страдал ужасно. Года три. Потом остыл. Алет вдвадцать пять снова встретился сней. Опять случайно. Она сильно изменилась за эти годы. Поправилась, обабилась, остригла свои чудесные волосы исделала «химию». Но яузнал ее. Аона меня, хотя ятоже очень изменился- стал мужиком. Мы поболтали за чашкой кофе иразошлись. Явидел, она хотела предложить мне пойти кней, но не решилась. Уменя возникло такое желание, но яподумал, что хочу оставить эту женщину всвоей памяти такой, какой она была семь лет назад. Больше мы не виделись. Но она навсегда осталась в…- Он задумался на миг.- Да, пожалуй, не только вмоей памяти, но исердце…
— Это здорово!
— Да. Ярад, что все получилось именно так, как получилось. Хотя пострадать пришлось.- Дэвид повернул голову ипосмотрел на Диану.- Акто был первым утебя?
Она не любила вспоминать прошлое. Втом числе своего первого мужчину, поэтому беспечно ответила:
— Да какой-то там парень… Яплохо его помню.
— Да брось! Разве женщины такое забывают?
Диана пожала плечами. Затем, чтобы избежать разговора на неприятную ей тему, высвободилась ивыскользнула из кровати.
— Ополоснусь,- бросила она, убегая вванную.
Вернулась Диана минут через десять. Дэвида вкровати не было. Недоумевая, куда он мог запропаститься, она накинула на себя мужскую футболку, что висела на ручке кресла, ивышла из спальни. Комната находилась на втором этаже, иДиана встала улестницы, прислушиваясь кзвукам. Они донеслись снизу. Сбежав по ступенькам, она обнаружила Дэвида вкухне. Голый, но вфартуке, он стоял уплиты ичто-то жарил.
— Надеюсь, ты проголодалась,- сказал он, не оборачиваясь.
— Как ты узнал, что явошла?- поразилась Диана.- Яже босая, ишагов не слышно…
— Почувствовал,- усмехнулся Дэвид, наконец развернувшись кней.- Ты любишь блины? Хотя очем я… Тыже русская…
— Ичто?
— Все русские любят блины.
— Авот инет.
— То есть язря их жарю?
Диана заглянула ему через плечо иувидела скворчащий на сковородке блин. Да румяненький такой! Умеренно толстенький, пропитанный маслом…
— Яиз тех русских, что любят блины,- поспешно выпалила она.- Но естьже исключения! Унас сейчас больше входу суши да пекинские утки.
— Терпеть не могу суши,- поморщился Дэвид. Затем, откинув блин на тарелку, занялся приготовлением следующего. Пока тот жарился, он открыл холодильник, осмотрел его содержимое испросил:- Счем будешь есть: сджемом или икрой?
— Сикрой.
— Чудесно!- Он вытащил большую банку черной зернистой изапотевшую бутылку столичной водки.- Под блины надо по стопочке.
— Ты точно пьяница!- рассмеялась Диана.
— Наверстываю упущенное,- улыбнулся Дэвид.- До тридцати пяти лет совсем не пил.
— Болел?
— Боялся. Уменя отец алкоголик. Ядумал, авдруг гены сыграют свою роль иякончу, как ион,- опущусь, потом обезножу ивитоге умру всорок лет.
— Теперь не боишься?
— Теперь нет…- проговорил он иотвернулся. Диане показалось, что лицо его дрогнуло вмомент ответа.- Садись, буду тебя кормить,- бросил он через плечо.- Сейчас только еще пару блинков поджарю…
Диана забралась на высокий табурет возле барной стойки, сняла сполочки стопки, разлила водку. Вскоре кней присоединился Дэвид. Вруке- тарелка сдымящимися, источающими дивный запах блинами. Он поставил ее на стойку. Взял банку сикрой, зачерпнул целую ложку, вывалил на блин, после чего скрутил его трубочкой иподал Диане.
— Пробуй,- скомандовал он.
Она откусила.
— Ну как?- поинтересовался Дэвид.
— Обалденно! Ты сам делал тесто?
— Сам. Только это утром было. Ялюблю блинами завтракать.- Он поднял стопку. Диана сделала тоже. Они чокнулись.- Как там вы, русские, говорите? На здоровье?
— За здоровье!
— Вот за него ивыпьем!
Опрокинув врот водку, Диана куснула блин еще раз. Он на самом деле был очень вкусным. Не хуже, чем мамин. Ауж ее родительница умела стряпать.
Тут по дому разнесся рычащий звук.
— Что это?- испугалась Диана.
— Домофон.- Дэвид слез стабурета ивышел вхолл.
Пока он отсутствовал, Диана наворачивала блины. Слопала целых три! Моглабы еще парочку, но не стала наглеть- оставила Дэвиду.
— Диана, унас гости!- послышалось из-за двери. Через некоторое время показались Дэвид (уже вдомашнем халате) иеще один мужчина.
Выглядел он лет на пятьдесят. Хотя наверняка был гораздо старше. Но подтянутая фигура игустая шевелюра гостя молодили. Одет он был по-спортивному: вкороткие шорты имайку. На ногах- кроссовки. Втакой одежде обычно ходят вспортзал, идевушка решила, что он только что оттуда, но почему-то не переоделся.
— Диана, познакомься смоим единственным приятелем вэтих краях. Его зовут Савва.
— Савва?- переспросила она.- То есть… он русский?
— Ярусский,- подтвердил гость, перейдя на родной язык.- Очень приятно познакомиться.- Тут он увидел, чем Дэвид иДиана угощались, ивоскликнул:- Неужели он вас кормит своими фирменными блинами? Подумать только, ясчитал, что эту «честь» надо заслужить. Меня, кпримеру, он ими ни разу не угостил, хотя ямного раз, приходя вгости, улавливал чудный запах…
— Для меня он сделал исключение,- улыбнулась Диана.
— Яего понимаю- вы очаровательны!- Он склонился кее руке ипоцеловал.
— Савва, хочешь блинов?- обратился кгостю Дэвид. Наверное, он немного понимал русский- спасибо за это его бывшей жене- иуловил суть разговора.
— Хочу.
— Сейчас испеку. Тесто еще осталось.- Дэвид встал кплите.- Авы пока водочки выпейте…
Савва уселся на табурет, но кбутылке не притронулся. Подперев подбородок, он уставился на Диану.
— Вы туристка?
— Нет. Уменя тут квартира.
— Идавно живете вБланесе?
— Месяц и…- она мысленно пробежалась по календарю,- десять дней.
— Тогда почему явас раньше не видел?
Диана пожала плечами. Савва почему-то не очень ей нравился. Хотя был привлекателен, улыбчив, галантен.
— Савва живет через три дома,- заговорил Дэвид, не отрываясь от своего занятия.- Но мы познакомились совсем недавно.
— Ядаже не знал, что эта вилла обитаема,- сообщил Савва.- Как вдруг смотрю, какой-то господин из ворот выходит, подошел, познакомился. Уже вечером мы сидели вспортбаре, смотрели футбол, пили пиво иболели за наших. То есть за
«Барселону»- это имоя любимая команда, иДэвида.
— Моя тоже.
— Вы смотрите футбол?
— Судовольствием.
— Дэвид!- вскричал Савва.- Да она- чудо!
— Знаю.
— Я,кстати, Дианочка, еще ииграю вфутбол. Только что споля. Размялся немного. Все Дэйва зову, да он отказывается.
— Не люблю бегать. Тем более вкомпании потных мужиков. Ялучше поболею за них, сидя на диванчике спивом.
— Что там смоими блинами?
— Готовы!
Дэвид развернулся ипоставил перед Саввой тарелку. Тот схватил верхний блин. Дуя на него, стал откусывать.
— Икру бери!- Дэвид подтолкнул кнему банку.
— Не, яей всвое время обожрался, теперь смотреть не могу.- Савва доел блин ивзял следующий.- Вкусно готовишь,- похвалил он Дэвида. Ивернулся кикорной теме:- Яиз Астрахани родом. Исподросткового возраста занимался контрабандой осетровой икры. Уменя дома она стояла введрах. Я,как герой фильма «Белое солнце пустыни», со временем ее не то что за деликатес, за еду перестал считать. Еслибы мне предложили выбрать между черствым хлебом ибанкой икры, явыбралбы черствый хлеб.
Диана хотела встать, чтобы вымыть руки после блинов, но тут вспомнила, что на ней нет трусиков. Ей стало неловко- вдруг Савва это заметил?
— Милая девушка,- между тем обратился он кДиане,- не желаетели поехать снами вБарсу на большой футбол?
— На субботнюю игру?- уточнила она. До нее оставалось еще пять дней, но вгороде только оней иговорили. Испанцы, все, как один, были фанатами футбола.
— Да.
— Срадостьюбы, да все билеты распроданы. Яузнавала.
— Дорогая, об этом не беспокойтесь. Ядостану столько билетов, сколько нужно. Это янамекаю на то, что вы можете взять ссобой еще какую-нибудь подружку. Но одно условие- она должна быть хорошенькой. Ижелательно русской.
— Уменя нет подружек. Увы.
— Жаль. Но мое предложение все равно остается всиле. Так язаказываю для вас билет?
Диана посмотрела на Дэвида. Что, если он против? Быть может, ему не хочется, чтобы женщина разбавляла их мужскую компанию?
— Поедем,- улыбнулся он.- Ядаже одолжу тебе шарф идуделку.
Тут уСаввы зазвонил телефон. Извинившись, он вышел из кухни.
— Хороший он парень, правда?- спросил Дэвид уДианы.
— Да, неплохой,- ответила она, решив оставить при себе свое мнение отом, что Савва какой-то… скользкий.
— Ивсеже янадеюсь, что он скоро уйдет.- Рука Дэвида оказалась под футболкой илегла на голые ягодицы Дианы.- Ямечтаю остаться стобой наедине…
Заметив, что Савва возвращается, она отбросила его руку. Диана не относилась кчислу тех женщин, которые считают естественным прилюдно целоваться взасос или лапать друг друга.
— Ребята, вынужден откланяться!- проговорил Савва, встав вдверях.- Дела зовут!
— Позвонишь впятницу?- обратился кнему Дэвид.- Обговорим детали поездки.
— Адавай завтра посидим вечерком вспортбаре? Можем Диану ссобой прихватить.
— Меня не будет вгороде. Утром яуезжаю. Буду только на следующий день квечеру.
— Куда это ты собрался?
— Во Францию. Аесли конкретно, вТулузу.
— Чего ты там забыл?
— Как там увас, русских, говорится? Любопытной Варваре на базаре нос оторвали?
— Понял!- Савва поднял согнутые влоктях руки, как будто сдавался вплен.- Больше вопросов не задаю. Просто предлагаю пересечься, когда вернешься.
— Нет, дорогой Савва,- покачал головой Дэвид,- япроведу тот вечер сДианой. Впятницу созвонимся. Авсубботу встретимся. Хорошо?
— Ауменя есть выбор?- невесело усмехнулся Савва.- Ладно, голубки, до свидания. До встречи…
И,помахав рукой, удалился.
— Сурово ты сним,- проговорила Диана, но не сукором, аскорее содобрением.
— Если Савву не держать на расстоянии, он не даст мне продыху. Японимаю, ему одиноко тут, хочется общения. Только явнем нуждаюсь гораздо реже, чем он во мне.
— По-моему, он контактный, не поверю, что ему трудно найти компанию.
— Легко. Только синостранцами он дружить не хочет, арусских тут не такуж много.
— Но тыже македонец.
— Для него все славяне- братья.
За разговором Дэвид убирал тарелки впосудомойку, водку иикру- вхолодильник. Делал он это споро, было видно, что ему не привыкать наводить порядок.
— Утебя нет домработницы?- полюбопытствовала Диана.
— Есть женщина, которая приходит два раза внеделю убираться.- Отвечая, он протирал губкой стол.- Она жена садовника.
— Востальное время ты тут находишься один?
— Да. Ихожу голым по двору…
— Ятоже хочу!- засмеялась Диана и,стащив футболку, пошла вхолл, квходной двери.
Дэвид швырнул губку враковину ибросился за ней следом.
Глава2
Лениво потянувшись, Диана приподнялась на кровати ипосмотрела на часы. Пять вечера! Априлегла она вчас. Выходит, проспала четыре часа. Достаточно много, но если учесть, что она всю ночь не спала, то чувствовала себя не совсем отдохнувшей.

«Схожу на море,- начала она строить планы на вечер.- Потом сполоснусь, легко поужинаю иопять лягу. Асейчас кофе!»
Она прошлепала на кухню ипринялась его варить.
СДэвидом они расстались вдесять утра. Он подвез ее до пляжа, асам уехал по делам. Диана сначала хотела быстренько окунуться ибежать домой, но море было таким ласковым, что она никак не могла себя заставить из него выйти. Так ипроплескалась два часа, выбравшись на берег всего раз, чтобы попить. Когда солнце стало шпарить смаксимальной силой, Диана укрылась под зонтиком пляжного кафе. Заказала сангрию иогромный тост стунцом. Пока ждала, когда принесут заказ, любовалась окружающим миром идумала отом, как она довольна переменой вее существовании…
Диана, родившаяся ивыросшая вМоскве, не сразу привыкла критму жизни Бланеса. Первые дни она чувствовала себя не всвоей тарелке. Особенно днем, когда начиналась сиеста. Диане просто не верилось, что человек, владеющий магазином, может взять изакрыть его на три часа. Она почти ежеминутно ловила себя на желании перейти если не на бег, то на быстрый шаг, выпить на ходу кофе, рвануть на пешеходном переходе, чтобы не оказаться под колесами проносящейся машины. Но прошла неделя, иДиана влилась внеспешную испанскую жизнь. Аеще через одну она поражалась тому, как это она раньше могла мчаться, толкаться, оглядываться и… быть настороже. ВБланесе она ничего не боялась. Втом числе квартирных воров или карманников. Вее доме не было ничего ценного. Ассобой она носила такую незначительную сумму, что даже еслибы «щипач» вытащил из ее сумки деньги, онабы не расстроилась. Этих пятнадцати-двадцати евро ей хватало на то, чтобы перекусить вкафе икупить домой воды инедорогого вина. Еще столькоже, выходя из дома, она брала вечером. На них ужинала ивыпивала стаканчик хереса. Завтракала Диана дома. Кофе, тост ссыром,
фрукты (продукты она закупала раз внеделю вкрупном супермаркете). Она моглабы иостальную пищу принимать усебя вквартире, но ей хотелось быть на людях. Да илень было готовить!
Ксчастью, деньги позволяли ей не отказывать себе вмелочах. Абаловать себя по-крупному желания не возникало. Когда-то, не так давно, унее было все, начиная от брендовой одежды изаканчивая кабриолетом. Иона испытывала сиюминутную радость, становясь владелицей дорогих вещей. Но когда Диана лишилась возможности их иметь, поняла, что не нуждается ни вбрендовой одежде, ни вкабриолете. Атот, на котором когда-то ездила, продала. Итеперь она либо ходила пешком, либо пользовалась автобусом иэлектричкой. Благо вИспании общественный транспорт находился видеальном состоянии.
Почти каждый день Дианы был похож на предыдущий. Завтрак, море, обед, сиеста, море, душ, ужин, недолгая прогулка исон. Раз внеделю закупка продуктов ипоездка вБарселону. Вот ивсе. Больше никаких изменений «программы». Раньше, живя вМоскве, она даже подумать не могла оподобной жизни. Аеслибы ей пришло это вголову, Диана решилабы, что такая жизнь- смертная скука. Первые дни пребывания вБланесе она именно ее ииспытывала. Только вино спасало Диану от депрессии. Тогда она даже завтракала схересом. Но все изменилось совсем скоро. Ивот спустя всего месяц Диана не желает для себя лучшей жизни. Особенно теперь, когда унее появился Дэвид…
Дэвид…
За два споловиной часа смомента их расставания она вспомнила онем раз эдак сто… нет, тысячу… или сколько вдвух споловиной часах минут? Вот столько раз она его вспоминала… каждую минуту! Иулыбалась совершенно по-идиотски при этом. Краснела, когда впамяти всплывали «па» их любовного танца, повторившегося за ночь дважды. Исизумлением отмечала, что готова исполнять его еще иеще…
Такого сней никогда не было! Даже сбывшим супругом…
Тем более ссупругом!
Замуж Диана вышла вдвадцать два года. Ее избранника звали Михаилом. Он был старше ее на семь лет. Образованный, перспективный иочень твердо стоящий на ногах, интересный, воспитанный, из хорошей семьи, папа- крупный чиновник. Просто идеальный кандидат вмужья! Аесли учесть, что Михаил самозабвенно любил Диану, то даже… фантастический. Практически принц на белом коне. Таких обычно родители
«сводят» скем-то из детей своих близких знакомых, сдевочками ИХ круга… Дианаже находилась далеко за его пределами. Мать- повар встоловой, отец- водитель автобуса. Простая рабоче-крестьянская семья. Но одругой Диана не мечтала. Она обожала родителей. Однако была не уверена втом, что, когда сними познакомится Михаил, он не передумает на ней жениться. Особенно если папа не сдержится иначнет материться, амама петь пошлейшие частушки. Но, как ни странно, Михаилу ее родители очень понравились, ажелание взять Диану вжены окрепло, ион официально попросил уее отца иматери руку их дочери. Те дали согласие на брак. Но ктобы сомневался? Такой жених…
Итолько Диана до последнего дня была не уверена вправильности своего решения. Да, конечно, лучшего кандидата вмужья не найти, иона будет дурой, если отменит свадьбу, но как жить без любви? КМихаилу Диана не испытывала совершенно никаких чувств. Только симпатию, сравнимую сдружеской. Диане нравилось проводить сМишей время. Ей было сним интересно икомфортно. Но он не будил вней никаких желаний. Диана не хотела сним не только заниматься сексом, но даже целоваться. Быть может, потому, что он делал это как-то не так. Как будто клевал ее…
Ночь перед свадьбой Диана провела без сна. Когда под утро она решила попить чаю ивышла из своей комнаты, ее шаги разбудили маму, ита вскоре появилась на пороге кухни.
— Не спится?- спросила она, усаживаясь рядом. Но перед тем как опуститься на табурет, мать достала из холодильника пирожные кчаю. Она обожала есть ночами. Поэтому была очень пышной, но это ее нисколько не портило.
— Не спится,- эхом ответила Диана.
— Волнуешься?
— Сомневаюсь…
Мать удивленно воззрилась на нее.
— Ты это серьезно?
Диана понуро кивнула.
— Дочка, да брось! Чего это ты? Утебя замечательный жених.
— Яне люблю его, мама.
— Да разве можно такого не любить? Он все для тебя…
Она хотела еще много чего сказать, но Диана перебила ее:
— Явсе понимаю. Поэтому ивыхожу за него. Яне передумаю, мама. Просто сомневаюсь, правильноли поступаю.
— Правильно,- твердо сказала мать.- Яна твоем месте поступилабы также. Любви можно ждать ине дождаться. Асемья каждой женщине нужна.- Она подвинула кДиане тарелку сэклерами.- Покушай сладенького, успокойся ипоспи хотябы пару часов. Вконце концов, замужество- не пожизненное заключение, всегда можно развестись!
Познакомилась Диана сМихаилом на конкурсе бальных танцев. Оба пришли поболеть за своих: она за двоюродную сестру, он за родную. Встретились глазами во время выступления. Диана тутже отвернулась, авот Михаил… Он просто не смог оторвать от нее глаз. Акогда конкурс завершился, подошел, чтобы познакомиться. Диана тогда была поглощена любовью кТОМУ, кто разбил ей сердце, инового знакомого рассматривала только как приятного собеседника. Она поболтала сМишей, но когда он попросил ее оставить ему номер телефона, ответила отказом. Однако парень всеже раздобыл его ипригласил Диану втеатр. Она отказалась. Через неделю он снова объявился, позвал на пикник. Диана его отбрила. Апотом был день его рождения. Миша очень просил ее прийти на вечеринку вчесть него. Имениннику она не смогла отказать иотправилась вклуб, где справляли торжество.
Диана тогда здорово провела время. Ей очень понравились друзья Михаила. Впрочем, как ион сам. Приятнейший человек иинтересная личность. Диана судовольствием подружиласьбы сним, но… Разве она могла, видя, как он влюблен внее? Это эгоистично, нечестно по отношению кнему. ИДиана решила, что это был первый ипоследний раз, когда она согласилась встретиться сМишей.
Через четыре дня она уехала вКрым слюбимым на три недели. Вернулась через восемь дней. Одна. Сразбитым сердцем.
Горе свое переживала тайно. Потому что никому освоем избраннике иромане сним не рассказывала. Былабы закадычная подруга, снейбы, возможно, поделилась, но таковой уДианы не имелось. Она имаме наврала, что едет вКрым содногруппницами, ане смужчиной. Табы не поняла! Особенно узнав, что мужчина этот… женат.
За неделю страданий Диана похудела на четыре килограмма. Мать испугалась, решив, что ее дочь подцепила на юге какую-то инфекцию, ивсе отправляла ее кврачу. Диана исама понимала, что нуждается впомощи. Не гастроэнтеролога, конечно, апсихолога. Но даже ему не хотелось рассказывать правду. Кто он? Чужой человек, которому, по сути, на тебя плевать. Да, унего образование, опыт, но… Он чужой.
Когда Миша позвонил, Диана не сразу поняла, скем говорит… Миша, Миша? Кто такой?.
А,Миша, здравствуй!
Он пригласил ее на концерт органной музыки. Диана, забыв освоем зароке, согласилась пойти. Ей хотелось отвлечься!
Миша был все темже приятным парнем, которого она помнила. Они чудесно провели время. Только во время концерта Диана не сдержалась, пустила слезу. Музыка очень соответствовала ее настроению, вот и…
Потом они посидели вкафе, выпили немного коньяку, съели дивные пирожные… Поговорили. Диана иМише не рассказала освоих бедах. Авот он ей поведал многое. Втом числе освоей последней девушке, на которой хотел жениться, но она переехала за границу, иосвоем желании создать семью. Диана подумала, что Миша сталбы отличным мужем. Не то что некоторые…
Миша довез ее до дома. Унего был «Мерседес». Причем не старый, авполне
«свеженький». Диана решила, что его парню подарил отец, но Михаил сообщил, что купил машину сам вкредит, по которому уже расплатился. Они распрощались возле подъезда. Миша галантно поцеловал ее руку ипожелал спокойной ночи.
Стого похода на концерт иначались их отношения. Первое время платонические. То есть самое большее, что позволял себе Миша,- это поцелуй руки или вщеку. Только через месяц он решился на более интимный, вгубы. Авот до секса уних до свадьбы так ине дошло. Хотя еслибМиша вел себя понастойчивее, Диана отдаласьбы ему. Но тот показывал себя истинным джентльменом.
Михаил сделал ей предложение спустя полгода. Диана приняла его.
Тот, кто разбил ей сердце, узнал от общих знакомых об этом иявился отговаривать ее от замужества. Стоял на коленях, клялся влюбви, обещал утромже подать заявление на развод. Да только Диана больше ему не верила. Прогнала. Хотя нелегко ей это далось!
Свадьба сМихаилом была грандиозной! Постарался его отец. Сродителей Дианы не взяли ни копейки. Идаже платье невесте покупалось на средства жениха. Умопомрачительно красивое спятиметровым шлейфом. Авкачестве свадебного подарка молодым отец Миши преподнес квартиру. Выбор сына его не обрадовал. Он хотелбы видеть рядом сним девушку их круга, но Миша был непреклонен. Женюсь только на Диане, иточка, сказал он. Отец всегда уважал его мнение, ктомуже понимал, что
«мальчику» пора обзаводиться семьей, поэтому не только не стал препятствовать женитьбе, но ине пожалел денег на торжественную церемонию. Благо их всемье хватало.
Потом было свадебное путешествие, обустройство новой квартиры, притирка друг кдругу. Но до этого первая брачная ночь, разочаровавшая их обоих. Диана не получила никакого удовольствия от секса ссупругом, аМиша… Миша не ожидал, что его жена окажется не девственницей.
— Утебя кто-то был до меня?- спросил он после того, как овладел ею.
— Да,- честно ответила Диана, хотя моглабы соврать. Ведь отсутствие крови еще не доказательство…
— Почему ты не сказала мне об этом?
— Ты не спрашивал.
— Ябыл уверен, что ты невинна.
— Для тебя это важно?
— Нет, совсем нет, просто…- Он угрюмо посмотрел на жену.- Ты не рассказывала ни об одном из своих мужчин, иярешил, что их утебя не было.
— Был один. Сним яипотеряла невинность.
— Это тот мальчик, скоторым ты дружила вшколе?- ужаснулся Миша, припомнив историю про Диану иее верного рыцаря Сашку, скоторым унее был «роман» на протяжении трех лет. Закончился он после того, как ее кавалер поступил после девятого класса вучилище.
— Миша,- сукором протянула Диана.- Мы тогда были детьми. Саша тут совсем ни при чем.
— Акто при чем? Что это за человек? Какие отношения между вами были?
— Яне хочу вспоминать, Миша. Поэтому ничего не рассказывала тебе.
Миша приподнялся на локте иобеспокоенно спросил:
— Он изнасиловал тебя?
— Онет, нет! Все было по обоюдному согласию. Я…
Она хотела сказать «любила его», но проглотила эти слова. Миша ни разу не слышал их от нее всвой адрес. Когда он признавался Диане всвоей любви, она отмалчивалась. Только улыбалась ласково. Ивсе. Даже «ятоже» выдавать из себя не могла.
— Яиспытывала кнему симпатию,- быстро поправилась Диана.- Аон… Он говорил, что любит. Предлагал мне замужество. Но… Он оказался лжецом. Япорвала сним, очем ни капли не жалею. Ивспоминать отом эпизоде своей жизни не хочу. Ты простишь меня?
Конечно, он простил… Но… Как говорится, осадочек остался. Когда Дианина холодность доводила Михаила до белого каления, он всякий раз, пытаясь выяснить отношения, вспоминал ее первого. Он задавал ей разные вопросы: хотелали она прежнего любовника, если да, то как часто, получалосьли унего доводить ее до оргазма, что было внем сексуального, ачто ее отталкивало. Диана неизменно отвечала: «Секс унас был всего пару раз, ияничего не поняла!» Впринципе она почти не обманывала. Пусть любовью они занимались чаще, но она на самом деле ничегошеньки не понимала. Она так любила своего первого мужчину, так старалась ему угодить иеще больше понравиться, что все время притворялась. Спервых идо последних минут…
Надобы исмужем притворяться. Уж коль не получалось познать настоящую радость интимной близости. Но… Не могла себя заставить. Ей просто не хватало актерского мастерства. Все, что делал Михаил впостели, казалось Диане неуместным, неуклюжим, пошлым…
Аеще ей не нравился его запах! Миша утром ивечером принимал душ, пользовался дорогими лосьонами иодеколонами. Но стоило ему немного вспотеть во время любовных игр, как появлялся запах. Не сказать, что противный, нет. Чуть мускусный. Диана знала, что многие женщины находят такой сексуальным. Только не она. Ее от этого запаха тошнило!
Диана была не уверена, но догадывалась, что Миша находит утешение на стороне. Он ни разу не дал ей повода усомниться всвоей верности, однако она знала его потребности ивидела секретарш. Любойбы на месте Миши гулял.
Любая на месте Дианы, наверное, тоже завелабы любовника. Ну, или хотябы переспала разок-другой сприятным ей парнем, чтобы понять, такли плохо обстоят дела сее либидо, как кажется. Но Диана не могла через себя переступить. Она итак испытывала легкое, но перманентное чувство вины за то, что не любит мужа, тогда как он был от нее без ума. Ктомуже Диана научилась обходиться практически без секса. Как говорят, чем реже ешь, тем меньше хочется. По ее мнению, тоже самое можно сказать иосексе.

…От этих «грешных» мыслей ее отвлек высокий мужской голос. Она услышала приветствие на английском иподняла голову. Возле ее столика, переминаясь сноги на ногу, стоял немецкий подросток. Тот самый, что пялился на нее на пляже. Из-за его спины выглядывал его товарищ иглупо улыбался.
— Привет, мальчики,- откликнулась Диана.
— Можно нам присесть. Свами…
— Ачто, больше некуда?- усмехнулась она, обведя взглядом кафе, вкотором половина столиков пустовала.
Парень засмущался еще больше, однако не сдался.
— Мы хотим познакомиться,- выпалил он решительно.- Позволите?
Еще вчера она просто ответилабы «нет» иотвернулась, но сегодня она была счастлива, поэтому ей захотелось хоть немного порадовать парнишек:
— Ребят, ябы срадостью. Но вон стого балкона,- она махнула за спину,- за мной следит мой муж. Боюсь, ему не понравится, если он увидит меня сдвумя интересными молодыми людьми.
Подростки извинились итутже ретировались. Но, удаляясь, имели вид совсем не расстроенный.
Диана пообедала иотправилась домой. Шла не спеша, оглядываясь по сторонам. Искала глазами своего приятеля Саймона, иногда он забредал вэту туристическую часть города, чтобы сменить обстановку. Основное время он проводил вдругом районе, где преимущественно обитали испанцы. Там он снимал крохотную квартирку свидом на порт.
Диана познакомилась сСаймоном случайно. Она шла по набережной, аон сидел на лавке ииграл вшахматы. Сам ссобой! Диана приостановилась, бросила взгляд на доску. Вшахматы она играла сдетства. Ее, еще совсем кроху, отец научил. Он был страстным шахматистом. Другие водилы больше вкарты да домино резались всвободное от работы время, аон постоянно таскал ссобой маленькую игральную досочку, на которой фигурки смизинец ребенка помещались, ивот также, как Саймон, играл сам ссобой, когда не находил партнера. Но дома унего всегда имелся противник- дочка. Диана очень неплохо играла. Наверное, еслибы занялась шахматами всерьез, смоглабы получить разряд, завоевать какие-то титулы, но ей было интересно сражаться на доске только спапой. Увлекайся он «Чапаевым» или подкидным, лото или морским боем, она также прекрасно освоилабы эти игры. Ей было все равно, во что играть, главное, разделить досуг сотцом. Она до сих пор помнила их шахматные баталии иего пальцы, держащие фигурки. Мозолистые, корявые, пахнущие бензином, сколько их ни мой, но двигающиеся во время игры так плавно, как будто он дирижирует оркестром,
исполняющим венский вальс…
Когда Диана проходила мимо лавочки, на которой сидел одинокий игрок, она вспомнила об отце. Изадержалась, чтобы посмотреть, кто победит, черные или белые. Последние спозором проигрывали. Но уних был шанс. Атак как Диана всегда играла белыми, то она взяла фигурку ипоставила ее на нужную клетку. Мужчина поднял на нее глаза, улыбнулся исделал свой ход…
Черные всеже выиграли, но за победу пришлось побороться. Следующая партия осталась за Дианой. Доиграв ее, противники обменялись рукопожатием.
— Меня зовут Диана,- представилась она.
Ее недавний противник вытащил блокнот иручку, написал: «Саймон». Затем приложил палец кгубам икуху. Диана поняла, что он глухонемой.
Следующую шахматную партию они сыграли через пару дней. Диана встретила Саймона вресторанчике упорта. Он ел мидий, запивая их пивом. Доска была при нем, лежала рядом старелкой. Увидев Диану, он просиял ижестами стал показывать, как рад ее видеть. Играть он ей не предложил, лишь поужинать сним. Она заказала себе устриц ипива. Они вкусно поели, мило пообщались. Саймон хорошо читал по губам ибыстро писал. Так что диалог уних получился.
Саймон жил вБланесе один на пенсию по инвалидности. Родители его умерли, братьев, сестер не было. Как ижены. Но Саймон не страдал от одиночества. Более того, он обожал его ивидел внем лишь один минус- ссамим собой вшахматы играть неинтересно.
Он был молод, на вид ровесник Дианы, иочень приятен внешне. Волнистые темные волосы, подстриженные ипричесанные несколько старомодно, встиле принца Чарльза, большие серые глаза, тонкий, сгорбинкой нос ичетко очерченные губы. Саймон исложен был неплохо, хотя, на взгляд Дианы, ему не мешалобы нарастить немного мясца. Но худоба его не портила. Вобщем, Саймона можно было смело назвать мужчиной привлекательным. Более того, Диана не сомневалась, что он нравится женщинам. Иеслибы захотел, наверняка нашелбы себе кого-нибудь…
Но он любил одиночество!
После ужина они разложили доску исыграли три партии. Две из них Диана проиграла. ИСаймон, чтобы подсластить горечь ее поражения, купил ей огромный леденец, красный вбелую полоску. Она грызла его, пока шла домой, но так ине смогла осилить. Остатки отдала коту, обитающему усувенирного магазина. Он был страшным сластеной иеще одним испанским приятелем Дианы…
Смомента их знакомства прошло две недели. За это время они встретились раз пять. Последний раз позавчера. Но поиграть им не удалось: Диана торопилась на электричку. Сейчас онабы не отказалась сразиться сСаймоном вшахматы, но его нигде не было.
Диана пришла домой, легла. Думала, не уснет. Хотя усталость присутствовала, но на душе было так неспокойно, сумбурно, приятно… авголове куча мыслей… итело все чего-то жаждет, не до сна…
Но стоило ей закрыть глаза, как Диану окутала дрема. Через минуту она уже посапывала ипробудилась только впять вечера.
Умывшись ивыпив кофе, она вышла из квартиры, которая располагалась на последнем, пятом этаже миленького здания вконце тихой улочки. Здание было заселено полностью, но летом половина квартир почему-то пустовала. Диана решила, что жильцы втуристический сезон уезжают работать вболее крупные города, туже Барселону, авернутся вконце осени.
Сама она не думала, что будет делать, когда окончится сезон. Уедетли куда-нибудь, где теплее, на теже Канары, или останется вБланесе. Денег унее было немного, но они всеже имелись. Чтобы приобрести «студию» впятиэтажном доме на тихой улочке Бланеса, она продала московскую однушку. Но истратила лишь две трети суммы. Остатки положила вбанк. На тотже счет внесла средства от продажи машины идрагоценностей. Проценты по вкладу не снимала, потому что унее имелся еще доход. После развода ей досталась шикарная трешка вцентре. Ее она сдавала внаем. На полученные от аренды деньги ижила.
Диана знала, что может себе позволить пожить зимой на Канарах. Она подумывала об этом еще до знакомства сДэвидом, но теперь ей захотелось перебраться подальше… ВБразилию, например!
Она понимала, как это глупо- строить планы совместного проживания после недельного знакомства иодной проведенной вместе ночи, поэтому гнала эти мысли прочь.
Диана опять долго плавала. Ушла спляжа чутьли не самой последней. Помывшись, переодевшись, пошла ужинать. Сначала она хотела зайти вбистро рядом сдомом, но ноги понесли ее на набережную. Туда, где она сДэвидом ела лучшую вБланесе паэлью.
Свободные столики были, иДиана уселась за крайний- тот самый. Сделала свой обычный заказ.
— Добрый вечер,- услышала она иповернулась на голос.
Опершись руками на перила веранды, вполуметре от нее стоял Савва. Он был одет довольно небрежно: вшорты игавайскую рубаху, расстегнутую до пупа. Зато на руке красовались золотые часы, ана пальце крупный перстень. ЕслибДиана не знала, что Савва русский, она все равно догадаласьбы. Сегодня- да.
— Здравствуйте,- поприветствовала она земляка.
— Поужинать пришли? Ятоже. Позволите квам присоединиться?
Ей очень хотелось побыть одной, но не хватило наглости отказать Савве. Ведь он достает для нее билеты на игру.
— Да, конечно, буду рада,- ответила она как можно приветливее.
Савва зашел на террасу исел рядом сДианой.
— Вы уже сделали заказ?
Она ответила.
Савва щелчком подозвал официанта. Пошептался сним очем-то, акогда парень отошел, сказал:
— Предлагаю перейти на «ты».
— Яне против.
— Отлично,- обрадовался он.- Дэйв впорядке?
— Когда яего видела впоследний раз, был вполном порядке.
— Не звонил?
— Нет.- Диана не стала добавлять, что они не обменивались телефонами. Дэвид не предложил, иона не стала просить.
— Авпрочем, очем я? УДэвида нет даже мобильного. Только городской телефон, которым он, похоже, почти не пользуется.
— Уменя тоже нет мобильника.
— Серьезно?
— Здесь он мне ни кчему. Аобычный телефон для связи сродными, что остались вРоссии, уменя есть.
— Вот вы сДэйвом чудики!- усмехнулся Савва.- Яне понимаю, как внаше время можно обходиться без мобильной связи.
— ВМоскве ияэтого не понимала,- пожала плечами Диана.
— Азнаете, почему яспросил озвонке?
— Из любопытства?- не удержалась она от шпильки.
— Еслибы,- не обиделся Савва.- Дело втом, что сегодня вТулузе произошло зверское убийство. Пострадали трое человек, двое взрослых иребенок.
Диана ахнула.
— Подробностей яне знаю,- продолжил Савва.- Думал, может, Дэвид позвонил, рассказал, он всеже там находится.
— Аты откуда об этом узнал?
— Уменя французский канал есть, вот по нему вновостях показали. Да только яязыка не знаю, почти ничего не понял.- Он взглянул на погрустневшую Диану иссожалением произнес:- Зачем ятебе рассказал? Настроение испортил…
Диана не стала этого отрицать. Она не могла слышать озверских преступлениях, тем более тех, вкоторых пострадали дети…
— Прости…- Савва взял ее кисть, лежащую на столе, ичмокнул.
Диана высвободила руку. Несмотря на то что поцелуй был совершенно невинным, ей он показался лишним.
— Несут заказ!- выпалила она, завидев официанта.
— Везут!
Его иправда везли на тележке. Причем большущей. На ее нижней полке стояло ведерко сшампанским икакая-то плетенка, из которой торчало горлышко бутылки. На верхней- сковорода спаэльей, тарелка стонко нарезанным хамоном разных сортов иогромное блюдо скусками сочащегося соком мяса иовощами.
— Ну что, попируем?- азартно воскликнул Савва, потерев ладони.- Счего начнем?
— Ябуду только паэлью.
— Почему?
— Яне ем мяса.
— Не проблема, закажем устриц, омаров, чего хочешь.
— Яхочу паэлью.
Ему не понравилось ее упрямство. Но Савва сдержал свое недовольство.
— Фигуру бережешь, понятно,- усмехнулся он.- Но шампанского хотябы со мной выпьешь? Ато яхерес терпеть не могу.
— Выпью,- не стала ломаться Диана.
Официант разлил каву по фужерам. Они чокнулись. Диана сделала глоток ипоморщилась. Ничего не могла ссобой поделать.
— Понял,- буркнул Савва, убрав от нее фужер иподвинув другой, поменьше, для хереса.- Не буду тебя мучить. Ешь, пей что хочешь. Надеюсь, счет хотябы делить со мной не станешь?
— Хотелабы.
— Нууж нет!
Его настроение испортилось, что было заметно. Хотел произвести на барышню впечатление широтой своей души, аона не оценила. Вот только Диана не понимала, почему он пытается ей понравиться? Дэвид ясно дал понять Савве, что она его женщина. Так какой смысл? ВБланесе отдыхает много одиноких дам, попадаются среди них ирусские, почемубы Савве не подсесть кодной из них?

«Да что яприцепилась кчеловеку?- одернула себя Диана.- Может, натура унего такая? Любит поесть идрузей угощать!»
— Извини, япросто немного отвыкла от этого,- мягко проговорила Диана.- Долго жила вЛондоне, атам каждый платит за себя.
— Поэтому яне очень люблю иностранцев. Жадины!
— Они просто так воспитаны. Савва, аты давно живешь тут, вБланесе?
— Два года уже.
— Изимой, илетом?
— Нет. Вначале ноября уезжаю вШвейцарию. Снимаю небольшой домик вгорах. Ялюблю нормальное лето, как здесь, ихорошую зиму, со снегом…
Ибеседа потекла. От Дианы, чтобы поддерживать ее, мало что требовалось. Только кивать, поддакивать ииногда вставлять короткие наводящие вопросы. Савва любил поболтать, исобеседник его интересовал только как слушатель. Диану вданном случае это более чем устраивало.
Она съела тарелку паэльи, выпила два фужера хереса. Савва прикончил шампанское, авот ел мало. За разговором не до еды.
— Закажу-ка ясебе коньячку,- решил он.- Под хамончик. Ты будешь?
— Нет, спасибо, ясыта ипьяна.
— Тогда десертик? Легенький.
— Хорошо. Какое-нибудь желе фруктовое.
Он подозвал официанта, сделал заказ, потом нанизал тонкий слой хамона на вилку иотправил врот.
— Какже он воняет,- пробормотал он.- Но от его вкуса япрусь!
Оего вкусе Диана ничего не знала, авот запах ей тоже не нравился. Когда она впервые зашла всупермаркет Бланеса, чтобы купить продуктов, не сразу поняла, откуда тянет нестираными мужскими носками. Потом увидела огромные свиные ноги, привязанные кпотолку, ипоняла, это воняет хамон.
Савве принесли коньяк, Диане десерт. Ибеседа продолжилась.
Когда вазочка сжеле опустела, Диана начала поглядывать на часы. Еслибона ужинала одна, то расправиласьбы седой минут двадцать назад исейчас уже лежалавпостели. Диана решила дать Савве еще пять минут, чтобы он закончил рассказ, апотом откланяться. Но он говорил иговорил, пришлось его прервать:
— Савва, извини, что прерываю, мне пора…
— Уже?- разочарованно протянул он.- Но еще так рано. Ктомуже ты не допила херес…
— Яужасно хочу спать. Просто сног валюсь.
— Взбодрись кофейком.
— Нет, яустала ипросто мечтаю лечь.
— Хорошо, пять минут, ладно? Ядопью коньяк итоже съем чего-нибудь сладенького.
— Ты оставайся, аяпойду.
— Яне могу позволить даме одной возвращаться домой.
— Яживу вдвух шагах иобычно возвращаюсь домой одна.
— Пять минут!- Он выставил перед ней растопыренную ладонь.
Она обреченно кивнула.
Когда Савва допил, доел ирасплатился по счету, Диана уже не сдерживала зевоту. Она умирала, так хотела спать.
Наконец они двинулись. Она развила быстрый темп, но Савва взял ее под локоток ипридержал. Пришлось перейти на медленный шаг.
Дорога заняла витоге не пять, авсе десять минут, но всеже они дошли.
— Спасибо за компанию, спокойной ночи,- выпалила Диана иподалась квходной двери.
Она уже мечтала омягкой постельке, когда почувствовала прикосновение ксвоей руке. Это Савва перехватил ее.
— На чай не пригласишь?- спросил он.
Она молча покачала головой.
— Не волнуйся, яне буду приставать. Яхочу пошептаться стобой. Не вресторане ине на ходу.
Диана непонимающе на него воззрилась.
— Пошептаться?
— Поговорить по душам.
— Ты час не умолкал,- начала раздражаться Диана.- Не наговорился?
— О,зубки стала показывать,- улыбнулся Савва.- Без налета светской вежливости ты мне нравишься больше.
— Савва, япошла.- Она демонстративно посмотрела на его пальцы, сжимающие ее запястье.
— Он уедет, Диана. Совсем скоро. Итебя ссобой не позовет. Ты останешься тут. Одна.
Она поняла, оком он. Конечно, поняла… Слова его неприятно царапнули ей душу, но они лишь подтвердили ее опасения. Чтож… Она сама хотела курортного романа, иона его получила…
— Дэйв вообще человек ненадежный,- без паузы сказал Савва.- Темная лошадка. Ябы на твоем месте не связывался сним.
— Зачемже связался сним ты?
— Да мне-то что? Мы просто приятели. Ябудущего сним не планирую.
— Ятоже.
— Ойли?- Он попытался притянуть ее ксебе, но Диана уперлась ине позволила.- Он уедет… Аты останешься… ияостанусь. Мы можем остаться вместе. Или уехать вдвоем.
Диана покачала головой.
— Японимаю, он моложе меня, возможно, интереснее,- не унимался Савва.- Но на что ты можешь сним рассчитывать? На недельку-другую? Онже дом продает. Уезжает отсюда. Черт-те куда! Амы остаемся…
— Ты повторяешься, Савва. Яэто уже слышала.
— Он не тот, за кого себя выдает!- выпалил Савва.- Никакой он не Дэвид. Ине македонец. Он языка не знает. Якак-то принес ему газету, хотел, чтоб он перевел текст, аон не смог. Сказал, забыл язык. Хорошо, допускаю, что можно подзабыть, но не ключевыеже фразы. Аэти его непонятные дела! Постоянно куда-то ездит, как сейчас во Францию. Зачем? Ведь он живет на проценты…
— Замолчи, пожалуйста.
— Яоткрываю тебе глаза, дура. Ты нравишься мне. Невероятно нравишься.
— Аты мне нет,- прорычала Диана.
— Ничего, это пройдет. Яимею подход кженщинам. Со мной весело, ияне жаден, люблю делать своим курочкам подарки. Аглавное, янастоящий, вотличие от некоторых…
Диана выдернула руку ибросилась кдвери.
— Надеюсь, этот разговор останется между нами?- услышала она за спиной.
Она не обернулась иничего не ответила, только громко шарахнула дверью.
Глава3
Дэвид вернулся!
Диана шла сморя домой, на ходу заплетая волосы вкосу. Она была так сосредоточена на своем занятии, что не сразу заметила мужчину, преградившего ей дорогу.
— Ой…- пискнула она, налетев на него.
— Привет,- сказал Дэвид, улыбаясь.
— Здравствуй,- выдохнула она, выпустив косу из пальцев. Она тутже расплелась, иволосы, прямые, непослушные, рассыпались по плечам.
— Ясоскучился,- шепнул он ей на ухо перед тем, как легонько коснуться губами виска.
— Как съездил?
Он кивнул. Типа нормально. Испросил:
— Кушать хочешь?
— Немного.
— Аяумираю от голода. Предлагаю съесть по рыбине на гриле. Ты как?
— Судовольствием. Только давай не втом ресторане, где готовят лучшую вБланесе паэлью. Он мне надоел.- На самомже деле ей просто хотелось забыть вчерашний вечер. Атам все: иобстановка, илюди, икухня- напоминалобы онем.
— Конечно, не втом. Яповезу тебя туда, где готовят лучшую не только вБланесе, аво всей Коста-Браве форель.
— Но сначала япереоденусь.
— Согласен.
Они дошли до ее дома пешком. Диана сразу отправилась вдуш, быстро ополоснулась ивышла из ванной вполотенце. Дэвид ждал ее, сидя на кровати. Он был вбрюках, но без рубашки. Дракон на его груди улыбался. Улыбался иДэвид.
— Иди сюда,- позвал он ипоманил ее рукой.
— Тыже умирал от голода…
— Яне уточнил от какого,- усмехнулся он. Подавшись вперед, ухватился за край полотенца исдернул его сДианы.- Так гораздо лучше…
Она сделала шаг кнему. Опустила руки на его плечи. Дэвид прижался лицом кее животу ипробормотал что-то на непонятном ей языке.
— Это македонский?- спросила Диана.
Он как будто не услышал. Подхватив ее под ягодицы, повалил на себя иначал целовать.

…Вэтот раз все было также здорово, как ипозапрошлой ночью. Хотя ине столь долго. Но Диане уже не требовалась двадцатиминутная подготовка. Она захотела Дэвида при первом поцелуе… нет, еще до того, как он коснулся ее губами… или сразу, как увидела…
Она не знала точно… Ей казалось, что она хотела его всегда.
— Теперь ияголодна, как волк,- прошептала Диана, уткнувшись носом вего шею.
— Намек понял!- Он разомкнул объятия.- Давай собираться.
— Как мне одеться?
— Как тебе хочется.
— Акак хочется тебе?
— Ну… Я,как все мужчины, люблю женщину вмини ина каблуках.
— Будут тебе мини икаблуки,- рассмеялась Диана. Впервые за многие месяцы ей захотелось нарядиться.
Она вытащила из шкафа короткий сарафан на тонких, скрещенных на спине бретелях, ажурные трусики илифчик. Однако, подумав несколько секунд, сунула бюстгальтер обратно. Влиф сарафана были вшиты чашечки, иДиана решила обойтись без лифчика. Фривольно, конечно, но разуж сегодня она выступает вобразе секси, то…

«Можно итрусиков не надевать,- хмыкнула она.- Только на это уменя смелости не хватит…»
Ресторанчик, где готовили лучшую вКоста-Браве форель, находился вдеревушке неподалеку от Фигейраса. Его хозяин, пожилой, худой, словно щепка, грек, встретил Дэвида как родного. Мужчины обменялись не только приветствиями, но иобъятиями. Из чего Диана сделала вывод, что Дэвид тут частый гость.
— Ачто за фея стобой?- спросил хозяин, восхищенно сверкнув на нее глазами.
— Это моя девушка. Диана.
— Сеньорита, вы не поверите, но он впервые привел ко мне даму.
— Таис, не компрометируй меня,- шутя возмутился Дэвид.- Япытаюсь произвести впечатление героя-любовника. Самже говорил, женщины любят больше вас, бабников, чем нас, тихонь.
— По-моему, твоей женщине ты нравишься таким, какой есть. Аядавно остепенился. Для меня существует одна женщина, моя супруга.
— Которая младше его на тридцать лет,- шепнул Диане Дэвид, но так, чтобы грек услышал.- Иженился он на ней всего полтора года назад.
— Целых полтора года!- торжественно проговорил старик, веско качнув указательным пальцем.- Но хватит болтать, вы наверняка голодны. Пойдемте, япровожу вас…
Он провел их на веранду, увитую виноградом. На ней стояло всего три столика. Авцентре журчал маленький фонтанчик сподсветкой.
— ВИП-зона,- сообщил Таис.- Только для близких. Сегодня, ребята, она будет ваша. Садитесь.
Когда они разместились, он удалился.
— Агде можно взять меню?- поинтересовалась Диана, осмотревшись.
— Таис знает, что мы будем есть. Язвонил, просил придержать для меня лучших рыбешек. Ачто кним подавать, он сам решит. Меню ни кчему.
Не прошло ипяти минут, как появился хозяин. Он нес поднос, на котором стояли графинчик идве стопочки.
— Аперитив,- сказал он.- Для аппетита.
— Надеюсь, это не «Метакса»?
— Конечно, она.
— Таис, мне еще за руль садиться. Яхотелбы под рыбу выпить фужер вина.
— Какой руль? Сума сошел? Разве это ужин- без парочки стопочек «Метаксы», бутылочки белого сухого винца икапельки ликерчика на десерт?
— Ты что, предлагаешь нам тут остаться?
— Именно! Буду рад видеть вас всвоем доме.
— Ты как?- спросил Дэвид уДианы.
Она сулыбкой кивнула. Грек просиял.
— Вот иотлично. Пойду скажу жене, чтоб приготовила комнату для гостей.
— Иприхвати стопку для себя. Выпьем за знакомство.
Таис хлопнул Дэвида по спине иудалился.

… Вечер прошел на славу. После двух стопочек «Метаксы», выпитых за знакомство, появились ивино, иликер (под рыбку имороженое смятой иорехами). Апотом снова
«Метакса». Ее потребляли уже вчетвером. Когда ресторан закрылся, кДэвиду иДиане присоединился не только сам хозяин, но иего супруга, очаровательная толстушка, выглядевшая ровесницей Дианы. Говорили, смеялись, пели. Таис- греческие песни, его супруга- каталонские, Диана- русские. Только Дэвид не пел, сказал, не умею, но слушал судовольствием.
Встали из-за стола далеко за полночь. Хозяева проводили гостей вспальню. Диане выдали ночную рубашку- выстиранный, идеально отглаженный балахон, пахнущий лавандой.
Дэвид сДианой забрались впостель, но спать не хотелось. Секса тоже, потому что желудки были полны ине было желания даже двигаться.
— Чудесный вечер,- выдохнула Диана.- Илюди чудесные.
— Согласен.
— Ты уже оставался уних ночевать?
— Один раз. Когда Таис уговорил меня на «Метаксу»…
— Пить хочется.
— Амне выпить…
— Алкаш!- Диана легонько стукнула его кулаком вгрудь, попала как раз по драконьей пасти.
— Пьяница,- поправил Дэвид.- Полежи, ясейчас приду…
Он вернулся совсем скоро. Сдвумя бутылками- вина иводы- истаканами.
Застыв на пороге, он сказал:
— Да, забыл сказать… Ты выглядишь потрясающе вэтом балахоне.
— Лучше, чем вмини ина каблуках?
— Скажем, не намного хуже.
Дэвид прошел ккровати, сел истал откупоривать вино. Света он не зажег, но вэтом не было надобности- огромная желтая луна заглядывала вокно иозаряла помещение.
— Держи.- Дэвид протянул ей сначала минералку, потом фужер свином.
— Ятолько водички.
— Не спорь смужчиной.
Она не стала. Чокнувшись, они сделали по глотку. Диана довольно откинулась на подушку. Пожалуй, сегодняшний вечер был самым лучшим из всех за последние полтора года. Ивсеже… кое-что не давало ей покоя. Аименно слова Саввы оДэвиде. Она запрещала себе вспоминать их, но ей не всегда удавалось держать над собой полный контроль. Тем более когда она была пьяна, расслабленна иневероятно всем довольна…
Ивдруг бац. Как черная туча, появившаяся из ниоткуда ивмиг омрачившая радостный солнечный денек…

«Он не тот, за кого себя выдает. Не связывайся сним!»
— Дэвид.
— Ммм?- вопросительно протянул Дэвид, не отрывая взгляда от ее ног, которые он гладил, положив поперек своих бедер.- Утебя такие милые коленочки… сямочками…
— Тебя на самом деле зовут Дэвид?
— Ачто, есть сомнения?- нахмурился он, подняв на Диану тяжелый взгляд.
— Просто…- Она стушевалась, не зная, что сказать.- Тебе, по-моему, оно не очень подходит… вот яиспросила…
— Икакоеже мне имя подходит, по твоему мнению?
— Не знаю,- беспомощно ответила Диана.
— Вообще меня зовут Давид. Но япривык ктому, что меня на английский манер зовут Дэвидом, ипредставляюсь именно так. Если тебе не нравится, зови меня Давидом. Или Дэйвом, как Савва.
— Нетуж, как Савва, не буду точно,- не сдержалась Диана.
— Не нравится он тебе, да?
— Не нравится,- не стала спорить она.- Кстати, вчера яего встретила, мы поболтали… Он сообщил мне чудовищную новость отом, что вТулузе, куда ты ездил, зверски убили троих людей, включая ребенка. Это правда?
— Да. Ядаже видел, как их трупы на тележках вывозили из отеля. Как раз мимо проходил.
— То есть они все жили водном отеле?
— Более того, водном номере. Эти трое- мать, отец исын. Мальчику едва исполнилось одиннадцать.
— Какой кошмар! Убийцу не нашли?
— Его врядли найдут. Убийство- заказное. Такие обычно не раскрываются.
Он залпом выпил вино иналил себе еще.
— Атеперь давай поговорим очем-нибудь другом,- предложил он.- Не хочется портить эту чудесную ночь.
— Хорошо. Тогда расскажи мне, как продается твой дом. Покупатель не нашелся?
— Яснял его спродажи.
— Отчаялся найти того, кто заплатит заломленную тобой цену?
— Иэто тоже. Но основная причина вдругом.
— Ивчемже, если не секрет?
— Не вчем, авком. Втебе.
— Не поняла…- пролепетала Диана. Унее, конечно, возникла мысль, почему он это сказал, но она прогнала ее. Не может быть!
Он отставил фужер, придвинулся кДиане, обнял.
— Явстретил тебя. Ты мне понравилась. Очень понравилась. Настолько, что яне хочу скомкать ивышвырнуть чувство, которое уменя возникло ктебе. Яне говорю, что влюблен. Язарекся кидаться громкими словами. Но ты мне безумно нравишься. Ияхочу тебя ближе узнать. Чтобы решить, разбежимся мы или останемся вместе…- Он нежно провел рукой по ее пылающей щеке.- Надеюсь, ты не против?
— Я- за,- смущенно ответила Диана.- Ты тоже мне очень нравишься.
Он притянул ее ксебе инежно поцеловал. Диана положила голову ему на плечо, прикрыла глаза ине заметила, как уснула.
Глава4
На большую игру она не попала. Ине потому, что не захотела. Просто Савва не смог (аскорее, не захотел) достать для нее билет. Он долго извинялся, говорил, что переоценил свои возможности, но Диана ему не верила. «Он либо решил сделать мне маленькую бяку,- размышляла она,- либо, что хуже, хочет остаться сДэвидом наедине, чтобы облить меня грязью, тем самым сделав бяку большую…»
Диана даже хотела рассказать Дэвиду обо всем, что Савва ей наговорил втот вечер, но передумала. Решила не портить ему «праздник». Она сделала мудрее.
— Давайте яотвезу вас вБарсу,- предложила она Дэвиду.
— Да ладно тебе, зачем? Мы договорились, что поедем на моей.
— Яна твоей вас иотвезу, уменя своей нет. Зато ты сможешь пивка попить после матча, расслабиться.
— Захочу пивка, брошу машину на стоянке, возьму такси.
— После игры? Да ты его ловить будешь полночи…
— Аты права,- проговорил Дэвид.- Если тебе нетрудно, отвези нас.
— Мне нетрудно,- мягко улыбнулась ему Диана.
Савва очень удивился, когда увидел ее за рулем машины. Но сделал вид, что обрадовался ее обществу. Оба мужчины подготовились кигре. Оделись подобающе. На обоих одинаковые бейсболки слоготипом любимой команды, куртки, шарфы. Вруках дуделки ифлаги.
Диана довезла мужчин до стадиона, поставила машину на стоянку ипошла вресторан. Выбрала тот, что подороже, потому что вдемократичных заведениях все столики были заняты- мужчины собрались посмотреть трансляцию матча. Диана тоже была не против, но, сунувшись впарочку баров, поняла, что ей придется обойтись без этого. Иона отправилась во французский ресторан. Заказала себе ужин истала ждать, когда закончится игра.
Прошел, наверное, час, когда за соседний столик сели двое мужчин. По виду англичане. Диана научилась отличать их от других европейцев. Как- сама не знала. Быть может, по тяжеловатым челюстям, светлой коже исухопарости? Но таких было много исреди немцев, исреди скандинавов.
Мужчины, усевшись, заговорили между собой на безупречном английском. Диана не ошиблась.
— Слышал, что вТулузе произошло?- спросил один удругого.
— Ты про тройное убийство?
— Да. Там живет сестра моей жены, говорит, весь город кипит.
— Там что, никогда людей раньше не убивали? Вроде крупный город…
Диана знала, что население Тулузы недотягивало до трехсот тысяч, но по европейским меркам это очень много.
— Там просто бойню устроили, понимаешь? Кровью был залит весь гостиничный номер. Да еще ребенок пострадал. Отцу перерезали горло. Мать исына застрелили.
— Какой кошмар! Неужели никто не слышал выстрелов или криков?
— Вномере работал телевизор. Апистолет, как пить дать, был сглушителем.
— Что за люди погибли?
— Какие-то русские.
Диана непроизвольно вздрогнула истала слушать еще внимательней.
— Наверняка глава семьи- бандит,- высказал предположение второй, тот, что был слушателем.
— Мафия,- поддакнул рассказчик.- Мальчишку жалко. Да ижену… Они-то ни вчем не виноваты…
— Уполиции хотябы подозреваемые есть?
— Горничная видела какого-то подозрительного мужчину, проходящего по коридору незадолго до трагедии.
— Чемже он был подозрителен?
— Одет не по погоде, очень тепло, ивчерных очках. Иэто впомещении, где иднем темновато.
— Ну… Это еще не доказательство вины. Может, унего просто такой стиль. Или чистой летней одежды не было, аглаза покраснели от недосыпа?
— Все может быть. Но это якобы единственная зацепка.
— Да какая там. Убийцы давно нет не только во Франции, но ивЕвропе. Наверняка уже где-нибудь вКоста-Рике гонорар тратит…
Иони перевели разговор на другую, более приятную тему.
АДиана еще долго не могла прийти всебя.

«Он не тот, за кого себя выдает…»
Эти его непонятные дела. Куда он ездит, если не работает, аживет на проценты?
Тулуза.
Одежда не по погоде.
Черные очки…
Диана зажмурилась, тряхнула головой. Прочь, прочь эти мысли…
Наконец матч закончился. Это стало ясно из возгласа официанта, втихаря слушавшего радио на телефоне.
— Наши победили?- спросила Диана сулыбкой.
— Три- один впользу «Барселоны».
— Ура!- сказала она по-русски.
Официант не понял, конечно, но общее настроение уловил ивосторженно закивал.
Расплатившись, Диана вышла на улицу. Проследовала кприпаркованной неподалеку машине. Основная масса людей уже вывалилась за ворота. Все шумели: кто-то скандировал что-то, кто-то пел, кто-то просто орал. Большинство было на подъеме. Это уходили сматча болельщики команды-победителя. Среди них Диана заметила иДэвида.
Она помахала ему.
— Ты слышала?- вскричал он, подбежав, схватил ее под мышки иподнял.
— Наши победили!
— Да!
Дэвид покружил ее, затем поставил на землю.
— Надо это отметить!
— Не знаю даже, где нам это сделать. Все кабаки поблизости забиты. Придется немного проехать.
— Не хочу вкабак. Поехали впорт. Посидим уморя.
— Хорошо.- Она направилась кмашине, но тут сообразила, что они не вполном составе.- Агде Савва?
— Встретил какого-то приятеля, решил остаться. Сказал, вернется влучшем случае под утро.
Диана, естественно, нисколько не расстроилась. Вдвоем они сели вмашину ипоехали.
Впорту было много народу. Местные итуристы. Среди тех идругих оказалось много фанатов выигравшего клуба, иДэвид покричал вместе со всеми: «Оле-оле-оле,
«Барселона»- чемпион!» Потом он увел Диану на деревянный пирс, по которому расхаживали огромные чайки, усадил прямо на него (он оказался теплым) идал банку безалкогольного пива. Себе взял обычное. Оказывается, вбагажнике унего был целый мини-холодильник, наполненный пивом.
Они чокнулись банками, выпили за победу «Барселоны».
Время подходило кполуночи, истало прохладно. Дэвид обнял Диану иприжал ее ксебе, чтобы согреть.
— Очем ты думаешь?- спросил он.
— Ни очем…- Диана иправда ни очем не думала. Ей было просто хорошо.- Аты?
— Аяотом, что вот оно- счастье!
— Пожалуй,- согласилась Диана.
Они посидели еще полчаса, апотом поехали вБланес.
Когда оказались дома, Дэвид первым делом плюхнулся вбассейн. Диана плавать не стала. Приняла душ илегла впостель. Она давно не водила машину исильно устала.
Дэвид пришел кней минут через пятнадцать. Забрался вкровать, вжался всем телом внее.
— Не спишь?- шепнул он.
— Нет.
— Ты какая-то очень молчаливая сегодня. Что стобой?
— Вресторане случайно разговор подслушала. Двое мужчин обсуждали то убийство вТулузе.
Его тело напряглось. Диана почувствовала это.
— Если ты будешь расстраиваться из-за каждого преступления, то сойдешь сума.
Она развернулась, посмотрела ему вглаза.
— Яне могу не расстраиваться. Ияудивляюсь, что ты все уже забыл, хотя при тебе вывозили трупы этих несчастных.
Дэвид отвернулся.
— Ты говорил, что хочешь меня узнать,- продолжала Диана.- Так вот уменя такоеже желание. Яхочу узнать тебя. Но ты ничего не рассказываешь осебе.
— Анадо?
— Конечно. Акак еще узнать друг друга?
— Но ты сама не сторонница откровений.
Итут он был прав! Она практически ничего не рассказала ему освоем прошлом. Особенно недалеком. Про детство- да. Немного про юность. Затронула тему учебы винституте, упомянула озамужестве. Но дальше- ничего. Как будто не жила…
— Утебя ко мне есть вопросы?- осторожно спросила Диана.
— Миллион. Но япросто не озвучиваю их, потому что мне кажется, что ты не готова на них ответить.
— Ты прав…
— Тогда какие претензии ко мне?
Иснова вточку! Еслиуж откровенничать, то обоюдно.
— Прости меня, ядура,- улыбнулась Диана. На мужчин, даже самых умных иуверенных всебе, это признание действует безотказно. Они сразу начинают кженщине относиться снисходительно.- Давай спать, хорошо? Яустала. Да иты тоже.
— Спокойной ночи.
Она взяла его ладонь ипоцеловала ее.
Дэвид засопел почти тутже. АДиана еще долго лежала соткрытыми глазами, вспоминая прошлое, окотором, чтобы не сойти сума, старалась не вспоминать.

… Забеременела она спустя год после свадьбы. Иэто событие стало самым радостным для обоих супругов. Когда Диана сообщила мужу освоем положении, он прыгал по квартире, кричал, хохотал, хватал жену на руки икружил, зацеловывая ее. Беременность протекала легко. Диана наслаждалась ею. Даже на последнем месяце она чувствовала себя хорошо. Унее был аккуратный животик, исама она не сильно поправилась. «Увас будет очаровательная миниатюрная малышка»,- говорила ей врач-гинеколог. ИДиана радовалась тому, что родится девочка. Ей хотелось именно девочку. Как иМише. Он сразу придумал ей имя- Алиса. Он сдетства обожал произведения Кэрролла оприключениях девочки вЗазеркалье иСтране чудес. Диана тоже, поэтому согласилась назвать дочь именно Алисой. Исфамилией- Аникеева- имя чудесно сочеталось.
Диана родила свою девочку всрок. Роды прошли не так легко, как ожидалось. Малышка шла попкой, иДиана здорово намучилась, производя ее на свет. Но Алиса стоила всех мучений! Она оказалась чудо-ребенком. Издоровеньким, ихорошеньким, инекапризным. До месяца Алиса была голубоглазой впапу итемноволосой вмаму. Все думали, такой иостанется. Но малышка вдруг начала меняться, пока не превратилась вкареглазую блондинку. Дианины глаза. Мишины волосы. Алиса как будто не хотела обижать ни отца, ни мать, вот ивзяла что-то от каждого.
Алиса рано начала ходить иговорить. Диана не знала сней никаких проблем. Оба родителя приходили квыводу, что им несказанно повезло сребенком. На Мишиных глазах росла родная сестра. На Дианиных- двоюродная. Иобе девочки были ужасно вредными, особенно вопределенный период, после трех лет. Алисинже характер совершенно не менялся. Она оставалась нежной, ласковой, добродушной, открытой. Самой-самой лучшей…
Когда Алисе исполнилось пять, Миша купил дом вЛондоне. Для своих девочек! Диана всегда мечтала пожить вэтом городе, дочку они планировали отдать вшколу искусств при королевской академии. Мишины дела шли настолько хорошо, что он мог позволить себе такую покупку. Ктомуже дом вАнглии оказался дешевле, чем московская квартира вЦентре, которую он первоначально собирался приобрести.
Алиса росла, но оставалась такойже маленькой ихрупкой, как всамом раннем детстве. Ее волосы были белокурыми, аглаза кофейными. Фарфоровое личико девочки постоянно светилось улыбкой. Она редко плакала. Только когда жалела кого-то: сбитую автомобилем птицу, хромую собаку, валяющегося вгрязи бездомного. Ее бабушка, Дианина мама, наблюдая за Алисой, не умилялась, как все, агрустно вздыхала. Миша как-то не выдержал идовольно агрессивно спросил:
— Вы не любите свою внучку?
— Как можно не любить ангела?
— Тогда почему вы вечно смотрите на нее скислой миной?
— Яее жалею.
— Почему? Она здорова, красива, развита. Унее прекрасные родители ирадужное будущее.
— Не место ангелам внашем мире, понимаешь?
— Нет!
— Кто-нибудь обязательно обломает ей крылья… Рано или поздно.
— Яне допущу этого!
Но бабушка лишь качала головой. Ее не отпускало недоброе предчувствие.
Диана сдочкой прожила год вЛондоне, когда выяснилось, что она беременна опять. Миша хотел еще ребенка. Уговаривал жену родить его. Диана впринципе была не против второго чада, но… Она так любила Алису, что не представляла, как сможет украсть унее частичку своего чувства, чтобы подарить его другому ребенку.
Ивсеже таблетки, которые она принимала, дали сбой. Миша, который навещал своих девочек раз вмесяц, узнав освоем скором дубль два отцовстве, чуть сума от счастья не сошел. Он снова прыгал по квартире, хохотал, обнимал ицеловал, но теперь не только Диану, аиАлису. «Утебя скоро будет братик, милая!»- кричал он, хватая дочку иподбрасывая вверх. Он был уверен, что родится пацан. Диана вэтом тоже не сомневалась. Наверное, потому, что беременность протекала совсем иначе. Ее тошнило спервых недель. Мучили изжога изверские приступы обжорства. Болела спина. Отекали ноги. Это был ад! Ивсеже Диана чувствовала себя счастливой. Она живо представляла своего сына упрямым, своенравным, непоседливым. Он еще вутробе показывал себя таковым- постоянно пинался, вертелся и… требовал соленого! Диана никогда особенно не любила селедку или маринованные огурцы, но когда носила сына, ее буквально раздирало желание съесть… нет, сожрать что-нибудь соленое! Да не пару помидоров или кусочек скумбрии пряного посола, абанку помидоров ицелую рыбину!
За время второй беременности Диана сильно поправилась. Уже на седьмом месяце ходила струдом. Поэтому на семейном совете было решено вернуться вМоскву. Алиса могла пойти вшколу ина следующий год.
Кприезду жены идочки, атакже рождению еще одного ребенка, которого решили назвать Глебом, Миша подготовился. Купил-таки трехкомнатную квартиру впрестижном районе, сделал там ремонт.
Москва встретила их жарой. Диана не могла ее переносить. Поэтому сидела дома под кондиционером. Авот Алиса постоянно рвалась на улицу. Авсе из-за огромной заасфальтированной площадки перед домом, которую ей не терпелось разукрасить. Девочка обожала рисовать. На бумаге, холсте… На обоях- ее за это не ругали, на стекле- окнах или посуде… аеще мелками на асфальте, особенно мелками на асфальте! Потому что лист бумаги, холст, окно не шли сним по масштабу ни вкакое сравнение.
Диана могла выходить сней во двор только поздним вечером, когда спадала жара. Но тогда уже темнело иАлиса ничего не видела. Поэтому обычно приезжала бабушка, чтобы погулять свнучкой. Однако она могла приезжать не каждый день. Унее имелись свои дела, иАлиса была вынуждена сидеть дома вместе смамой. Она просила отпустить ее одну, но Диана категорически ей запрещала. Москва не тот город, где можно выпускать маленьких детей на улицу без присмотра.
Миша домой возвращался поздно- работа. Но вот пришла суббота, ион смог освободиться после обеда. Алиса тутже повисла на папе- пойдем во двор.
— Своди ее погулять,- попросила Диана.- Ребенок извелся уже.
— Да, папочка, пожалуйста, погуляй со мной!- Алиса сложила руки вмолитвенном жесте.- Мне нужно закончить рисовать ангелочка. Это подарок для девочки из соседнего подъезда. Унее завтра день ангела.
— Конечно, погуляю.- Он обнял дочь.- Пошли, Алиса!
— Сейчас, только мелки возьму!
Она прихватила свою заветную коробочку ипулей вылетела из квартиры.
Оставшись одна, Диана посидела немного, наслаждаясь тишиной ипокоем. Потом решила приготовить что-нибудь поесть. Остановилась на окрошке. Втакую жару ничего лучше не придумаешь. Поставив варить яйца икартошку, Диана взяла колбасу, огурцы, зелень иредис иуселась за стол, чтобы все это порезать. Между делом она поглядывала вокно, видела, как дочь рисует, амуж сидит на лавочке сгазетой.
Яйца сварились. Диана встала, чтобы выключить их, ипочувствовала резкую боль впояснице. Вообще спина беспокоила ее постоянно. Но обычно она просто ныла. Сейчасже боль буквально разрывала все тело. Диана осмотрелась, ища телефон. Но его поблизости не было. Аходить по квартире иискать она не смоглабы при всем желании. Тогда Диана распахнула форточку, чтобы крикнуть мужа, как вдруг…
Сначала она услышала оглушительный рев мотора, затем мерзкий скрип тормозов, удар, слабый детский вскрик! Видеть ей мешала боль…
Но когда пелена сглаз спала, Диана рассмотрела машину, стоящую одним колесом на песочнице. Черные отпечатки шин на нежных крыльях нарисованного на асфальте ангела…
Исамого ангела, свою дочь, лежащую влуже крови…
Диана страшно закричала. Ее вопль услышал Миша, стоящий на коленях возле Алисы. Он поднял на нее глаза, иДиана все поняла!
Их дочь мертва!
Не обращая внимания на раздирающую тело боль, Диана побежала кдвери. Схватившись за ручку, рванула ее ибуквально вывалилась на лестничную клетку. Они жили на четвертом этаже. Лифт оказался занят. ИДиана побежала по лестнице. Она преодолела всего пять ступенек, когда боль завладела всем ее существом. Парализованная ею, Диана рухнула на цементный пол ипотеряла сознание.

…Она пришла всебя вбольнице. Открыла глаза иувидела дремлющую на кушетке маму.
— Ма…- позвала ее Диана. Договорить не смогла: голос сорвался. Но та услышала.
— Очнулась?- радостно воскликнула мама.- Ну, слава богу…- изаплакала.
— Алиса…
— Да, дочка, да…- Мать, рыдая, прижалась кДиане, обняла ее крепко-крепко.
Итут Диане вдруг подумалось, что ей все приснилось. Она ухватилась за эту спасительную мысль иснадеждой спросила:
— Она впорядке, правда. Впорядке, да?
— Давай потом об этом. Ты слишком слаба…
— Скажи, мама! Сейчасже.
— Доченька…- Мать еще сильнее прижала ее ксебе. Так, что кости захрустели.- Она умерла. Ее уже похоронили.
Диана обмякла. Мать испуганно отстранилась, решив, что дочь снова потеряла сознание.
— Как похоронили?- едва слышно переспросила Диана. Сил вней осталось так мало, что говорить вполный голос не получалось.
— Ты находишься вбольнице пятый день.
— Ачто смалышом?
— Он вбарокамере. Слабеньким родился. «Допекают».
— Когда яего увижу?
— Когда сможешь встать.
Дина тутже свесила ноги скровати, собираясь сделать это немедленно, но мать остановила ее.
— Ляг, немедленно!- прикрикнула она.- Утебя швы. Хочешь, чтобы разошлись?
— Мне все равно.
— Анам нет. Мне, отцу, мужу твоему. Лежи, ясхожу за доктором.
Встать Диане разрешили только через день. Тогдаже ей сообщили, что ее сын, Глебка, умер, прожив всего сутки. Еще через двое скончался отец- не выдержало сердце.
Как оно не разорвалось уДианы тогда, она не понимала. Столько горя сразу… Как выдержать такое? Диана так глубоко погрузилась всвой ад, что не видела ничего вокруг. Никого иничего. Замечала только маму. Уних был один ад на двоих. Мишу Диана туда не пускала. Она отдалилась от него настолько, насколько могла. Ифизически, иморально. Как правило, она ночевала уматери. Акогда оставалась усебя дома, спала вотдельной комнате. Обычно детской. Ложилась на Алисину кроватку, подтянув ноги кподбородку, обнимала ее плюшевого зайца. Полночи плакала, потом, обессиленная, засыпала. Миша пытался преодолеть возведенную женой преграду отчуждения. Порывался поговорить сней… поплакать вместе, сходить кпсихологу. Но чем больше он делал попыток все наладить, тем сильнее отталкивал Диану от себя. Диана хотела, чтобы он оставил ее впокое. Навсегда!
Однажды, когда смомента смерти Алисы прошло два месяца, Диана не выдержала. Они ужинали вдвоем. Миша что-то рассказывал. Кажется, окаком-то курорте вБаварии, где не просто чудесный отдых, но инеплохое лечение. Предлагал скататься туда на недельку-другую.
Обычно она не принимала участия вразговорах. Если муж задавал ей вопрос, отвечала односложно или не отвечала вовсе. Он кэтому привык. Потому говорил как будто сам ссобой. Но Диана знала, что речь оБаварии он завел неспроста. Считает, что ей необходимо лечение. Как будто не понимает, что единственный доктор, который поможет ей,- это время.
— Отпусти меня,- попросила Диана.
— ВБаварию? Одну? Нет, милая, одна ты точно не поедешь. Если только смамой.
— Отпусти меня,- повторила она.- Насовсем. Япрошу развода.
Миша покачал головой, после чего встал, чтобы уйти, но Диана схватила его за руку.
— Яне могу оставаться стобой,- выпалила она.- Поэтому прошу- отпусти.
— Нет,- коротко ответил он иповторил попытку удалиться, но Диана держала его крепко.
— Но почему?
— Почему?- Его глаза стали огромными.- Этоже очевидно. Ты моя жена, ялюблю тебя и…- Он запнулся.- Ничто не должно разлучить нас. Даже эта трагедия… Мы переживем ее вместе…
— Нет! Яне хочу… Вернее, не могу переживать ее стобой. Ты- живое оней напоминание.
Лицо Миши стало землисто-бледным. Вмгновение ока от него отхлынула кровь.
— Ты винишь меня впроисшедшем?
— Аты себя нет?
— Яничем не мог помочь… Поверь, еслибы уменя был хотябы один шанс на миллион, явоспользовалсябы им. Яжизнь свою отдалбы, не раздумывая, лишьбы моя девочка жила…
— Ты не должен был оставлять ее без присмотра!- ледяным тоном проговорила Диана.
— Яотвлекся на миг. Аэта машина… Она влетела на детскую площадку на бешеной скорости. Водитель был смертельно пьян.
— Все язнаю. Даже то, что это был отец той девочки, для которой Алиса рисовала ангела.
— Яупеку его втюрьму надолго.
— Разве этим ее вернешь? АГлеба? Апапу? Все, хватит! Не хочу это обсуждать.
— Аяхочу!- вего голосе появились гневные нотки.- Давай наконец поговорим откровенно. Ты все два месяца смотришь на меня сненавистью, молчишь…
— Потому что щажу тебя!
— Так не щади!
Она хотела крикнуть: «Яненавижу тебя, ненавижу за то, что ты не уберег нашу дочь!
— но не стала этого делать. Диана желала сохранить смужем нормальные отношения. Да ипонимала вглубине души, что это нечестно- взвалить всю вину на него. Иона моглабы оказаться на месте мужа ивыпустить дочь из поля зрения на минуту-другую. Как имама. Если Алисе было суждено умереть ввозрасте семи лет, она умерлабы…
Потому что не место ангелам внашем мире… Кто-то обязательно обломает им крылья!
— Яне люблю тебя, Миша,- сказала Диана.- Никогда не любила. Ты был мне лишь приятен, ияпонимала, что ты хорошая партия. Мы создали семью. Но сейчас, когда половина ее лежит на кладбище под слоем земли, я…- Ее голос сорвался.- Японяла, что не могу жить стобой. Уменя не осталось ктебе даже приязни. Боюсь, что скоро разовьется ненависть. Не хочу этого. Потому предлагаю расстаться.
— Явсегда знал, что ты меня не любишь. Для меня это не новость. Ямирился сэтим все годы, намерен ивпредь мириться.
— Ты вообще слышишь меня? Ятебя почти ненавижу… Ты исэтим готов мириться?
— Уверен, что ты говоришь это не всерьез. Просто утебя горе. Но ты не забывай, что оно иуменя. Ятоже потерял двоих детей. Но не могу потерять последнее, что осталось от моей семьи, свою жену…
Итогда Диана поняла, что по-хорошему расстаться не получится. Аостаться смужем она не может. Миша будет душить ее своим вниманием илюбовью, пока не сведет сума. Акогда это произойдет, она или наложит на себя руки, или убьет его…
Итогда ее ад будет вечным.
Диана встала из-за стола, прошла всвою комнату, собрала документы, кое-какие вещи. Полностью одетая, счемоданом, она вышла вгостиную. Миша находился там. Пил неразбавленный виски исмотрел на огонь вкамине.
— Яухожу, Миша. Иподаю на развод.
— Яне дам его тебе.
— Утебя нет выбора.
Она ушла. Утром следующего дня Диана наняла адвоката иподала всуд заявление спросьбой расторгнуть их брак. Юрист предупредил сразу, что процесс может затянуться из-за нежелания второго супруга разводиться ивсвязи струдностями сразделом совместно нажитого имущества.
— Ведь вы наверняка хотите получить половину,- убежденно говорил адвокат.- Аваш пока еще законный супруг не желает сней расставаться. Плюс он не хочет отпускать вас. Поэтому готовьтесь кдраке за каждый рубль идолгому, скандальному процессу.
— Если яоткажусь от всего, нас разведут?
— От всего?- Его глаза округлились.
— Яхотелабы оставить только свои драгоценности имашину.
— Акакже квартира? Дом вЛондоне? Акции?
— Уменя есть жилье. Мама ссестрой продали квартиру покойной бабушки, деньги поделили. Моя мать вложила их исвои сбережения впокупку однушки. Она моя. Так что жить мне есть где.
— Ана что есть? Выже не работали никогда.
— Пора начинать…
— Хочу напомнить, что мои услуги…
— Уменя имеются драгоценности. Япродам их. Все равно мне некуда их надевать.
— Не глупите, Диана.
— Послушайте, яхочу развестись. Это- главное. Остальное- второстепенное. Конечно, яне хотела оставаться сголым задом, но если такова цена моей свободы, то яготова ее заплатить.
Суд состоялся через месяц. Адвокат Дианы честно отработал свой гонорар. Но когда она решила, что все впорядке ииз здания суда она выйдет свободной женщиной, слово взял Миша:
— Ваша честь, япрошу дать нам время.
— Увас был месяц до суда,- пожала плечами судья. Это была женщина лет пятидесяти, суровая исвиду очень усталая.
— Но мы все еще не готовы кпринятию окончательного решения.
— Кто это «мы»? Ваша супруга уже все решила.
— Она не всебе.
— Ятоже так думаю. Потому что она добровольно отказывается от всего, на что может претендовать по праву.
— Ваша честь, мы пережили страшную трагедию. Унас погибла дочь.
— Явкурсе.
— Еще мы потеряли сына. Усупруги умер отец. Она сломлена горем, поэтому не совсем адекватна.
— Да? Атак ине скажешь…
— Она переживает все всебе. Отгородилась от людей. Ябоюсь за нее. И…Ялюблю ее. Яхочу помочь. Поэтому не отпускаю. Дайте нам еще время.
Идалее втомже духе. Диана видела, как лицо судьи делается мягче. Она явно испытывала кМише симпатию. Она была на его стороне. И,скорее всего, жалела Диану. Считала, что смужем ей будет лучше. Ведь он такой прекрасный илюбящий человек!
— Хорошо,- проговорила судья.- Ямогу дать вам месяц на принятие окончательного решения…
Итогда Диана спросила:
— Ваша честь, могу теперь явзять слово?
Судья кивнула.
— Яне хотела трясти грязное семейное белье, но понимаю, что иного выхода нет. Муж бил меня. Иэто основная причина, по которой ярешила расторгнуть брак.
— Бил?- переспросила судья, посмотрев на Диану из-под очков.
— Да.
Михаил сужасом смотрел на жену.
— Почемуже вы столько лет терпели побои?
— Ради дочери. Миша был хорошим отцом. Только со мной он обращался по-скотски. Теперь, когда моей девочки не стало, мне незачем терпеть его издевательства.
— Вашим словам есть какие-то подтверждения?- подняла бровь судья.- Вы вызывали милицию, когда ваш супруг нападал на вас? Или есть свидетели среди соседей, например?
— Нет. Яне хотела выносить сор из избы. Аподтверждение одно… Вот!- Диана задрала рукав рубашки ипродемонстрировала шрам, затем приподняла юбку ипоказала еще один. Она получила их полтора года назад, упав сводных лыж.- Это подарок мужа на годовщину нашей свадьбы.
Диане было стыдно говорить такие вещи. Она понимала также, что совсем скоро пожалеет освоих словах ибудет мучиться раскаянием. Она не собиралась расставаться смужем вот так… Но что поделать? По-хорошему он не захотел…
— Прошу вас, ваша честь, избавьте меня от этого человека сегодняже.
Миша порывался что-то сказать, но судья жестом приказала ему замолчать.
— Объявляю брак расторгнутым!- громко объявила она истукнула своим молоточком.
На этом история не закончилась. Судья обязала Михаила оплатить все судебные издержки, атакже отдать Диане квартиру. Адвокат уговаривал ее отсудить убывшего мужа еще ичасть акций, но она отказалась. Мишин адвокат уговаривал его подать на апелляцию ивернуть назад квартиру. Он отказался.
Больше супруги не виделись. Миша наверняка был смертельно на Диану обижен. Он исчез из ее жизни… Когромному Дианиному облегчению.
После развода она стала приходить всебя. Смамой съездила всанаторий, немного привела впорядок нервы.
Вернувшись вМоскву, Диана сменила место жительства. Она переехала воднокомнатную квартиру, подаренную ей матерью. Устроилась на работу- администратором вдетское кафе. Ей казалось, что ребячий смех поможет ей возродиться. Но Диана ошиблась. Сначала ей действительно было радостно работать смалышней. Она любила детей исудовольствием возилась сними. Но однажды родители привели вкафе семилетнюю девочку отмечать день рождения. Она была хрупка, белокура, улыбчива. Внарядном платье впол искружевными крылышками за спиной…
Чистый ангел!
Диана не сдержалась, расплакалась, увидев ее. Убежала вбытовку, забилась вугол. Заведующая пошла узнать, что случилось. Диана рассказала.
На следующий день все работники кафе смотрели на нее такими сочувствующими глазами, что она написала заявление об уходе.
После Диана работала всалоне сотовой связи, вмебельном магазине, сидела на телефоне вотделе продаж одной компании. Нигде не задерживалась больше двух месяцев. Кто-нибудь обязательно начинал лезть ей вдушу. Урусских ведь принято быть вкурсе всех событий, произошедших вжизни коллег, соседей, приятелей, друзей приятелей. Влюбом коллективе, куда Диана вливалась, сразу начинали спрашивать, замужемли она, естьли дети. Она отвечала, что разведена, детей нет. Иначиналось: апочему развелись, акакже так, детей не родили, не хотели или не получалось? Итак далее. Когда она жаловалась на это матери, та удивлялась.
— Что вэтом плохого? Ктебе проявляют интерес. Аты что, хотела, чтобы тебя не замечали?
— Нет, почему? Яхочу, чтобы со мной вежливо здоровались ипрощались вконце дня. Аво время работы обращалась только по делу. Ина этом все.
— Это, милая моя, не по-нашему. Унас коллектив- семья. Иятебе скажу, это здорово. Унас сбабами все проблемы общие. Обсуждаем всей кухней. Это очень помогает.
— Мам, ядругая. Яне собираюсь никого посвящать всвои беды. Яхочу забыть их, амне постоянно напоминают.
— Тогда посылай всех лесом!
— Всалоне сотовой связи ятак исделала. Не грубо, конечно, но дала понять, что моя жизнь не их дело.
— Ну вот…
— Яне прошла испытательный срок. Со мной распрощались, потому что яне поладила сколлективом.
Мать внимательно посмотрела на Диану испросила:
— Зачем ты пошла работать?
— Ну какже… Надо.
— Что значит надо? Из-за денег?
— Нет. Ямогу сдать квартиру ииметь доход много больше, чем на любой работе, которую могу получить.
— Тогда увольняйся. Зачем себя мучить? Изнаешь… Уезжай. Поживи за границей. Там ты быстрее все забудешь. Акогда забудешь, возвращайся изаймись здесь тем, что тебе по нраву.
Диана последовала совету матери иуже через четыре месяца обживала свою новую квартирку виспанском Бланесе.
Глава5
Дэвид снова уехал.
Собрался неожиданно. Еще утром он говорил Диане, что вечером ждет ее усебя, аднем позвонил, сказал- уезжаю. Она не стала спрашивать куда, поинтересовалась только, когда он вернется.
— Обернусь за сутки,- ответил Дэвид. Итутже добавил:- Ядо Португалии смотаюсь. Туда иобратно.
— Ябуду ждать.
— Мне хотелосьбы, чтоб ты ждала меня…- Он засмеялся.- Уменя.
— Втвоем доме?- уточнила Диана.
— Именно. Явернусь завтра вечером. Ориентировочно впять-полшестого. Мне будет безумно приятно, если ты встретишь меня.
— Нагая сдвумя фужерами шампанского?
— Идеально!- Теперь он уже смеялся. Оказывается, он был не таким, каким показался вначале: сдержанным, даже немного суровым. Дэвид часто улыбался имного шутил. Аесли смеялся, то от души.- Но яна этом не настаиваю. Мне просто хочется видеть тебя усебя. Яже соскучусь за сутки.
— Уменя нет ключей.
— Язавезу. Хорошо?
— Ладно.
— Буду через пятнадцать минут.
Он пробыл уДианы недолго. Успел только вручить ключи ипоцеловать ее на прощанье. Она предложила ему чаю, но Дэвид отказался. Сказал, надо ехать.
Проводив его, Диана посидела немного на балконе. Решила пойти на море. Так исделала. Диане хотелось, чтобы поскорее наступило завтра иДэвид вернулся. Но время тянулось ужасно медленно. Онауж инакупалась, исока свежевыжатого напилась впляжной кафешке, адень все не кончался.
Вернулась домой, попробовала поспать. Не получилось! Итогда она решила отправиться на виллу Дэвида. Настроение сразу поднялось! Она представила, как будет купаться вбассейне ипить ледяной джус, апотом, помывшись, приготовит себе легкий ужин исъест его на веранде. Затем просмотр какого-нибудь душевного фильма исон.
Она быстро собралась ивышла из дома. На улице было многолюдно. Сиеста закончилась, иоткрылись магазины. Диана зашла водин. Купила халатик, чтобы ходить внем по вилле Дэвида. Не всеже его футболки таскать.
Вечер она провела, как ипланировала. Плавала, пила, поела, поставила диск сфильмом «Девять споловиной недель» илегла вкровать. Фильм этот она смотрела много раз, но он ей не надоедал. Для кого-то это была обычная эротическая мелодрама, для нееже- настоящее произведение искусства. Она любовалась Ким Бесинджер иМикки Рурком, аеще Нью-Йорком, пусть неодушевленным, ивсеже третьим главным героем фильма.
Диана досмотрела фильм до того момента, когда героиня Ким, оставшись одна вквартире своего парня, начинает рыться вего вещах. Она всегда считала, что это очень некрасиво- совать нос куда не следует. Диана знала, что многие женщины, если не все, заглядывают всумки, кошелки, компьютеры, телефоны мужей. Онаже никогда этого не делала. Но сейчас, глядя на экран, она не осуждала героиню, апонимала ее. Девушке просто хотелось лучше узнать своего избранника. Точно как ей, Диане.
Ругая себя, она выдвинула ящик прикроватной тумбочки. Он оказался пустым! Тогда Диана перекатилась на другой край кровати иоткрыла другой ящик. Пузырек со снотворным, бумажные носовые платки, презервативы. Ничего необычного.
Диана поднялась, обошла комнату. Ей было стыдно за себя, но она уже не могла остановиться. Она изучила содержание шкафа икомода. Но ничего, кроме вещей ипостельного белья, не обнаружила. На этомбы иуспокоиться, но Диана… не то чтобы вошла во вкус. Скорее ее охватил азарт. «Укаждого есть свой скелет вшкафу, — говорила она себе.- Иядолжна отыскать тот, что спрятан уДэвида. Ну, или хотябы что-то, характеризующее его, рассказывающее оего прошлом инастоящем. Какие-то записи, фотографии… Хоть что-то!»
Она обшарила все обитаемые помещения, но натыкалась только на безликие вещи, ничегошеньки не сообщающие охозяине. Вдоме не было даже книг! Не говоря уже одневниках ифотоальбомах. Компьютера тоже не было. Ни счем Диана вернулась вспальню.
Фильм уже кончился. Диана выключила плеер. Спать все еще не хотелось, поэтому она решила посмотреть телевизор. Прощелкала каналы. Судивлением обнаружила русский. Но не остановилась на нем, там показывали какой-то долгоиграющий сериал. Оставила один из португальских. Их было аж три. Спортивный, развлекательный иновостной. Выбор Дианы пал на последний. По нему шли какие-то местные новости, но ссубтитрами на английском языке.
— Только что поступило сообщение очудовищном преступлении, совершенном вгороде Порто,- говорил ведущий, аДиана читала.- Убиты двое туристов из России. Оба, аэто двое мужчин, были зарезаны. Убийца скрылся сместа преступления, не оставив никаких следов. Полиция пока комментариев не дает.
Пульт выпал из рук Дианы.
Еще одно совпадение!
Дэвид полетел вПортугалию и…
Там произошло убийство!
Она тряхнула головой. Нет, этого не может быть! Дэвид и… убийца? Он такой спокойный, приятный и… совсем, совсем не злой. Диана от него не слышала ни одного плохого слова. Она себе позволяла оком-то отзываться негативно, аон никогда.
Диана вытащила пузырек со снотворным, достала таблетку исунула врот. Ей нужно уснуть. Отключиться. Завтра будет новый день иновые мысли. Аеще, похоже, пришла пора переходить на новый этап отношений. Аименно: делиться друг сдругом своими тайнами. Тогда появится хоть какое-то доверие. Диана решила завтраже рассказать Дэвиду освоем горе иправду оразводе. Идаже если он не ответит на ее откровенность темже, все равно ей станет легче иона почувствует себя ближе кнему.
Таблетка еще не начала действовать, но Диана знала, что через пятнадцать минут она точно будет спать. Надо выключать телевизор иложиться. Она поискала пульт на кровати, но не нашла. Вспомнив, что он упал сгрохотом на пол, она свесила голову вниз. Пульт валялся на полу рядом сножкой кровати. Диана потянулась кнему итут увидела коробку из-под ноутбука (значит, всеже уДэвида есть компьютер, ион взял его ссобой), она стояла под кроватью.
Она выдвинула ее. Думала, она будет пыльной, но нет. Диана открыла крышку изаглянула внутрь…
Вкоробке лежал пистолет сглушителем!
Сознание поплыло. Толи от шока, толи стало действовать снотворное.
Диана задвинула коробку под кровать, легла. Мысли неслись каруселью. Она не успевала ухватиться ни за одну. Аеще было очень страшно… очень-очень.
Диана вскочила. Она не хотела… нет, не могла оставаться вэтом доме. Быстро одевшись, она выбежала вон. Сад, такой красивый при дневном свете, сейчас казался зловещим. Возможно, включи она освещение, все былобы иначе, но Диана передвигалась втемноте. Наконец она добралась до ворот, открыла их, выскользнула на улицу.
Сразу стало спокойнее.
Она шла по безлюдной улице всторону приморского бульвара. Ей хотелось побыть среди людей. Хотябы минут пятнадцать. Апотом можно испать…
Диана прошла треть пути, когда заметила, что за ней идет человек. Ей вбосоножку попал камешек, она наклонилась, чтобы вытащить его, итут обнаружила… слежку! Именно слежку, потому что тот, кто шел за ней на расстоянии пяти-семи метров, остановился сразу, как только затормозила Диана, ишмыгнул втень пальмы. Ему не хватило пары секунд, чтобы скрыться иостаться незамеченным. Преследователь немного замешкался, иДиана его увидела.
Еле живая от страха, она пошла дальше. Хотелось бежать икричать «помогите!». Но она решила, что умнее сделать вид, будто она ни очем не догадывается. Хотелбы убить, давнобы это сделал, успокоила себя Диана. Ипостаралась вести себя естественно.
Наконец показались огни набережной. Диана ускорила шаг. Вдруг…
Кто-то схватил ее за руку!
Сиспуганным вскриком Диана обернулась.
Савва!
— Так это ты за мной все время шел?
Савва неопределенно пожал плечами испросил:
— Ты от Дэйва?
— Да.
— Он остался дома?
— Его нет.
— Агде он?
— Уехал. Ачто ты хотел?
— От него ничего. Яискал тебя. Даже домой ктебе ходил, но никто не открыл.
— Откуда ты знаешь, вкакой квартире яживу?
— Ну, яже видел, когда тебя провожал, вкаком окне зажегся свет. Не так трудно вычислить номер квартиры.
— Что ты хотел?
— Поговорить. Пойдем где-нибудь сядем. Не вкафе, апросто на лавке.
УДианы давно кружилась голова. Теперь ей стало ясно, что это не от страха. Снотворное. Оно действовало.
— Извини, Савва, но ясейчас не всостоянии разговаривать,- сказала Диана, ией казалось, что унее язык ватный, аслова звучат не так, как обычно.
— Да хватит уже ломаться. Не заигрывать ястобой собираюсь.
— Яумираю, как хочу спать.
— Ты постоянно хочешь спать,- огрызнулся он.- Можешь хотябы десять минут потерпеть?
— Нет.
— Какаяже ты дура!
Она махнула на него рукой ипошла. Скаждой минутой ей становилось все хуже. Сон накрывал ее. Диана боялась просто упасть на улице. До этого она держалась только благодаря стрессу. Ей было так страшно, что она ничего больше не чувствовала, втом числе сонливости. Но теперь, расслабившись, поплыла…
— Якое-что узнал оДэйве,- услышала она как сквозь вату.- Он точно не тот, за кого себя выдает…
— Ты уже это говорил,- промямлила Диана.
— Тогда ятолько предполагал, теперь уверен.
Он шел за ней. Не отставал.
— Да остановись ты хоть на минуту!- прикрикнул Савва.- Терпеть не могу разговаривать на ходу.
Но Диана знала: если остановится, упадет. Таблетка оказалась очень сильной. Она сама принимала снотворное, но ее так убойно не действовало.
— Его зовут не Дэвид!
— Знаю. Его зовут Давид.
— Да нетже! Его имя Кирилл. Кирилл Исаев. Ион русский.
— Да?
— Да, да, черт возьми! Ты пьяная, чтоли, или под кайфом?
— Япросто хочу спать.
— Он убийца, Диана. Слышишь меня? Убийца! Держись от него подальше. Алучше- беги…
Она уже видела свой дом. Дверь подъездную. Ишла кней.
— Завтраже уезжай. До его возвращения. Тут скоро такое начнется!- Он схватил ее за руку.- Ты понимаешь, очем я? Вали отсюда. Ты слишком молода ипрекрасна, чтобы погибнуть. Аесли останешься рядом сним, то можешь пропасть ни за грош. Поняла?
Она кивнула, лишьбы Савва отстал. И,высвободившись, потрусила кдвери.
Поднявшись вквартиру, она упала на кровать прямо водежде имгновенно уснула.
Глава6
Голова гудела!
Диана, морщась, открыла глаза. Солнце заливало комнату, это означало, что время близится кполудню.
Она встала, подошла кхолодильнику, часы на нем показывали половину двенадцатого. На море не пойдешь, жарко. Ачем тогда заняться? Сходить пообедать? Или съездить всупермаркет за продуктами? Она давно не делала покупок. Аможет, отыскать Саймона ипоиграть сним вшахматы?
Диана достала из холодильника сок, выпила ивернулась вкровать. Что-то беспокоило ее. Но она никак не могла понять, что именно…
Она зевнула. Спать все еще хотелось. Иэто притом, что она продрыхла как минимум десять часов… Счегобы?
Итут Диана вспомнила ту таблетку снотворного, что она приняла, исобытия, произошедшие до этого ипосле…
Убийство вПорто, пистолет, найденный под кроватью, слежку за ней… Она так ине поняла, кто за ней шел… Аглавное- слова Саввы. Она не могла сейчас воспроизвести их точно, запомнила лишь, что Дэвида на самом деле зовут Кирилл Исаев ион убийца.

«Яне верю Савве!- яростно подумала Диана.- Он все врет. Наговаривает на Дэвида. Он хочет разлучить нас. Ине потому, что яему безумно нравлюсь. Просто яотняла унего единственного приятеля. Раньше Дэвид проводил время сСаввой, атеперь со мной…»
Она почти уговорила себя. Но ей не хватило уверенности вДэвиде. Любви кнему было визбытке, авот уверенности…

«Ядолжна поговорить сСаввой,- решила Диана.- Пусть скажет, откуда он узнал отом, что Дэвид не Дэвид. Апотом яприму решение, остаться сним или бежать от него, как советует Савва…»
Диане стало тошно. Бежать. От человека, ккоторому стремилась каждая частичка ее души иклеточка тела?
Она быстро собралась ивышла из дома. Где живет Савва, она знала. Они заезжали за ним, когда направлялись вБарселону на матч. Дойдя до его виллы, Диана нажала на кнопку домофона, расположенную на воротах. Ей никто не ответил. Она позвонила еще пару раз. Результат был темже. Саввы не оказалось дома. Нерешительно помявшись уворот, она всеже ушла. Хотела написать записку, да при себе ручки не было.
Диана не знала, чем себя занять до пяти вечера. Вчера она хотела приготовить что-нибудь вкусненькое, чтобы накормить вернувшегося Дэвида. Планировала пожарить креветки сананасами всоусе карри. Исделать легкий салат. Но сейчас унее не было никакого настроения готовить. Да ивдом Дэвида ее не тянуло. Она вернулась ксебе ипозвонила матери. Хотела услышать родной голос.
— Мамуля, привет!- бодро поздоровалась она, когда трубку на том конце сняли.
— Милая, наконец-то! Язвонила два вечера подряд, но тебя дома не было.
— Да явсе гуляю где-нибудь…
— Как ты, доча?
— Хорошо, ма. Акак ты?
— Жива-здорова.
— Чем занимаешься?- Мать ушла на пенсию, иДиана опасалась, какбы она не захандрила.
— Бизнес открыла.
— Брось!
— Да. Свой маленький бизнес. Пироги пеку ина рынке продаю. Уменя уже свои покупатели есть. Авчера заказали аж пятьдесят штук на поминки.
— Мам, зачем это тебе? Денег мало приносит, зато проблем… Не дай бог, вполицию угодишь за незаконную торговлю.
— Ха! Уже два раза заметали. Но вполиции, девочка моя, тоже люди работают. Итакже, как остальные, хотят есть. Так что теперь основная масса моих постоянных клиентов- мальчишки из ближайшего отделения.
— Ну ты даешь!- хохотнула Диана. Вее матери было столько жизненной энергии, смелости иоптимизма, что это не могло не восхищать.
— Яне хочу дома сидеть, дочь. Скучно мне. Исбабками на лавке скучно.
— Да яжтебе счет открыла еще пять лет назад. Утебя там сейчас денег полно, проценты набежали. Запишись на йогу, вбассейн, ходи вкино.
— Уменя на рынке ийога, икино! Аводу я, сама знаешь, не люблю.- Она резко замолчала, потом заговорила совсем другим тоном:- Миша заходил ко мне, проведывал.
— Как он?
— Плохо,- вздохнула мать.- Страдает. Все еще хочет тебя вернуть.
— Ты сказала ему, что это исключено?
— Нет. Ине буду. Яне лезу вваши дела…
— Нет унас дел, мама. Нет ине будет.
— Авдруг передумаешь? Лучше ведь Миши не найдешь. Одной плохо…
— Надеюсь, ты не сказала ему, где я?
— Конечно, нет,- обиделась мама.- Тыже просила молчать.
— Спасибо.
— Ивсеже подумай, дочка. Тебе только тридцать три. Ты совсем молоденькая. Рано на себе крест ставить.
— Да кто тебе сказал, что япоставила? Яперечеркнула только нашу сМишей историю.
— Мне его жаль,- вздохнула мать.- Хотьбы нашел себе кого.
— Найдет. Внашей стране хорошему мужику пропасть не дадут.
— Ну аувас, вИспании, какие мужики? Ты мне ничего не рассказываешь. Вот унас на рынке одна дама, хозяйка точки мужского нижнего белья, на отдых только квам ездит. Говорит, там такие доны Карлосы, что голова кругом…
— Асколько ей?
— Да как мне. Хорошо за пятьдесят.
— Мужчины вашего возраста тут действительно хороши. Так что жду тебя вгости. Можешь идаму срынка ссобой для компании взять.
— Да мне-то они на кой?- фыркнула она.- Самой-то никто не приглянулся?
— Как только приглянется, ятебе сообщу,- как можно беспечнее ответила Диана.- Ладно, мама, будем прощаться. Рада была тебя услышать. Пока. Целую!
Они распрощались. Диана положила трубку итупо уставилась встену.
Миша…
Неужели он до сих пор хочет ее вернуть? Даже после того, как она оболгала его всуде? Что это? Искренняя любовь или зависимость? Аможет, тайное желание отомстить? Вернуть, апотом отомстить…
Диана посмотрела на часы. Три. Решительно прошла кхолодильнику идостала бутылку бренди. Шампанское, вино, даже ее любимый херес крепостью девятнадцать градусов сейчас не помогут. Нужна «тяжелая артиллерия». Налив себе изрядную порцию бренди ивзяв пару персиков, Диана отправилась на балкон.
Она пила мелкими глотками исмотрела на море, абольше на людей, фланирующих по набережной. Их праздность ее успокаивала.
Опьянение наступило быстро. Диана не успела допить виски, как вголове зашумело. Но она решила не останавливаться на этом. Она задумала надраться. Вхлам. За все время, что она пробыла вБланесе, Диана выпивала почти каждый день, но всегда понемногу. Это было очень по-испански сопровождать вином обеды иужины. При этом она ни разу не видела на улице пьяных. Днем, приняв стаканчик-другой, местные ложились спать- сиеста. Вечером собирались компаниями, что-то громко обсуждали иопятьже ложились довольно рано. Диана приняла их образ жизни. Сегодняже она решила ему изменить. Ей необходима убойная доза алкоголя, иначе она не решится не только поговорить сДэвидом, но иоткрыто посмотреть ему вглаза.
Накачалась она быстро. Наверное, потому, что ничего не ела. Персики не всчет. Недопитую бутылку сунула всумку иотправилась кДэвиду. По пути купила пиццу.
Дойдя до места, Диана разделась инырнула вбассейн. Голышом! Наплававшись, выбралась, выпила еще бренди без закуски илегла загорать. На солнце ее разморило, иДиана не заметила, как уснула.
Пробудилась от боли- затекла шея. Хмель улетучился. Зато во рту появилась мерзкая сухость. Диана посмотрела на часы. Шесть! Дэвид должен был вернуться час назад. Но всякое ведь бывает. Самолеты очень часто задерживаются.
Диана ополоснулась воткрытом душе, оделась. На алкоголь она не могла смотреть, поэтому заварила себе чаю, выпила.
Время семь! Дэвида все нет.
Беспокойство нарастало. Что-то случилось, думала она.
Прошла ктелефону, позвонила ваэропорт (узнала номер всправочной). Спросила, прибылли самолет из Порто. Ей ответили утвердительно. Исообщили, что оба борта, утренний идневной, сели по расписанию, без задержек.
— Асегодня будут еще рейсы?
— Нет. Только завтра.
Диана отшвырнула телефон, нервно прошлась по комнате.

«Не успел на дневной самолет?- размышляла она.- Вполне возможно. Только почему не позвонил, не предупредил? Онже знает, что ятут жду его…»
Диана заварила еще чаю, порезала пиццу. Водрузив на поднос чашку, сахарницу итарелку, отправилась вспальню.

«Включу фильм, перекушу, иесли кмоменту, когда кино кончится, Дэвид не появится идаже не позвонит, пойду ксебе!»- решила она.
Диана поднялась по лестнице, толкнула дверь спальни. Поднос был не тяжелым, но она как-то неудобно его взяла инесла струдом. Завидев тумбочку, засеменила кней, водрузила поднос на край, хотела подвинуть, итут ее внимание привлекло расплывшееся по покрывалу пятно. Большое, бурое. Диана точно помнила, что вчера его не было.
Она вытянула шею, чтобы рассмотреть его…
Поднос выскользнул из ее рук. Чашка, тарелка, сахарница- все рухнуло на пол. Кипяток обжег Дианины ноги. Пицца перевернулась ишмякнулась на ковер. Сахар рассыпался по всей комнате. Да еще чашка разбилась на мелкие осколки!
Диана шарахнулась всторону… Итут она увидела…
Кровь была не только на покрывале, но ина ковре, на плитке… на пистолете, валявшемся возле ножки кровати… на бейсболке слоготипом «Барселоны», сползшей сголовы… на седых, растрепанных врывающимся вокно ветром волосах мужчины, лежащего на полу…
Это был Савва. Она узнала его сначала по гавайской рубахе иперстню, ауж потом по фигуре ичертам застывшего лица…
На нем тоже была кровь. Но на удивление немного. Она вытекла из входного пулевого отверстия и,когда Савва упал, ручейком сбежала по виску. Та, что брызнула из выходного, попала на покрывало, ковер, плитку…
Шатаясь, она вышла из комнаты, осела вкоридоре на пол исужасом подумала: «Во чтоже являпалась?»
Часть вторая
Глава1
Дождь шел не переставая. Он затихал на время, но не прекращался. Кир то идело подходил кокну, чтобы проверить, не распогодилосьли, но видел одно итоже: падающую сзатянутых тучами небес воду. Он задернул тяжелые шторы иотошел от окна. Пройдясь по комнате, сел. Покосился на бутылку коньяка, но пить не хотелось… ничего не хотелось… только умереть!
Кир достал из сумки пистолет, повертел его вруках. Тот, что остался вБланесе, нравился ему больше. Он был родным, пристрелянным. Кир выпустил из него десятки пуль. Аэтот пока для него чужой. Он купил его вчера укаких-то ребят из лондонского гетто. Они уверяли, что «пушка» чистая. Он им, конечно, не поверил, но всеже купил. Унего не было выбора! Оружие ему необходимо, но приобрести его законно вмагазине нет никакой возможности.
Сняв пистолет спредохранителя, Кир поднес дуло квиску. Он уже не раз проделывал такое. Но всегда останавливался. Ине из-за страха. Боялся неизвестности, хотя знал, что его ждет ад. Влюбом случае! Но однажды он решил, что пройдет свой жизненный путь до конца, несмотря ни на что.
Его отец пил. Безбожно! Амать терпела его. Сначала его пьяные скандалы, побои, потом трезвые скандалы ипобои. Допившись, он стал инвалидом. Лежал, прикованный ккровати, гадил под себя, причем специально, чтобы досадить жене. Когда его сажали на горшок, он говорил «не хочу», но стоило его вернуть вкровать, как он справлял нужду иторжественно улыбался. Если что-то было не по его, распускал руки. Они, вотличие от ног, неплохо его слушались. Отец Кира был мерзким типом. Но мать сносила все его оскорбления. Она его когда-то очень любила, потом жалела. Ине могла бросить несчастного на произвол судьбы. Вот только нервы ее не выдержали этого многолетнего напряжения исдали. Мама повесилась, когда сын, ученик десятого класса, был вшколе. Именно на ее похоронах Кир дал себе зарок пройти свой жизненный путь до конца, несмотря ни на что. Его отец, исчадие ада, умер вслед за женой. От кровоизлияния вмозг. Ей оставалось потерпеть всего один день!
Кир продолжал держать пистолет увиска. Напротив дивана, на котором он сидел, висело зеркало, ион смотрел на себя. За последние дни он постарел лет на десять. Лицо землистое, осунувшееся, морщины на переносице как две траншеи, аволосы, которые он обычно брил машинкой раз вдесять дней, отросли, итеперь стала видна седина.

«Старик… Хотя мне нет еще исорока…- подумал Кир сгоречью иотчаянием.- Авпереди столько лет… Стоитли их проживать?»
Он не знал ответа на этот вопрос. Внутри унего постоянно боролись два диаметрально противоположных желания: жить иумереть. Он то радовался каждому вдоху, любой мелочи, то ненавидел исебя, ивсе мелочи, окружающие его. Он проклял себя три года назад, зная, что Господь сделал тоже самое…
Рука Кира вспотела. Он опустил ее, положил пистолет на диван ивытер ладонь обрюки. Нет, он не покончит с собой. Хотя сейчас самый подходящий момент. Втаком отчаянии он давно не был. Все навалилось… Легче умереть, чем выпутаться.
Кир встал, подошел ксейфу, открыл его. Пачки денег, что занимали большую его часть, его не интересовали. Кириллу нужны были паспорта. Старый иновый. Первый на имя Давида Петкова он разорвал, бросил впепельницу иподжег. Второй раскрыл ипосмотрел на фото. На нем был он, только судлиненными волосами иэспаньолкой. Все это накладное. Исейчас лежало вчемодане. Пока придется наклеивать. Потом, когда волосы ибородка отрастут, можно обойтись без искусственных. Только ему придется подкрашиваться. На фото он жгучий брюнет без седины.
Кирилл прочел «свое» имя впаспорте. Самир Хадар. Впервые он стал арабом. Иэто его беспокоило. Не потому, естественно, что он имел какие-то предубеждения. Просто на араба он даже всмоляном парике исзагаром мало походил. Иязыка не знал. Ачто хуже- был необрезанным. При малейшем подозрении его осмотрят, иэтот факт вскроется.
Вообще-то уКира имелся другой паспорт на имя Криса Чапека, гражданина Англии. Но он остался вдругом сейфе. Кир так поспешно покидал свой дом вБланесе, что оставил паспорт там. Аеще деньги, тысяч пятнадцать, если не больше. Хорошо, что унего имелись еще бабки идругой паспорт. Ито идругое находилось вкамере хранения Барселонского аэропорта. Кир снял ячейку сразу, как перебрался вИспанию. Сунул туда документ иденьги. Так сказать, сделал заначку на черный день. Однако не думал, что он настанет…

«При первой возможности куплю новый паспорт,- решил Кир.- Но пока придется пользоваться этим истараться походить на араба…»
Сухмылкой думая отом, стоитли делать обрезание, Кирилл прошел кокну ираздвинул шторы.
Небо прояснилось, дождь кончился!
Одевшись, напялив парик иприклеив бороду, Кир вышел из номера. На двери висела табличка «не беспокоить», он снял ее исунул вкарман. Пусть горничная приберет, пока его нет. Когда Кир находился вномере, он никого не пускал. Лень было одеваться, маскироваться.
Он остановился вэтом недорогом, но очень приличном отеле сразу по приезде вЛондон. Вэтом городе он не собирался надолго оставаться. Не любил его. Просто так получилось, что попасть он смог только сюда. Из Барселоны улетел первым самолетом, аон направлялся встолицу Англии. Сначала Кир хотел тутже перебраться вдругой город, но потом решил остаться на пару недель. Затеряться вЛондоне летом, когда его посещает много туристов, довольно легко. Тем более сновым паспортом.
Кирилл отошел от отеля иуселся за столик небольшого кафе. Заказал тосты светчиной икофе. Закурил. Эта вредная привычка появилась унего несколько дней назад. Не зная, как успокоить нервы, он купил пачку сигарет, прикурил одну, вдохнул дым… закашлялся. Это была его первая вжизни затяжка!
Но теперь, спустя неделю, он курил судовольствием. Не часто, но сигарет пять-шесть вдень унего уходило. Иони действительно его успокаивали.
Принесли кофе итосты. Аппетита не было, но Кир заставил себя поесть.
Опять стало накрапывать. Дождик тихо забарабанил по полосатому тенту. Кир полез за бумажником, чтобы расплатиться. Достав деньги, положил их на стол. Перед тем как закрыть бумажник, из кармашка для кредиток вытащил фотографию. На ней была запечатлена красивая темноглазая девушка… Диана!
Кир стащил этот снимок из ее квартиры. Когда ждал Диану, открыл какую-то книгу, между страниц лежало это фото. Кир взял его. Как будто знал, что совсем скоро он лишится возможности видеть Диану живьем иему останется только ее фотографическое изображение…
Жаль, что записи голоса нет. Он унее такой чудесный! Когда Кир увидел Диану впервые, подумал, что голос унее должен быть низким, чуть хрипловатым, каким обычно вфильмах говорят секс-бомбы. Но он оказался нежным, мелодичным…
Повинуясь порыву, Кир выбрался из-за стола, перешел улицу иостановился утелефона-автомата. Он помнил номер Дианы инабрал его…
Гудки.
Один, второй, третий, чет…
— Алло…
Ее голос. Нежный, мелодичный…
Тот самый, завораживающий!
— Алло. Вас не слышно…
Кир швырнул трубку на аппарат изаспешил подальше от будки.
Глава2
Он рос примерным мальчиком: не хулиганил, отлично учился, играл вшахматы, много читал. Обычно такие образцово-показательные дети становятся изгоями. Их любят учителя, родители ставят впример своим отпрыскам, вот тем это ине нравится. Но Кирилл ладил содноклассниками. Быть может, потому, что давал списывать. Аскорее благодаря своим мнимым спортивным достижениям. Кирилл наврал, что ссеми лет занимается вшколе самбо (на самом деле несколько приемов ему показал дядя-милиционер), исним просто боялись связываться.
Девочками Кирилл остро интересовался сдетского сада. Он постоянно был вкого-нибудь влюблен, но тайно. Если остальные пацаны демонстрировали свои чувства кизбранницам, дергая их за косички, то Кир держался от них на расстоянии. Он не обижал девочек, апроявить свою симпатию каким-то другим способом ему не хватало смелости.
По-взрослому Кирилл влюбился ввосьмом классе всвою соседку по парте. Самое удивительное, что вместе они сидели два года идевочка совершенно его не трогала. Ивот однажды…
Был солнечный октябрьский день. Деревья, росшие вшкольном дворе, радовали глаз своей желто-багряной листвой. Кир любовался ими вокно, возле которого сидела его соседка. Сначала он смотрел мимо нее, но вдруг обратил внимание на то, что ее волосы сверкают на солнце золотом. Снекоторым удивлением Кир уставился на нее. Он знал эту девочку почти восемь лет ивсегда считал, что она светло-русая. Иневзрачная. Аона, оказывается, вон какая… золотая! Причем вся. Не только ее волосы отливали драгоценным металлом. Ее глаза тоже оказались золотистыми. Икожа, покрытая мелкими веснушками…
Ее звали Таней. Иона стала первой, кого Кир поцеловал. Готовился он кэтому весь учебный год. Все собирался сдухом, собирался… Но отважился поцеловать только на выпускном вечере после двух стопок самогона, тайком принесенного одним из одноклассников.
Со школьного бала они ушли держась за руки. Кирилл шагал рядом сТаней, сжимал ее нежную маленькую ладошку идумал отом, как былобы здорово пройти сней не только по спящему городу, но ипо жизни. Он уже видел ее своей женой инадеялся, что их отношения, начавшиеся снеумелого поцелуя, закончатся свадьбой…
Вот такой он был, четырнадцатилетний Кирилл Исаев, мечтательный иочень романтичный!
Практически все лето они провели вместе. Таня только вМоскву два раза ездила кродственникам. Аостальное время была рядом сКиром. Они ни разу не поссорились инаучились классно целоваться.
Вконце августа Таня сказала:
— Нам нужно серьезно поговорить.
— Яслушаю.
— Нам придется на время расстаться.
— Как это?- тупо спросил Кир.
— Дело втом, что яуезжаю вМоскву. Но буду приезжать. Часто-часто!
— ВМоскву? Зачем?
— Учиться. Япоступила втехникум.
— Так ты не кродственникам ездила?
— Нет, кним. Жила утетки. Но заодно решила попробовать поступить втехникум. Иуменя получилось!
— Апочему ты говоришь мне об этом только сейчас?
— Язнала, что ты расстроишься, ине хотела омрачать лето…
Она уехала вМоскву. Кир скучал невероятно. Писал по два-три письма внеделю. Таня отвечала не на каждое, но всеже весточки от нее приходили довольно часто. Несколько раз она звонила Киру спереговорного пункта ивзахлеб рассказывала освоей новой жизни.
Вродной город она приехала на зимние каникулы. Кир встречал ее споезда, держа втрясущихся не столько от холода, сколько от волнения руках три гвоздики. Когда состав остановился ииз двери вагона показалась Таня, Кирилл ее не сразу узнал. От его золотой девочки мало что осталось! Волосы- белые, всклокоченные иоблитые лаком сзелеными блестками, лицо коричневое от тонального крема, аглаза… Нет, они остались темиже, светло-ореховыми, вот только голубые тени на верхних веках исказили их цвет иформу.
— Таня?- на всякий случай переспросил Кир.
— Масик!- завизжала она иповисла унего на шее. Никогда ранее Таня Кирилла Масиком не называла. Да ине вела себя столь вызывающе. Но Кир решил, что она просто соскучилась, вот икидается.- Ты совсем не изменился!- захихикала она.
— Аты очень.
— Да?- Она начала вертеться, показывая себя так иэдак.- Как тебе моя прическа?
Он не мог сказать правду, что она ужасна, поэтому только пробормотал:
— Очень необычная.
— Ну, это для провинции, авМоскве начесы вбольшой моде.
— Но зачем ты перекрасилась? Мне так нравились твои золотые волосы…
Таня только фыркнула и,взяв Кира под руку, зашагала кзданию вокзала.
— Ой, Масик, зналбы ты, какая там жизнь! Все бурлит, не то что тут, увас,- тараторила она.
— Ябыл вМоскве.
— Это не то! Там надо жить! На Калининском проспекте явстретила Юру Шатунова, представляешь?
— Акак твоя учеба?
— Да яже писала тебе, нормально.
— Ты писала, что еле на троечки тянешь.
— Так это нормально! Не вылетелаже…
Иопять давай стрекотать овещах, совсем Киру неинтересных. Она никогда не казалась ему невероятной умницей. Училась неплохо, но только благодаря своей отличной памяти. Да еще Киру, укоторого списывала домашние задания. Ивсеже она была явно неглупой девочкой. Тогда почему ведет себя как полная дура? Кир не понимал…
Он проводил Таню до дома ипоплелся ксебе. Он был раздавлен и… Все равно влюблен. Не вэту вертлявую пергидрольную дурочку, авту золотую девочку, которая, как он надеялся… еще покажется из-под слоя штукатурки ивороха кричащей одежды, по ее уверению, модной вМоскве…
Они встретились снова на следующий день ина короткое время. Таня убегала кподружкам, чтобы рассказать им освоей столичной жизни и,конечноже, оЮре Шатунове, встреченном ею на Калининском проспекте. Потом она поехала вдеревню проведать бабушку, авернулась за день до отъезда. Вечер они провели вместе. Идаже целовались, но Таня почему-то отдавалась этому занятию не так самозабвенно, как раньше.
Он проводил ее на поезд. Помахал вслед. Сердце его ныло от дурного предчувствия…
Яее теряю!
Она писала все реже. Совсем не звонила. Да ион не одолевал ее своими посланиями. Однако скучал ивсе еще питал кТане чувства.
Летом она приехала вновь. Совсем другой. Не размалеванной ивульгарной, но ине той, золотой… Ее волосы теперь были пепельными, макияж умеренным. Свстречающим ее Киром она сдержанно поздоровалась, поговорила ни очем иотправилась домой, сказав, что позвонит.
Прошло три дня, Таня так ине дала осебе знать. Кир позвонил сам, но ее мама сообщила, что дочь гуляет сподружками. Он знал, где они обычно «тусили» (это слово привезла Таня из Москвы еще впервый приезд), иотправился туда, чтобы
«случайно» сней встретиться.
Он увидел компанию на школьном дворе. Таня курила тонкие сигареты итомным голосом рассказывала товаркам о… своем любимом! Мужчине тридцати лет, иностранце по имени Жан, скоторым она познакомилась весной.
— Он такой необыкновенный, девочки!- вздыхала она.- Красавец, умница, богач! Унего огромная фирма на родине, дом, две машины.
— Но онже старый,- ужасались девочки.
— Он взрослый. Асопляков сменя достаточно! Они даже целоваться не умеют.
— Но ты ведь несовершеннолетняя. Он не боится?
— Ясказала, что мне восемнадцать!
— Ион поверил?
— Ачто? Явыгляжу старше.- Она небрежно стряхнула пепел ссигареты.- Он, кстати, выглядит моложе своих лет. Виделибы вы, как здорово мы смотримся вместе. Он высокий, смуглый, скудрями черными, аямаленькая, светленькая. Жан называет меня своим ангелочком.
— Аон откуда?
— Из Франции. ВМоскву по работе приехал. Собирается насовсем остаться.
— Так унегоже фирма?
— Продаст. Сейчас на родину как раз уехал дела улаживать. Акогда вернется, мы поженимся.
— Так тебеже еще нет восемнадцати…
— Как будто нет возможности пожениться раньше!- фыркнула она.
— Но тогда он узнает, что ты врала насчет возраста.
— Ничего, простит. Он так меня любит!
Больше слушать это Кир не мог. Развернулся ина ватных ногах зашагал прочь.
Таня позвонила ему вдень отъезда. Сказала, что хочет попрощаться… ичтоб он помог ей чемодан до вокзала дотащить. Кир сказался больным иостался дома.
Некогда любимую девушку он увидел через полгода. Она приехала вродной город насовсем. Спузом. Авскоре родила мальчишку. Хорошенького, здоровенького и… чернокожего. Ее француз (если он на самом деле был французом) оказался сафриканскими корнями. Иконечноже, жениться на Тане он не собирался. Как ивозвращаться вРоссию. Фамилии его девушка не знала. Имя могло быть тоже вымышленным. Квартира, где они предавались страсти, была сдана другим людям. Акто вней жил до того, они не имели понятия. Вобщем, Жан врал во всем! Все посвященные вее историю решили, что парень учился вкаком-то институте, например в«Лумумбе», азакончив его, уехал на родину.
Кир очень жалел Таню. Он порывался ее проведать, но было как-то неловко, ион все откладывал визит. Апотом ему стало не до нее. Покончила ссобой мама, умер отец. После школы он поступил впетербургский институт ипереехал жить вгород на Неве.
Училось Кириллу легко, авот жилось трудно. Он оказался один вбольшом городе, вкусил «прелесть» обитания вобщаге, познал, что такое катастрофическая нехватка денег, ииспытал очередные любовные муки…
Но все пережил!
Кокончанию института он сильно повзрослел. Ивнешне, ивнутренне. Стал уверенным всебе мужчиной, нравившимся девушкам. Вот только сам он теперь был сними осторожен. Глубоко всердце никого не пускал.
Получив диплом, Кир остался васпирантуре, поскольку вармию не хотел. После пяти лет общаги да вказарму? Нууж нет! Лучше еще погрызть гранит науки, тем более что это ему так легко дается.
Кир учился, работал на кафедре, аеще… играл впокер. Это началось как увлечение, но со временем переросло впрофессиональное занятие. Кирилл стал зарабатывать игрой такие деньги, которые ему, аспиранту, ине снились.
На одном из турниров он ипознакомился сней!
Гладкие черные волосы до середины спины, карие под густыми бровями глаза, высокие скулы. Она походила на азиатку. Потом оказалось, что ее отец был японцем, амама украинкой. От нее она взяла пышущее здоровьем тело. Кир, питавший слабость кженщинам сбольшим бюстом, сразу положил на девушку глаз.
Ее звали Олесей. Она курила гаванские сигары, пила неразбавленный джин имогла так забористо выругаться, что уКира краснели уши. При этом Олеся была феноменально умна. Но очень непостоянна. Она бросала все вузы, вкоторые легко поступала. Жила девушка на широкую ногу. Хотя не всегда могла себе это позволить. Постоянной работы Олеся не имела. Зарабатывала игрой впокер ипереводами сяпонского. Получая выигрыш или гонорар, она сразуже половину тратила на деликатесы ишмотки, которые во времена, когда вмагазинах ничего не было, приходилось покупать по сумасшедшим ценам, на такси, антикварные безделушки, рестораны. Она никогда не ужинала дома, всегда вкаких-то заведениях. Часто приглашала друзей иза них платила. Когда деньги кончались, занимала. Но экономить не собиралась. Она просто этого не умела.
Кир влюбился вОлесю как ненормальный. Только помутнением рассудка можно объяснить тот факт, что он сделал ей предложение на четвертый день знакомства. Сразу после их первого секса.
— Хорошая шутка,- хмыкнула она, лениво перекатившись со спины на живот. Ее ягодицы будили внем теже желания, что игрудь, поэтому он чуть не отвлекся от разговора. Однако взял себя вруки итвердо сказал:
— Яне шучу. Яна самом деле хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Да какая из меня жена?
— Какая получится.
— Никакой не получится!- Она хотела спать имечтала поскорее свернуть эту, на ее взгляд, пустую беседу. Но Кир не отставал:
— Нам было так хорошо вместе, абудет еще лучше.
— Послушай, то, что мы клево потрахались, еще не повод для женитьбы.- Она начала раздражаться.- Не глупи, мальчик. Если ты будешь делать предложение каждой, кто тебе даст, утебя впаспорте страниц для штампов орегистрации ирасторжении брака не хватит!
— Во-первых, яне мальчик!- Его бесило, когда она его так называла. Ведь они были ровесниками, но Олеся почему-то иногда разговаривала сним как сребенком.- Аво-вторых, ты первая, кому ясделал предложение.
— Это, конечно, для меня большая честь,- не сдержала сарказма Олеся.- Но давай ты больше не станешь пугать меня своими бредовыми предложениями? Иначе унас не будет не только свадьбы, но исекса. Терпеть не могу глупых инавязчивых мужчин.

«Все равно ты станешь моей,- упрямо подумал Кир.- Рано или поздно…»
Олеся была коренной ленинградкой-петербурженкой (первой ипока единственной всемье) иочень этим гордилась. Аеще она так любила свой город, что могла
«заразить» этим других. Кирилла, который кПитеру относился ссимпатией, но без восторга, она научила видеть не парадную его красоту, аскрытую. Она водила его по таким местам, куда он врядли попалбы, еслибне она. Переулочки, тихие дворики, подъезды старинных домов, чердаки, крыши, где они только не бывали вместе! Обычно ночью. Как правило, вдождь. Ивсегда сбутылочкой джина. Кирилл не пил. Он вообще не употреблял алкоголя (те две стопки самогона на школьном балу- не всчет), но ему нравился можжевеловый запах.
Через три месяца Кир вернулся кразговору обраке. За это время он только укрепился всвоем желании жениться на Олесе.
— Ты опять?- ужаснулась она, услышав его предложение.- Ая-то надеялась, что твоя блажь прошла…
— Былабы блажь, прошлабы. Но ялюблю тебя ихочу…
— Вот только не начинай опять!- перебила его она, взмахнув рукой.- Не хочу это обсуждать. Сказала нет, иточка!
— Но почему? Ты ведь тоже меня любишь… Или нет?
— Не знаю. Наверное, да. Яне очень вэтих ваших сюсях-пусях разбираюсь.
— Тебе со мной хорошо?
— Очень.
— Тогда почемуже ты отвергаешь брак со мной?
— Яего просто отвергаю. Не хочу замуж! Ни за тебя, ни вообще.
— Все женщины хотят, аты…
— Яне все!- повысила она голос.
— Но какже дети? Они должны рождаться взаконном браке.
— Ничего они никому не должны- это раз. Идва- яне хочу детей.
— Как это?- совсем растерялся Кир.- Совсем?
— Совсем.
Он ей не поверил:
— Ты сейчас так говоришь, но потом, когда станешь старше…
— Мне не нужна семья. Ни муж, ни дети. Яне желаю нести за кого-то ответственность, втом числе за мужа (иза него ведь должна, если вспомнить строчку из «Маленького принца» Экзюпери), имечтаю умереть молодой. Лет эдак втридцать пять. До появления первых серьезных болячек иглубоких морщин.
— Многие ившестьдесят отлично себя чувствуют ипрекрасно выглядят.
— Наверняка они не бухают, не курят, как лошади, высыпаются изанимаются спортом.
— Что мешает тебе бросить пить, курить, спать хотябы по восемь часов всутки ибегать по утрам?
— Аразве не ясно? Мне нравится моя жизнь. Явыбрала ее для себя, имне хорошо. Атеперь заткнись, малыш, ипойдем вкойку. Мне нужны положительные эмоции!
Вот такой она была, его Олеся… Откровенной, неуправляемой, странной… Но одругой Кир ине мечтал!
Ачерез два месяца она пропала! Бесследно… Никто из ее близких не знал, куда Олеся делась. Водном были уверены: сней все впорядке. Самые старые ипреданные из ее друзей, Авраам иКэт, выросшие сней водном дворе, сообщили Кириллу, что это вполне вОлесином стиле, никого не предупредив, сорваться куда-нибудь.
— Даже любимого человека?- поразился Кир.
— Даже мать родную,- хмыкнула Кэт.
— Когда она первый раз вот так пропала, абыло ей тогда семнадцать, мы подняли на уши милицию. Испугались жутко, думали, ее похитили или убили, аона, оказывается, вМоскву поехала документы вМГУ подавать. Вернулась через четыре дня как ни вчем не бывало. Да еще нас отругала за то, что мы кипеж подняли.
— ВМГУ она, кстати, поступила, но проучилась там всего семь месяцев. Забрала документы иуехала из Москвы. Сказала: задрала она меня.
— Леся Питер очень любит, не может без него долго. Но он ей надоедает. Вот она исрывается периодически куда-нибудь. Не переживай, вернется.
— Но когда?- воскликнул Кир.
— Максимум через год. Дольше она не выдерживает.
ИКир стал ждать. Но год прошел, полтора… АЛеся все не возвращалась…
Жизнь Кирилла наладилась, когда ему исполнилось двадцать девять. Он имел свой бизнес, квартиру, машину, но важнее- невесту. Из Питера он уехал спустя год идва месяца после исчезновения Олеси. Питер без нее не радовал, араздражал. ИКир обосновался вМоскве.
Там все унего как-то сразу заладилось. Кир даже этому удивлялся. Другие из кожи вон лезут, идут по головам, преступают закон, чтобы прижиться встолице, аон за три года умудрился прочно встать на ноги, не прибегая ко всему вышеперечисленному. Он много думал имного работал, вот ивсе. Как Кир решил, ему просто везло, потому что думающих иработящих полно, но успеха добиваются лишь единицы. «Илиже это просто компенсация за крах личной жизни!»- говорил он себе впериоды хандры.
Кир, естественно, все эти годы не монашествовал. Унего бывали женщины, но их он не пускал не только всердце, но ивсвою жизнь. Встречался сними вудобное для себя время, водил вресторан, потом вез вотель, занимался сними сексом, иногда дарил подарки. Всем говорил, что женат, чтобы не прилипали. Если кого-то из пассий переставало устраивать ее положение просто любовницы, Кир сней расставался.
Но однажды он встретил девушку, ккоторой стал относиться суважением. Быть может, потому, что она понравилась ему больше остальных. Аскорее, из-за того, что сней его привычная схема не сработала: два свидания, на третьем секс. Ивресторан, куда ее Кир пригласил впервые, она не пошла. Сказала, давай лучше погуляем по парку. Апотом она позвала его ксебе пить чай сватрушкой. Он подумал: ого, уже? Потому что знал, что за чаем следует. Но он ошибся. Его на самом деле хотели просто напоить инакормить, не более. Дома была бабушка девушки, ичаевничали они втроем.
Они стали довольно часто встречаться. Обычно просто гуляли, но иногда Киру удавалось уговорить барышню сходить куда-нибудь. На концерт барда, например, или на художественную выставку. Авсе потому, что входные билеты туда стоили недорого. Она не желала быть чем-то Киру обязанной. Ихотя он уверял ее, что ужин на двоих вхорошем ресторане его не разорит ион, конечноже, не потребует его отрабатывать, все было без толку. «Лучше пойдем ко мне,- говорила она, качая головой.- Бабушка борщ спампушками сварила, пальчики оближешь!»
Естественно, Кирилл, давно растерявший наивность, допускал, что это умелая игра неглупой девушки, желающей заполучить мужчину. Не на два-три раза, анавсегда. Ей он еще не успел наврать, что женат (обычно он делал это после секса, чтобы заранее барышню не спугнуть), иона наверняка рассматривала его вкачестве потенциального супруга. Кир все это понимал. Исинтересом наблюдал за развитием событий. Но однажды ему надоело довольствоваться поцелуями (все попытки зайти дальше пресекались), иКирилл решил тоже поиграть. Он просто взял ипропал. Всегда звонил первым, атут…
Барышня выжидала недели две, но всеже не выдержала. Позвонила ему сама, спросила, не заболелли. Толи действительно соскучилась, толи испугалась, что рыбка сорвалась скрючка. Влюбом случае сэтого момента все изменилось, иКир был пущен не только вкухню, но ивспальню.
Девушка ему очень нравилась. Она была умна, мила, женственна, невероятно привлекательна внешне… Акакая унее бабушка! Чудо, ане старушка. Вобщем, та, кого снатяжкой можно было назвать дамой сердца Кира, оказалась во всех отношениях идеальной. Даже то, что она хитровата, не отталкивало его совершенно. Кирилл считал, что женщины по своей природе такие. Вмассе своей. Олеся была исключением… Ичтоже?
Он поехал вПитер по работе. Не хотел, но был вынужден.
Было лето. Жара. Икоблегчению Кира, мало что напоминало ему об Олесе. Она ассоциировалась унего спрохладой, дождем, сумерками… ароматом можжевельника, что так удивительно перекликался сзапахом влаги, пропитывающей весь город…
Кирилл приехал на один день. Хотя могбы остаться на два-три. Повидаться ссокурсниками, педагогами, приятелями, друзьями и… Авраамом сКэт. Они за те год идва месяца, что Кир жил вожидании Лесиного возвращения, стали ему более чем родными. Авраам иКэт были все равно что его правая илевая рука, его предсердия, полушария его мозга… Они часть его! Потому что все это время они вместе ждали Олесю… Авраам иКэт нуждались вней также, как Кир. Даже больше! Ведь он любил ее всего полгода, аони… они почти всю жизнь.
Он закончил свои дела раньше времени. До поезда оставалось два часа. Решил поужинать водном шикарном ресторане на Невском. Когда жил вПитере, он не мог себе этого позволить. Даже расточительница Олеся туда если изабегала, то только выпить кофе. Цены там были просто грабительские!
Кир шел кресторану пешком, гуляя, посматривая по сторонам. Город стремительно менялся, ибыло интересно за этим наблюдать…
Вдруг!
Вполе зрения Кира попала женщина. Внешне она была не похожа на Лесю: короткое светлое каре, худощавая фигура, алые губы (любимая не красилась вообще), темные очки вполлица, как укинозвезды…
Ивсеже она чем-то напомнила ему Олесю! Кир зацепился за нее взглядом.
— Привет,- поймав его, поздоровалась девушка.
— Э…Здравствуйте.
— Не ожидала тебя встретить… вот так…
Исняла очки!
Олеся! Его Олеся…
— Ты?- хрипло спросил Кир.
— Я,- просто ответила она.
— Как ты изменилась!- ничего более банального сказать было нельзя.
— Знаю,- хмыкнула она.- Но тебе нравится?
Кир присмотрелся кней повнимательнее. Похудела килограммов на семь, остриглась, перекрасилась, стала пользоваться косметикой, чего не делала раньше, сменила стиль. Нравиласьли она ему? Ода…
Она нравилась ему любая!
Но если объективно, то новый имидж шел Олесе даже больше прежнего.
— Выглядишь потрясающе,- нисколько не покривил душой Кир.
— Ты тоже.- Она беззастенчиво оглядела его.- Такой взрослый, уверенный…- Она сделала шаг навстречу, иони оказались так близко, что Кир уловил запах ее духов, совсем не тех, какими она пользовалась раньше.- Как ты жил все это время?
Он не хотел отвечать. Кричать, даже драться- хотел. Послать ее, оттолкнуть, ато иударить наотмашь. Да что она себе позволяет? Бросила его, пропала, атеперь вот так, как ни вчем не бывало, спрашивает?
— Я- плохо,- не дождавшись ответа, сказала Леся.- Без тебя, как оказалось, мне плохо.
— Да ты что?- возмущенно воскликнул Кир.- Тогда чтожты не вернулась?
— Не могла.
— Тебя взяли врабство?
— Ясама себя туда отдала…
Он непонимающе на нее воззрился.
— Ядолжна была расстаться стобой. Чтобы дать тебе шанс устроить свою судьбу.
— Ауменя ты спросила?- рявкнул Кир. Раньше он никогда не повышал голос, но теперь… Он здорово изменился, управляя собственным бизнесом.
Она улыбнулась.
— Ты стал совсем другим. Итакой ты мне нравишься больше.
— Где ты была?- резко спросил он.
— Когда?
— Тогда.
— А-а-а-а…- Иснова улыбка.- Может, сядем где-нибудь? Чтобы не стоять посреди дороги?
— Янаправлялся вресторан. Хочешь, пойдем со мной.
— Пошли,- легко согласилась Леся.
Молча они проследовали кзаведению, где собирался обедать Кир.
— Что будешь есть?- спросил он уЛеси, когда они уселись за стол.
— Могу выбирать все, что пожелаю?- поинтересовалась она, мельком глянув на цены вменю. Это своих денег ей было не жаль, но кчужим она относилась бережно. Ивсегда отдавала долги!
— Да, конечно.- Для себя он заказал салат, суп идесерт. Хотя был не уверен втом, что съест хотябы одно блюдо. От чудовищного волнения, абольше от усилий, затраченных на то, чтобы его скрыть, Кира подташнивало.- Пить будешь джин?
— Яперешла на коньяк.
— Счегобы?
— Еслиуж меняться, то основательно,- усмехнулась она ивытащила из сумочки пачку
«Мальборо».- Так что возьми мне соточку коньяка иогромное пирожное. Больше ничего не надо.
Кир попросил официанта принести бутылку иразличных десертов, асвой заказ отменил. Коньяк исладости- именно то, что ему нужно вданный момент.
Олеся удивилась, что Кирилл выпивает, но промолчала.
— Так где ты была?- вернулся кинтересующему его вопросу Кир, опрокинув врот коньяк.
Олеся ответила не сразу. Она, вотличие от Кира, пила коньяк как положено, счувством, толком, расстановкой, ане залпом.
— Где ятолько не была,- наконец-то заговорила она.- Начала сМарокко. Улетела туда, чтобы погреться на солнце, искупаться вокеане. Ясобиралась вернуться через пару недель, но… Когда они прошли, японяла, что еще не напиталась солнцем, не накупалась вокеане. Ивообще, яочень прониклась этой страной. Иосталась насколько возможно. Через три месяца, дольше без визы там просто нельзя находиться, яперебралась вТунис. Следом вЕгипет. Потом опять вернулась вМарокко.
— Откуда ты брала деньги на эти путешествия?
— Выигрывала.
— Так много?
— Втех краях много ине надо. Вэтом тоже есть своя прелесть.
— Тогда почему ты вернулась вПитер?
— Почувствовала, что сменя достаточно моря исолнца. Хочу всвой сумрачный город…
— Почему ты не позвонила, не написала? Это нечестно. Коль ты решила порвать со мной, ты должна была сообщить мне об этом. Отпустить меня…
— Знаешь…- задумчиво протянула она.- Вглубине души янадеялась, что ты ждешь меня.
— Яиждал. Больше года.
— Авраам сКэт мне рассказали.- Леся запустила палец вкремовую розочку на пирожном, облизнула его.- Так ты устроил свою жизнь?
— Более-менее.
— Женился?
— Нет, но собираюсь.
— Икакая она, твоя невеста?
— Хорошая,- сухо ответил Кир.- Акак твои дела?
— Отлично. Устроилась на работу, представляешь? Переводчиком вкрупную японскую фирму.
— Акак сличным.
— Лучше не придумаешь. Встречаюсь сдважды разведенным мужчиной, которого от слова
«брак» начинает трясти.
— Значит, вглавном ты не изменилась- всвоем отношении кзамужеству.
— Надолго вПитер?
— Нет, сегодня уезжаю. Аты надолго? Или скоро опять убежишь?
— Не могу сказать. Пока мне хорошо тут. Но, возможно, завтра япроснусь сдругим настроением, возьму паспорт иденьги, умчусь куда-нибудь…
— Акакже работа?
— Плевать!- лучезарно улыбнулась она.- Давай накатим еще по одной. Изакажи чего-нибудь сытенького исолененького. Мне после сладкого всегда хочется чего-то эдакого…
Как будто он не знал! Прекрасно помнил, что после десерта Леся обычно съедала кусок сырокопченой колбасы или сала.
Кир попросил официанта принести сырную тарелку иконьяка. Тот так исделал. Они выпили. Кир глянул на часы. Через час его поезд. Если вближайшие двадцать минут он не отправится на вокзал, тот уйдет без него.
— Как Авраам иКэт?- спросил Кирилл.
— Поженились, прикидываешь?
— Меня это не удивляет…
Он помнил этих двоих очень хорошо. Авраам- худой, кудрявый, согромными залысинами иневероятно огромным носом. Кэт- белокожая, пышная, голубоглазая, эдакая миленькая миссис Пигги. Более контрастной пары ипридумать нельзя. Ивтоже время Кир, глядя на них, всегда думал отом, что эти двое созданы друг для друга.
— Уних дочка родилась. Копия папа… имама.
— Как это?
— Авот так. Ятолько когда на их девчонку посмотрела, поняла, что эти двое друг на друга похожи.
Они засмеялись вунисон.
— Выпьем еще?- предложил Кир, хотя уже чувствовал себя навеселе.
Олеся кивнула. Она была из породы тех женщин, которых алкоголь почти не берет. По крайней мере, Кир никогда не видел ее пьяной до такой степени, чтобы ее шатало итошнило. Судить отом, что она прилично выпила, можно было только по затуманенным глазам иблуждающей улыбке. Ивэтом виде она становилась еще притягательнее.
Кир снова посмотрел на часы.
— Куда-то торопишься?- спросила Леся.
— На вокзал.
— Тогда расплачивайся, ипойдем. Япровожу тебя.
Он подозвал официанта, отдал кредитную карточку, асам направился вуборную. Там включил воду идолго умывал лицо ледяной водой. Однако оно все равно горело, иКиру казалось, что это заметно.
Когда он вышел, Леся поджидала его удверей. Через минуту они покинули ресторан изашагали внаправлении вокзала. Шли молча. Кирилл думал отом, что зря согласился на то, чтоб Леся его провожала. Надо было распрощаться удверей заведения. Сейчас все былобы уже позади…
Они успели на вокзал вовремя. Поезд должен был отправиться через пять минут. Кир поднял глаза на Лесю исказал:
— Прощай.
— Почему не «до свидания»?
Он пожал плечами.
— Привет Аврааму иКэт.
— Передам.
— Ладно…- Он шумно выдохнул.- Пока!
Иторопливо вскочил на подножку.
Кирилл не собирался оборачиваться. Хотел сразу пройти ввагон, но…
Не смог…
Обернулся!
Леся смотрела на него стаким отчаянием, какого Кир ни разу унее не видел.
— Останься,- едва слышно прошептала она.- Пожалуйста…
Кир продолжал стоять как истукан. Застыли даже его мысли. Даже сердце, казалось, перестало биться…
Поезд качнуло. Он тронулся. Проводница стала теснить Кира из тамбура. Аон все стоял исмотрел на Лесю, шедшую за вагоном. Ивидел только ее глаза.
Дверь вагона начала со скрипом закрываться.
Мысли включились. Кирилл понял, что видит Лесю последние секунды. Сколько их осталось? Три, четыре, пять.
Дверь готова была захлопнуться, как Кир отмер. Сорвавшись сместа, он оттолкнул проводницу. Схватившись за ручку, распахнул дверь…
— Эй, вы что творите?- возопила проводница.- Немедленно вернитесь!
Но Кир вместо этого ступил на подножку испрыгнул на перрон. Ксчастью, поезд еще не набрал скорость, иприземление прошло более-менее удачно. Кирилл только ногу подвернул.
— Сумасшедший!- крикнула ему вдогонку проводница.
— Язнаю,- усмехнулся Кир.
Подбежала Олеся. Налетела, как смерч: запрыгнула на него, обхватила руками иногами ипринялась целовать. Киру трудно было держать ее- нога подкашивалась, но он терпел. Однако, когда попытался перенести вес тела на здоровую, потерял равновесие, иоба рухнули на асфальт, громко хохоча. Алюди, что провожали близких на московский поезд, смотрели на них снедоумением.
Они ушли свокзала ипоймали такси. Леся назвала водителю свой адрес. Вдороге целовались как ненормальные, акогда размыкали губы, прикладывались кконьяку. Оказалось, Олеся забрала из ресторана не допитую ими бутылку, пока Кир умывался…
Когда доехали до дома, бутылка опустела.
Ее квартира нисколько не изменилась. Тотже маленький, невероятно уютный скворечник. Леся сама называла так свое жилье. Оно располагалось вмансарде. Потолок был конусообразным, аокно единственной комнаты круглым.
— Хочешь кофе?- спросил Леся, потянув Кира за руку вкухню. Она варила потрясающий кофе.
— Хочу тебя.
— Мы слишком пьяны. Надо немного прийти всебя.
Она была права. Поэтому Кир согласился на кофе. Пока Леся варила его всвоей фирменной турке (она уверяла, что именно из-за нее напиток получается превосходным, аона вовсе ни при чем), он сидел на подоконнике инеотрывно смотрел на нее. Точно боялся, что, если на миг отвлечется, Олеся испарится, как пустынный мираж…
Кофе они пили на крыше. Вылезли через кухонное окошко, как делали всегда. Оно, вотличие от комнатного, было квадратным, зато очень маленьким. Леся шутила, что она следит за фигурой только потому, что боится внем застрять.
Они сидели на крыше очень долго. Кир не мог сказать, сколько времени именно. Он как будто находился вином измерении. Да так оно ибыло! Здесь иночью было светло как днем. Здесь небо лежало на ладони. Здесь не было людей- тех, кто находился внизу, он не видел…
Здесь только он… иона…
Почти рай.
— Ты как?- нарушила молчание Леся.
— Фантастически.
— Аярешила, что ты уснул соткрытыми глазами.- Она обняла его за шею.- Пойдем под крышу…
— Да, сейчас, еще пару минут.
— Кир, дождь идет. Неужели ты не заметил?
Он не заметил! Оказалось, их волосы илица уже влажные.
Леся нырнула вокно первой. Кир за ней.
Скидывая ссебя одежду, она прошла вванную. Он за ней.
Она включила душ ивстала под него. Он за ней.
Она потянулась кнему. Он потянулся кней…
Адальше было все наоборот. Кир делал первый шаг, зная, каким он должен быть, чтобы она сделала вего сторону сразу два. Он всегда чувствовал ее, но не так сильно, как сейчас.
Это был фантастический секс! Самый лучший…
Толи разлука ему помогла, толи опьянение, толи он просто стал старше…
Они занимались сексом бесконечно долго. Итонули внаслаждении так, что казалось, еще секунда этого удовольствия инаступит смерть…
Но оба выжили!
Потные, усталые, стрясущимися конечностями, они уснули, не разомкнув объятий.
Пробудился Кир как от толчка. Ему приснилась невеста. Она плакала ивсе на телефон смотрела.
— Ну идрянь…- всердцах выругался Кир шепотом.- Даже не позвонил…
Он выбрался из кровати ипошел искать свою сумку. Когда она нашлась, Кир вытащил из нее телефон. Его экран был черен. Поставив мобильный на подзарядку, он стал ждать, когда тот оживет. Через несколько секунд дисплей посветлел. На нем показались буквы, цифры изначки. Куча неотвеченных вызовов исообщений. Больше половины- от нее. Кирилл почувствовал легкий укол совести. Надо было хотябы эсэмэс отправить, чтоб не волновалась. Аон обо всем забыл! Впервую очередь отом, что унего есть невеста…
Киру не хватило смелости позвонить. Он написал сообщение: «Со мной все впорядке, не волнуйся!» Иотключился. Потому что говорить сней ему было не очем.
Он вернулся вкровать, привлек ксебе Лесю, зарылся носом вее волосы.
Как яжил без нее все это время?
Как?
— Жарко,- пробормотала она сквозь сон иоткатилась на край кровати.
Кирилл улыбнулся. Она не любила спать вобнимку. Он вспомнил об этом только сейчас…
Он снова уснул. Апоутру Леся бесцеремонно разбудила его, тряхнув за плечо.
— Кир, яухожу на работу,- сказала она, когда он открыл глаза.- Постараюсь вернуться вшесть. Всемь буду точно.- Кирилл увидел кулак возле своего носа.- Надумаешь сбежать, найду ипобью! Ясно тебе?
— Останься,- простонал он, легонько хватая ее за шею иувлекая за собой вкровать.- Ну ее, эту работу!
— Нет, ядолжна идти.- Короткий поцелуй вщеку.- Кофе ятебе оставила. Еды, как всегда, нет. Пока!
Она упорхнула. АКир опять погрузился всон. Вообще-то он спал по минимуму. Пять-шесть часов. Но вэтом новом измерении все было иначе. Он хотел нежиться вкровати изаниматься лишь одним- ожиданием своей любимой. Аеще… Это уже без отвлечений на лирику… Он просто знал, что как только проснется, то будет вынужден включить телефон ирешать множество проблем скучей людей…
Впервую очередь сневестой!
Потому что партнеры, заместители, нужные люди- поймут… Она- никогда!
Кир провалялся до вечера. Нет, он, конечно, выползал из кровати, чтобы выпить кофе на крыше ипоесть. Леся была не права: вее доме имелась еда. Две банки консервов втоматном соусе. Килька ибычки. Откуда они взялись, он мог только гадать. Не исключал, что остались от бывших хозяев. Но банки оказались невздутыми. ИКирилл, вспоров их ножом (открывалки вэтом доме просто не водилось), слопал содержимое, закусывая черствым хлебом имакая вподливу дубовые корочки. Конечно, он мог заказать пиццу. Или сходить вближайший магазин. Но он не хотел ни покидать квартиру, ни видеть кого-либо постороннего. Вновом измерении оставалось место только ему иЛесе…
Ведь это был почти эдем!
Вшесть дверь сотряслась от ударов. Забыла ключи, подумал Кир. Леся бывала очень рассеянной. Он открыл дверь и…
Вего скулу врезался кулак!
Кирилл отлетел назад. Через пелену слез, выступивших из глаз при ударе влицо, он увидел мужчину. Взрослого, крупного, интересного. Такие обычно нравятся девушкам, не добравшим отцовской любви.
— На, получи!- прорычал незваный гость, замахнувшись еще раз.
Три года назад этот удар сбилбы Кира сног. Но теперь он занимался спортом, немного боксировал, поэтому смог среагировать иблокировал выпад. Окажись на месте противника кто-то помоложе, не факт, что это получилосьбы. Но его пытался сокрушить мужчина за пятьдесят.
— Вы кто такой?- крикнул Кир.
— Это ты кто такой?
— Вам паспорт показать?
— Ты свалился как снег на голову идумаешь, что все…
Кирилл еще не все понимал, но главную суть претензии уловил. На пороге квартиры стоял человек, скоторым Леся встречалась после него, тот самый, кого при слове
«брак» тошнит, иему, судя по поведению, дали от ворот поворот.
— Отпусти,- простонал мужчина. Кир, оказывается, продолжал сжимать его руку.
Разжав пальцы, он спросил:
— Что вам надо?
— Поговорить.
— Очем?
— Оком!- поправил незваный гость.- ОЛесе. Пока она не пришла.
— Яне совсем понимаю.
— Да брось ты, мальчик! Не строй из себя идиота. Ты снова приехал, такой молодой, красивый, идумаешь, все… Она опять твоя! Авот хрен тебе!- исунул под нос Киру кукиш.
— Давайте еще раз, но ссамого начала ипо существу,- сказал тот.
— Она пришла сегодня ко мне, сказала, что мы должны расстаться. Мол, ее любимый вернулся. Как обухом меня по голове долбанула. Унас все было изумительно. Потрясающие отношения на протяжении года. Ивдруг… Бах! Мой любимый вернулся, имы должны расстаться.
— Леся поступила честно. Что вам не нравится?
— Все! Яне какой-то там щегол, чтобы мной вот так вот играть! Стобой можно- со мной нет!
— От меня-то вы чего хотите?- устало спросил Кир.
— Мотай всвою Москву, пока не поздно. Сейчас, пока она не вернулась.
— Яуеду только сней.
— Учти, когда ты Олесю бросишь, яее назад не приму!
— Яникогда ее не брошу. Ялюблю Лесю.
— Ты не знаешь ее! Сколько прошло времени стех пор, когда вы виделись впоследний раз? Год, два?
— Больше.
— Икакой она была тогда?
— Искренней, бескорыстной, открытой, невероятно интересной…
— Она исейчас интересная. Но давно не искренняя, не открытая иуж тем более не бескорыстная. Стервозная, циничная тварь.
— Если она такая, чегожвы внее вцепились?
— Обожаю таких сучек. Мне нравится их усмирять и… покупать!
Кирилл расхохотался.
— Лесю? Покупать? Да она вжизни своей не продавалась. Помню, как ей некоторые золотые горы предлагали, аона оставалась со мной, бедным аспирантом.
— Ятебе говорю, чудик, давно это было. Сейчас она другая. Азнаешь почему? Потому что выигрывать перестала. Не знаюуж по какой причине. Толи глупее стала, потому что пьет много, толи просто удача ей изменила. Но факт остается фактом, она начала проигрывать. Влезла вдолги. Поэтому вынуждена была вернуться. Ты вкурсе того, что она варабском мире торчала довольно долгое время?
— Да, она мне рассказала.
— Аотом, что ей пришлось переспать снесколькими «магометами», чтоб ей долги простили? Думаю, нет. Отработав их, она вернулась. Иначе просто не выпустилибы. Изавязала спокером. Тут она молодец. Не превратилась, как многие, вигромана. Но жить ей стало не на что. Онаже привыкла ни вчем себе не отказывать. Бутики, рестораны, такси. На редкие гонорары за переводы не пошикуешь, ана постоянную работу никто не берет- образования-то нет. Помыкаться пришлось девчонке, пока меня не встретила. Яее пристроил вфирму, где работаю большим начальником.- Мужчина тяжело посмотрел на Кира.- Яже ее иуволю, если она останется стобой.
— Она останется со мной,- безапелляционно заявил Кир.
— Дурак,- беззлобно протянул мужчина.- Зачем она тебе? Ладно я, старый, потасканный, дважды разведенный, стремя детьми иодним внуком. Но ты- молодой, интересный. Найдешь себе нормальную бабу. Порядочную, которая тебе детей родит! Леська не будет.
— Все? Вы выговорились?
— Почти. Еще одно скажу. Остерегайся ее. Нож вспину воткнет, когда не ожидаешь.
Кирилл начал раздражаться. Он был терпелив, но сколько можно поливать Лесю грязью? Ведь ясно, что вся эта злоба от отчаяния.
— Уходите!- решительно сказал Кир.
— Она будет стобой до тех пор, пока утебя есть деньги. Надеюсь, утебя их достаточно.
— Не волнуйтесь, янеплохо обеспечен.
— Это пока ты не сней!- Он ткнул вКира узловатым пальцем.- Вспомнишь меня еще! Ипожалеешь, что не послушал…
Кирилл демонстративно распахнул дверь, давая понять, что гостю пора уходить. Тот тутже ретировался.
Опустошенный исмертельно усталый, Кир упал на кровать. Накрывшись сголовой одеялом, отвернулся кстене…
Втаком виде Леся его изастала.
— Он приходил, да?- спросила она, подойдя иопустившись рядом.
— Да…
— Наговорил гадостей?
— Всяких глупостей.
Кир повернулся кней. Лицо бледное, встревоженное. Не удержался, обнял, сильно-сильно. Пахнуло алкоголем. Идождем…
— Опять моросит?- поинтересовался он.
— Да.- Леся взяла лицо Кира владони изаглянула ему вглаза.- Ты ему поверил?
— Нет.
— Не знаю, что он рассказывал, но… Половина из этого- правда.
— Ты продажная тварь? Циничная сука, которая воткнет мне нож вспину? Арабская давалка?
Она отдернула руки от его лица иутопила вних свое.
— Яна самом деле спала содним арабом,- выдавила она.- Но он так красиво за мной ухаживал, что яне смогла устоять…
— То есть ты сним спала не из-за денег?
— Конечно, нет!- возмущенно воскликнула Леся, вскинув лицо исверкнув глазами.- Но то, что это был не официант или массажист, аочень важный человек, естественно, сыграло свою роль.
— Ты правда больше не играешь?
— Нет. Аты?
— Бывает. Но сейчас для меня это обычное развлечение.
— Для меня тоже!- просияла она.- Давай сыграем на фишки!
— Давай,- улыбнулся он.- Только яесть хочу. Думал, мы сходим поужинать куда-нибудь.
— Япринесла пиццу. Иконьяк.
— Пить не буду, есть буду! Аиграть предлагаю на раздевание.
Она счастливо рассмеялась изакивала.
Вечер иночь они провели вигре исексе. Пиццу слопали быстро, заказали еще. Леся выпила коньяк. Заказали еще. Кончились презервативы. Заказали еще. Иплевать на то, что доставка их- дороже вдва раза, чем само изделие.
Утром Кир включил телефон исделал много звонков. По работе. Сневестой объясняться по телефону считал некрасивым. Ана кучу ее эсэмэс ответил: «Приеду, поговорим!»
— Собирайся, мы едем вМоскву!- сказал он проснувшейся Лесе.
— Сегодня?
— Именно.
— Но яне люблю Москву. Может, останемся?
— Мой бизнес там. Так что… Утебя нет выбора…
Она не возражала. Быстро, минут за тридцать, собралась исказала:
— Яготова!
Всвоем нежелании нести за кого-то ответственность Леся зашла так далеко, что не то что животных, вее доме даже цветов не было. Ведь их вее отсутствие кто-то должен поливать!
Заперев квартиру, они отправились на вокзал.
Кир уже впоезде начал продумывать разговор сневестой. Чуть не конспект его составил вголове. Понимал, расстаться сней по-дружески не получится, но надеялся хотябы на цивилизованный разрыв…
Оказалось, зря!
Невеста, узнав отом, что ей дают от ворот поворот, устроила истерику, кидалась на Кира скулаками, грозилась Лесю придушить. Потом то звонила игадости говорила, то плакала иумоляла Кира вернуться кней. Бабушку приплетала, уверяла, что та умрет от разрыва сердца, если узнает, что ее внучку бросили.
Кир от всего этого пришел вужас. Ему было стыдно за бывшую избранницу. Поэтому он не рассказывал Олесе оее выходках. Но как-то та позвонила не на мобильный, ана домашний, итрубку взяла Леся. Послушав ее бредни ипоняв, кто звонит, она покрыла ее таким отборным матом, что бывшая тутже бросила трубку, авскоре исовсем отстала.
Счастью Кира иЛеси больше никто не мешал!
Глава3
Кир ненавидел свою бороду. Кожа под ней постоянно зудела, ион даже ночью просыпался, чтобы почесаться. «Ничего, привыкну,- успокаивал себя он.- Зато теперь не приходится клеить накладную…» Парик он тоже перестал надевать. Волосы отросли достаточно, чтобы покрасить их.
Бородатым брюнетом Кир себя не узнавал. Иной раз не сразу понимал, глянув взеркало, что за мужик на него смотрит. Потом соображал, что это он сам!
Впринципе он уже не первый раз менял имидж, ипора уже было привыкнуть, но как-то не получалось. Когда-то он носил удлиненную прическу скосым пробором иусики. Иесли кего волосам ни укого претензий не было, то почти все женщины уговаривали Кира избавиться от растительности на лице. Они считали, что это старомодно. Ивообще, усы должен носить, по их мнению, тот, кому необходимо скрыть под ними какие-то дефекты. Но Кир категорически не желал их сбривать. Он отпустил усы еще всемнадцать, чтобы казаться старше, итак привык кним, что не представлял себя без них. Это все равно что без трусов!
Но наступил момент, когда Киру пришлось избавиться иот волос, иот усов. Сделав это, он посмотрел на свое отражение иподумал, что впринципе женщины были правы. Сгладко выбритым лицом он выглядел интереснее. Только выделялась белая полоска над верхней губой, от нее нужно было срочно избавляться. ИКир три дня только тем изанимался, что подставлял лицо под солнце.
Когда цвет его стал ровным, он понял, что только сменить прическу исбрить усы недостаточно для того, чтобы стать неузнаваемым. Его выдавали глаза! Наградилже господь такой необычной радужкой. Мама рассказывала, что, когда он появился на свет, акушерка, женщина пожилая, набожная, перекрестилась исказала: «Дьявольские глаза». Кир долгое время их стеснялся. Постоянно опускал, когда скем-нибудь разговаривал. Но потом понял, что они- его достоинство. Ни укого больше таких нет. Иженщинам это нравилось. Каждая вторая замечала: «Какие необычные утебя глаза…» Кир стал считать их странность своим достоинством. Вот только как жить стакими глазами, если ты скрываешься? Волосы можно остричь, усы сбрить, татуировку спрятать под одеждой… Но глаза?
Первое время Кир носил цветные линзы. Самые обычные, серые. Но от них унего слезись глаза. Да имало радости каждый вечер вынимать линзы, промывать, класть вспециальный контейнер. Поэтому он отказался от них. Ипросто ходил везде, где возможно, вочках от солнца.
Но вЛондоне оно выглядывало не так часто, как вБланесе. Киру пришлось приобрести линзы. Темно-коричневые. Сейчас он был без них.
— Ятебя только по глазам узнал,- сказал ему человек, которому Кир назначил встречу вкрохотном пабе на окраине Лондона. Он ждал его, сидя за столом ипопивая пиво.
— На кого ясейчас похож?
— На кого угодно, только не на себя самого.
— Ана араба?
— Нет.
— Плохо. Потому что по паспорту яСамир Хадар.
— Паспорт надо сменить, авот внешность можно оставить.- Он встал из-за стола, протянул руку.- Атеперь здравствуй.
Они обменялись рукопожатием. Потом ненадолго обнялись.
— Спасибо, что приехал, Саня,- сказал Кир, усаживаясь.
— Яникогда не отказываю впомощи хорошим людям…- Он хлебнул пива исухмылкой добавил:- Особенно тем, кто прилично за мои услуги платит.
Кир вытащил сигареты.
— Ты куришь?- удивился Саня.- Или это тоже часть маскарада?
— Курю.- Кир сунул сигарету врот.- Теперь яимею полный набор вредных привычек. Пью икурю. Кстати, как пиво?
— Отличное.
— Пойду возьму.
Он заказал две кружки нефильтрованного ивернулся сними кстолику.
— Давай оделе, пока втрезвом уме,- сказал Саня.
— Тебе нужно поехать виспанский Бланес.
Саня судивлением посмотрел на собеседника. Но никаких вопросов задавать не стал. Любопытство Саня считал уделом женщин, автом, что нужную информацию он влюбом случае получит, не сомневался.
— Там живет женщина,- продолжал Кир.- Русская. Ее зовут Диана. Вот фото.- Он достал из бумажника карточку, показал Сане.- Запомнишь внешность?
— Такую- конечно.
— Отлично. Адрес ятебе тоже дам. Легко ее найдешь.
— Найду, адальше?
— Последи за ней пока. Можешь войти вконтакт, только не спугни.
— Это имеет какое-то отношение ктому делу, из-за которого ты… вынужден скрываться?
— Нет. Это вообще не имеет отношения кделу.
— Что-то личное?- поднял бровь Саня. Кир кивнул.- Бабы тебя вконечном итоге погубят,- вздохнул он.
— Ты мне это уже говорил.
— Иты со мной соглашался. Иобещал держаться от них подальше.
— Яидержался. До поры…
Саню Кир знал больше двух лет. Он очень помог ему когда-то. Только благодаря Сане Кир до сих пор оставался на свободе. Абыть может, ивживых. За помощь он щедро заплатил, не желая ходить укого-то вдолжниках. Однако отношения между двумя мужчинами были скорее приятельскими, нежели деловыми.
Саня когда-то жил вМоскве, работал вмилиции. Но он кому-то помешал, на него сфабриковали дело ипоперли из органов. Саша, как он сам сказал, обиделся. Причем не только на родную милицию, но на всю Россию-матушку. Он купил квартирку втурецком Сиде ипереехал жить туда. Зарабатывал развозом туристов по достопримечательностям, аеще промышлял мелкими криминальными делами. Именно он достал Киру паспорт на имя Давида Петкова. Атакже подсказал, где можно добыть остальные. Еще Саня давал ценные советы. Кир следовал им. Но главным, не вляпываться всерьезные отношения сженщинами, не воспользовался. Увы…
— Ты мне больше ничего рассказать не хочешь?- спросил Саня, хлебнув пива.
— Кроме того, что сообщил по телефону?- Кир позвонил товарищу сразу по прилете вЛондон.- Нет. Явзаднице, иты это знаешь.
— Знаю. Мой тебе совет- уезжай из Европы.
— Уеду. Но попозже.
Еслибы Кир руководствовался одним здравым смыслом, он давнобы уже находился где-нибудь вМексике или на Бали. Однакожголос разума периодически заглушал нежный шепоток чувств. Он безумно скучал по Диане иочень за нее беспокоился. Он должен убедиться втом, что сней все впорядке, итолько потом убираться из Европы.
— Когда уменя самолет?
— Завтра утром.
— Значит, сегодня мы можем стобой, как вбылые времена, надраться.
— Как вбылые времена, наверное, не стоит. Ато тебя всамолете рвать будет.
— Плевать!- беспечно отмахнулся Саня.
Он редко выпивал, потому что находился за рулем большую часть суток. Ноуж если принимал алкоголь, то втаких дозах, что наутро после пьянки не просто болел- умирал. Когда Кир жил сним под одной крышей, наблюдал это. Раза три они устраивали, как выражался Саня, пирушки. Пили исключительно водку, других крепких напитков Саня не признавал, лакировали ее пивом, травили анекдоты, пели блатные песни иматерные частушки. Кир опрокидывал всебя неполные стопки. Ивсе равно
«вырубался» раньше Сани. Когда он отключался, тот продолжал пирушку водиночестве, пока не засыпал прямо за столом. Утром его рвало, голова трещала, но Саня никогда не опохмелялся. Пил аспирин, много воды, ел самолично заквашенную капусту. Видя, как приятель страдает, Кир удивлялся:
— Зачем ты так напиваешься? Ведь можно остановиться, когда уже не лезет, аты все равно пьешь…
— Понимаешь, Кир, япью до потери сознания, чтобы… потерять сознание. Отключиться полностью. Дабы мозг отдохнул. Аиначе на фига всебя эту гадость вливать?
При одном упоминании огадости Сане опять становилось плохо, он бежал втуалет, затем пил очередную таблетку икапустный рассол.
— Тут есть магазины, где продают водку?- спросил он уКира.
— Везде продают,- пожал плечами тот.
— «Русскую»?
— «Столичную».
— Тогда пошли затариваться ико мне вотель.
— Давай только сегодня без песен? Это не Турция, где кпьяным русским привыкли, это Англия.
— Кнам, пьяным, уже везде привыкли, ты мне поверь.
— Саня…
— Да ладно, ладно, без песен. Будто яне понимаю, что нам лучше не привлекать внимания.
Они допили пиво ипокинули паб.
Санин отель находился неподалеку, вдесяти минутах ходьбы. Возле него имелся супермаркет. Там мужчины купили водку, пиво изакуску. Причем кприобретению последней Саня отнесся со всей ответственностью. Он считал, что водку следует закусывать не абы чем, аобязательно селедкой иржаным хлебом для удовольствия, цитрусовыми, чтоб сними ворганизм поступал витамин C,исалом или мясом, дабы не сойти сдистанции раньше времени. Влондонском супермаркете он смог найти соленую форель, копченую грудинку сбольшим количеством жира, серый хлеб. Цитрусовых там было визбытке, он выбрал марокканские мандарины. Но что Саню особенно порадовало, так это наличие маринованной капусты. Конечно, она врядли могла сравниться стой, что он квасил, но, как говорится, на безрыбье…
Вномере Саня быстро накрыл на стол. Кир удивлялся его умению за несколько минут организовать «поляну», да не типично «мужицкую», когда все навалено горой на пакете или того хуже газете. Нет, Саня делал все красиво. Закуску раскладывал на тарелочки, пусть ипластиковые, под которыми лежали салфетки. Если под рукой имелась зелень, то украшал еду веточками укропа ипетрушки. Водку наливал исключительно встекло. Одноразовых стаканов не признавал. Поэтому, когда они пришли в отель, он сходил вбар, попросил стопочки.
Они выпили по первой. За встречу. Тутже по второй, чтоб завтра не болела голова. Третья всегда была за мам. Стоя ине чокаясь. ИуСани, иуКира они умерли. Четвертая- за здоровье. Пятая- за удачу. Остальные за что придется. Вэтот раз за хорошую погоду. Саня, привыкший ктурецкому климату, вЛондоне мерз. Даже когда не было ни дождя, ни тумана, ни ветра.
— ВБланесе отогреешься,- успокаивал его Кир.- Там почти как увас, только посуше…
Во время пирушек опроблемах говорить категорически запрещалось. Поэтому травили байки ианекдоты, много смеялись. Саня действовал на Кира магически. Вего присутствии он расслаблялся. Влюбом состоянии. Ауж когда они вместе пили, Кир становился другим человеком, веселым ибеспечным.
— Какже ярад тебя видеть!- сказал он, откинувшись на спинку дивана. Он находился видеальной стадии опьянения исудовольствием задержалсябы вней, но понимал, что не выйдет. Если выпьет еще- сознание затуманится, перестанет пить- протрезвеет, ипроблемы вновь навалятся на него.- Жаль, что не получилось встретиться за два слишним года.
— Ятебя звал ксебе.
— Аятебя.
— Да явсе собирался приехать, но…- Саня шумно выдохнул.- Не сказалбы, еслибболело еще… Женщина уменя была, которую ни на один день не мог оставить.
— Так бралбы ее ссобой.
— Не мог, она замужем. Иотдыхать ездит только ссемьей. Ясума по ней сходил полтора года. Просил, чтоб развелась. Готов был воспитывать ее сыновей. Но она все обещала подумать, да так ине надумала ничего. Аяне мог дальше терпеть, что она сдругим. Разорвал отношения. Смясом, скровью ее из сердца вырвал. Сейчас все зарубцевалось. Спокойно мне, хорошо. Но где-то месяц полумертвый ходил. Знаешь, сколько раз за это время тебя вспоминал? Когда ты мне очувствах своих кЛесе рассказывал, ядиву давался. Думал, да разве возможно, чтобы вот так… любить слепо? Акогда встретил ее… Нет, когда расстался сней, тогда понял. Да, можно…- Он резко подался вперед, разлил водку по стопкам.- Ладно, давай выпьем за…
— Любовь?
— Не-ет… За болезни не пьют. Давай за излечение от них. Любовь не рак, ее можно победить силой воли. Ясмог. Иты сможешь.
— Разве яговорил, что люблю? Лесю, да. Но Диану…
— Нет?
— Яне знаю…- Кир выпил, занюхал мандарином.- Язапрещал себе любить. Ту самую силу воли, окоторой ты упомянул, применял. Явообще не хотел знакомиться сДианой, хотя она понравилась мне спервого взгляда. Ты знаешь, за эти два споловиной года уменя были женщины. Но со всеми так называемые отношения длились не дольше недели. Яспал только стуристками, иисключительно стеми, кто приехал не из России. Уменя были англичанки, немки, чешки, даже одна кубинка. Все они привлекали меня физически. Яхотел их. Но итолько. КДианеже ямгновенно потянулся не только телом, но идушой. Мы случайно встретились пару раз. На третий япришел втотже ресторан, где она ужинала. Она сидела за столиком одна. Красивая икакая-то бесконечно одинокая. Япослал ей бутылку вина. Апотом трусливо сбежал. Испугался. Это как… ну, если любовь- это болезнь, то как надеть презерватив перед сексом, чтобы не заболеть СПИДом…
— Ивсеже ты снял его всамый последний момент.
— Да, точно. Не устоял. Сначала говорил себе, что прекращу все сразу после первого секса. Ты просто не видел ее живьем, она невероятна. Грудь, ноги, губы, глаза, все как уженщины собложки мужского журнала. Ябезумно ее хотел. Но когда получил, стал хотеть еще больше. Ине только физически. Сколько раз, сидя сней вобнимку, ядумал, как жаль, что мы не встретились раньше. Она- моя женщина. Не Леся- она… — Киру стало так тошно, что он плеснул себе водки ивыпил ее без тоста.- Все, хватит!- решительно выдохнул он.- Больше не будем об этом. Вернемся канекдотам ибайкам. Можем даже спеть, только не очень громко.
— Петь рано. Лучше послушай анекдот, турист один рассказал. Ятак ржал, когда его услышал. Значит, так. Встречаются немец, русский иамериканец…
Анекдот был смешным, как любой из Саниных запасов. Или он так умело их рассказывал?
За ним последовало еще несколько. Кир от души хохотал над каждым. Однако, когда Саня замолчал иони стали смотреть «Формулу-1» по телевизору, Кир испытал некоторое облегчение. Воспоминания оДиане разбередили душу, ион никак не мог обрести беспечность, которую испытывал совсем недавно. Надо сказать, что Саня тоже был на себя не похож. Опьянел раньше Кира. Наверное, из-за усталости. Его рейс был ранним, авсамолетах он совсем не спал. Когда уприятеля глаза стали закрываться, Кир уложил его на кровать, накрыл одеялом. Саня тутже захрапел.
Кирилл выпил еще стопку. Затем убрал остатки водки иеды вхолодильник ипокинул номер. Спустившись на ресепшен, дал указание портье разбудить Саню вшесть утра. Кира чувствовал себя абсолютно трезвым. Но, когда он вышел на улицу, оказалось, что его мнение ошибочно. Опьянение присутствовало, причем сильное. Ичтобы протрезветь, Кир пошел пешком. Он знал, что до его отеля топать не меньше полутора часов. Аскорее, два. «Устану, поймаю такси,- решил он.- Раз погода позволяет, буду гулять…»
Пока шел, вспоминал…
Глава4
За последний месяц он невероятно устал. Иморально, ифизически. Кир иего партнер Гена все это время готовились заключить контракт скитайцами. Сотрудничество сними сулило колоссальную прибыль ивыход на иной уровень. Вот Кир иГена, по выражению последнего, и«рвали попу». Партнер при этом выражался грубее. Он вообще был очень резким, прямолинейным, агрессивным. Кир учился сним вшколе ивМоскве встретил случайно. Это было так удивительно- наткнуться на человека из далекого прошлого, что Кир не смог пройти мимо, когда увидел Гену.
Вшколе они не общались. Когда Кир учился впервом, Гена уже был выпускником. Отличник, спортсмен, первый школьный сердцеед, его знали все! Втом числе первоклашки. Ведь именно Гена нес на плече девочку, что давала первый звонок. Именно такими все мальчишки хотели стать, когда вырастут, адевочки, повзрослев, именно стакими встречаться. Гена был кумиром Кира. Наверное, поэтому он его узнал спустя столько лет.
— Гена Тарасов?- спросил Кир, подойдя кнему вресторане.
— Да. Амы знакомы?
— Не совсем. Когда-то учились водной школе. Явпервом, ты впоследнем.
— Серьезно? Ничего себе. Икакже ты меня узнал?
— По мне, ты нисколько не изменился.- Кир не погрешил против истины. На его взгляд, Гена остался темже. Разве что набрал кило пятнадцать да чуть поседел.
— Приятно, черт возьми, встретить земляка!- Гена указал на пустой стул.- Присаживайся, выпьем за это.
— Яне пью. Но судовольствием сяду. Кстати, меня зовут Кирилл.
Они проболтали тогда три часа, омногом друг другу рассказали. Встретить вогромном городе земляка- приятная неожиданность, имужчины решили не терять друг друга. Вскоре они стали закадычными друзьями, после- партнерами.
Кир доверял Гене как самому себе. Итот ни разу не подвел, не дал повода внем усомниться. Только сблизившись сТарасовым, Кирилл понял, что такое настоящий друг.
Авот Олеся Гену не жаловала. Она считала, что сним Кир проводит больше времени, чем сней, потому излилась. Особенно впоследний месяц, когда Кирилл пропадал на работе, авернувшись домой, валился сног от усталости.
— Не смей спать!- тормошила его Олеся.- Ты утром обещал сводить меня вресторан. Яждала весь день…
— Завтра, хорошо?
— Яэто уже слышала! Нет, Кир, сейчас. Ясижу вчетырех стенах, как пленница.
— Да кто тебя заставляет сидеть? Гуляй, занимайся чем хочешь.
— Яхочу проводить время стобой. Тыже, судя по всему, нуждаешься лишь вобществе своего драгоценного Геночки.
— Леся, мы сутра до вечера работаем, ане развлекаемся.
— Да откуда язнаю?
— Потерпи немного,- успокаивал ее Кир.- Скоро все закончится, иятебе еще надоем.
Леся только отмахивалась и,схватив свою любимую подушку, уходила спать вдругую комнату. Кирилл соблегчением выдыхал имгновенно засыпал.
Ивот наконец свершилось! Контракт был подписан. По этому случаю Кир даже выпил фужер шампанского. Гена звал его вресторан, чтобы хорошенько отметить это событие, но он отказался. Купив огромный букет цветов, Кир спешил домой, ксвоей Лесе. Сегодня он будет весь ее. Только ее! Азавтра приобретет путевки на какие-нибудь райские острова, иони уедут на неделю подальше от проблем изабот суматошной московской жизни.
Леси дома не оказалась. Телефон ее не отвечал. Разочарованный Кир сунул цветы ввазу ипошел вдуш, надеясь, что Леся скоро вернется. Ведь она знала, что сегодня- решающий день. Влюбом случае Кир вней нуждался. Человек жаждет разделить сблизкими как радость, так иразочарование.
Кир ждал Лесю два часа, пока не догадался пойти ипроверить ее вещи. Многих не хватало.
Опять… Опять сбежала!
Впринципе он всегда ждал именно этого. Иочень этого боялся.
Он знал, какова его Леся. Но успокаивал себя мыслями отом, что она повзрослела, помудрела. То, что простительно вдвадцать идаже двадцать пять, не «прокатывает» втридцать.
— Она тебя бросила?- сразу понял Гена.
— Не совсем,- промямлил Кир.- Она просто…- Он не знал, как объяснить. Никто его не поймет, кроме Авраама иКэт. Людей, знающих Лесю.- Она устала иуехала…
— Куда?
— Яне знаю.
— То есть записки она не оставила?
— Леся никогда этого не делает.
— Выходит, для нее норма вот так взять иисчезнуть?
— За то время, что мы знакомы, она исчезала лишь однажды.
— Иты ее простил?
— Кто я, чтобы прощать или не прощать? Ялюблю ее имогу только мириться или не мириться сее характером.
— Ты слишком мягкий,- покачал головой Гена.- Сбабами нельзя быть таким. Им нужно ставить жесткие условия. Тогда они ведут себя по-человечески.
— Ты трижды вразводе. Очем ты вообще говоришь? Твоя жизнь- антипример того, кчему надо стремиться.
— Зато мои жены если со мной плохо ипоступали, то только единожды. Яим второго шанса не давал.
— Просто ты никого из них не любил.
— Возможно. Но ясгорал от страсти ккаждой. Аэто страшнее любви. Потому что зависимость сильнее.
— Ничего ты не понимаешь вчувствах,- грустно усмехнулся Кир.- Любовь- самый страшный наркотик.
— Хорошо сказал- наркотик! Аот вредных привычек надо избавляться.
— От этой- не хочу.
— Неужели, когда она набегается, ты снова ее примешь?
— Ясмертельно боюсь, что она не вернется.
— Серьезно?
— Конечно.
— Какойже ты дурачок!- Гена сокрушенно покачал головой.- Неужели ты не видишь, что ты на ее фоне- принц. Когда-то, быть может, она была круче. Потом вы стали на равных. Но теперь… Ты молодой, красивый, богатый мужик. Она… Не молодая…
— Мы ровесники!
— Да! Но ты всвои тридцать три молод, аона уже не очень!
— Но она красивая, ты хоть это не оспоришь?
— Она интересная. Внешность необычная, согласен. Мне нравится. Многим- нет. Авот ты произведешь приятное впечатление на всех без исключения женщин. Не сногсшибательный красавец, но очень симпатичный мужчина. Аесли учесть, что ты прекрасно образован, воспитан, обеспечен, холост ибездетен, то ты превращаешься сразу впринца на белом коне. Ты- мечта любой бабы от двадцати до бесконечности. Ачто представляет собой Олеся? Женщина не первой свежести, сомнительной внешности, мерзкого характера.
— Она- лучшая!
— Для тебя. Потому что ты слеп. Иглуп от любви. Авот она… хотя ядопускаю, что она питает ктебе искренние чувства, она все равно остается трезво соображающей особой. Бабы, они всеже поумнее нас. Даже дуры! Атвоя Леся дама смозгами. Поэтому она понимает, что лучше тебя ей не найти.
— Кчему ты ведешь?
— Аразве не очевидно? Яведу ктому, что она обязательно вернется. Ине через год, как прежде. Анедели через полторы. Одумается иприскачет, пока тебя не увели.
Гена оказался прав. Леся вернулась через десять дней. Загоревшая, отдохнувшая, впрекрасном расположении духа.
— Где ты была?- спросил Кир, когда она ввалилась вприхожую счемоданом икаким-то дурацким барабаном, висящим на ее плече.
— ВТунисе,- сообщила она икинулась кКиру обниматься.- Какже ясоскучилась!
Он отстранился.
— До каких пор ты собираешься вести себя подобным образом?
— Пока не помру,- лучезарно улыбнулась она.- Ну поцелуйже меня.
— Не хочу.
— Кир, да хватит тебе дуться! Ну, уехала отдохнуть, ичто из того? Явсе равно тебе только мешала. Без меняже ты испокойно поработал, иотоспался. Так что не только яотдыхала, но иты.
— Яхотел отдохнуть вместе стобой.
— Так что нам мешает? Ямогу даже чемодан не распаковывать!
— Поздно, сейчас мне уже некогда.
Иушел, так ее ине поцеловав. Авечером он сГеной уже летел вТаиланд.
Пробыли они там неделю. Гена все это время пил изанимался сексом спроститутками. Сразу по прилете взял двоих, для себя иКира, но последний от их услуг отказался, атак как деньги уже были заплачены, Гена использовал обеих.
Пока друг предавался пьянству иразврату, Кир загорал, плавал, погружался саквалангом, ходил на расслабляющий массаж, ел фрукты и… Запрещал себе звонить Лесе. Он улетел без предупреждения, чтобы проучить ее.
За день до отлета Кир сделал себе татуировку. Большущую! Два мастера набивали ее семь часов. Взяли немыслимые деньги, но тату того стоила. Произведение искусства! Гена, когда увидел, аж дар речи потерял.
— Не ожидал,- сказал он, присвистнув.- Но тебе идет. Ты стал не таким правильным. Тебе давно надо было либо татуху забабахать, либо побриться наголо, либо переодеться вджинсы икосуху. Ато тыуж слишком приглажен. Эта твоя причесочка, волосок кволоску, идеально подстриженные усики, элегантные костюмчики. Ну просто образцово-показательный мужчинка, мечта всех мамаш половозрелых дочек. Теперьже ты так иможешь оставаться… мечтой всех мамаш, когда явишься кним вкостюме, но половозрелые девочки оценят твоего дракона, когда ты разденешься, иподумают… ого! Аэтот парень не так скучен, как кажется на первый взгляд…
— Ты пьян, Гена!
— Конечно, пьян. Яже на отдыхе. Кстати, может, имне татуху забабахать? Впаху, а?
Но осуществить задуманное он не успел. Всю ночь таскался со своими «морковками» по клубам, аутром надо было уезжать.
Когда Кир вернулся вМоскву, его исколотое иголками тело саднило. Ему было очень плохо. Татуировка воспалилась. Какие-то ее участки чесались. Кир ругал себя за то, что сделал ее. Ему пообещали, что при работе будут соблюдены все меры предосторожности, но малоли…
Он не знал, встретитли его Леся. Вконце концов, он без предупреждения сорвался…
Но когда он позвонил вдверь, она открыла. Конечно, он мог отпереть замок своим ключом, но Киру было интересно столкнуться сней лицом клицу…
Пощечина была такой сильной, что голова откинулась далеко назад.
— Урод!- прошипела Леся, замахиваясь для второго удара.- Где ты шлялся?
Кир перехватил ее руку испокойно сказал:
— Ябыл на отдыхе. Что тебе не нравится?
— Игде ты был?
— ВТаиланде.
— Ездил кдешевым шлюхам? Так яизнала!
Он обошел ее идвинулся вкухню: хотелось пить.
— Без справки от венеролога можешь ко мне впостель не лезть, понял?
— Значит, будем спать отдельно.
— То есть яправа? Ты там так утрахался, что…- Иона разрыдалась.
— Что, плохо оказаться на моем месте? Переживать за близкого человека, который мотается неизвестно где?
— Отвали!
— Ответь мне.
— Мстительный сукин сын!
— Яне мстил тебе, априводил наглядный пример.
— Еще раз так сделаешь, расстанемся!
— Ты украла уменя реплику. Яхотел тебе сказать тоже самое. Поэтому перефразирую. Если еще раз ты позволишь себе исчезнуть без предупреждения, можешь не возвращаться.
Она подняла на него полные слез иудивления глаза.
— Да, Леся,- кивнул Кир.- Ябольше не прощу твоих выходок. Мне будет очень больно, но япереживу.- Он провел рукой по ее влажной щеке.- Атеперь вытри слезы, умойся, подкрасься, ипойдем куда-нибудь поужинаем: утебя пустой холодильник.
Она молча прошла вванную, но вернулась оттуда ненакрашенной. Чисто умытое лицо, разбросанные по плечам волосы, натянутое как струна обнаженное тело.
— Ятак понял, мы остаемся дома?- спросил он.
Леся кивнула.
— Ачто будем есть?
— Закажем пиццу.- Она сделала шаг ему навстречу.- Обними меня. Крепко-крепко…
Он так исделал.
— Яочень скучала,- прошептала она.
— Ятоже.
Ее трясло.
Его тоже.
— Ты изменял мне. Там?
— Нет.
— Чтож, яповерю тебе. Аесли ты привез какую-нибудь неизлечимую гадость, то умрем вместе.
— Дурочка…- Он нежно поцеловал ее ввисок.- Конечно, мы умрем вместо. Водин день. Но лет через сорок.
— Ты привез мне дракончика?- Она коллекционировала фигурки драконов.
— Акакже.
— Покажи!
Он расстегнул рубашку искинул ее. Леся от удивления ойкнула.
— Ой… Что это?
— Подарок для тебя.- Он повернулся кней спиной, продемонстрировал дракона целиком.
— Татуировка? Настоящая?
— Самая что ни на есть. Нравится?
— Потрясающе.
Она провела ладонью по драконьей морде. Кир поморщился.
— Больно?- забеспокоилась Леся.
— Немного.
— Атак?- Она наклонилась илегонько коснулась татуировки губами.
— Атак хорошо,- выдохнул он.
От Лесиных поцелуев он всегда быстро возбуждался, асейчас, после долгой разлуки, желание возникло не просто быстро- мгновенно. Кир поднял ее на руки. Схватил довольно грубо, но Лесе это понравилось. Она любила, когда сней не церемонились. Она обхватила ногами его талию, руками плечи.
— Ты сам как дракон,- жарко прошептала Леся ему на ухо.- Чешуйчатый…
Он не сразу понял, очем она. Потом до Кира дошло, что Леся имеет ввиду шершавую корочку, покрывающую его торс втех местах, где набита татуировка.
Он рванул ремень на своих джинсах, расстегнул пуговицу, молнию…
Она, почувствовав своим лоном его вырвавшуюся на волю плоть, вскрикнула. Зажмурилась. Откинула голову назад…
Она кончила очень быстро. При оргазме кричала ицарапала его ибез того истерзанную спину. После того как финишировал Кир, она сползла снего, ее ноги дрожали. Апод ногтями была его кровь…
— Мне так хорошо, что умирать не страшно,- проговорила она, опустившись на пол. Унее была привычка сидеть на полу. Поэтому Кир покупал самые лучшие шерстяные ковры.
— Что за глупые мысли осмерти?
Леся легла на спину, раскинув руки иноги, иуставилась впотолок.
— Они меня никогда не отпускают. Когда мне очень хорошо или невыносимо плохо, ядумаю оней. Иесли большинство людей, когда им хорошо, боятся смерти, аесли очень плохо, думают оней без страха, то янаоборот. Потому что хочу уйти из жизни счастливой.- Ибез перехода:- Яумираю от голода! Давай что-нибудь сообразим?
Он подал ей руку, чтобы помочь встать.
— Нет,- мотнула она головой,- ябуду валяться тут. Курить, если ты дашь мне сигареты, ипить, если ты принесешь коньяк.
— Япривез из Таиланда ром. Будешь?
— Буду.
— Афрукты?
— Тоже из Таиланда?
— Да.
— Конечно, буду. Но пожрать все равно что-нибудь закажи. Сегодня яне намерена спать, так что проголодаюсь…
— Ачем ты намерена заниматься?
— Любовью. Аеще пить тайский ром ислушать твои рассказы опоездке.
— Что заказать, пиццу, как всегда?
— Нет. Коль сегодня унас тайский вечер, давай что-нибудь из азиатской кухни.
Он заказал фунчезу, суши икреветки вкисло-сладком соусе. Принес Лесе сигареты, ром ифрукты. Аеще презент- массивные серьги из ярко-оранжевого золота сгранатами итакоеже колье вэтническом стиле. Леся визжала от восторга, когда он открыл перед ней коробку спрезентом. Он дарил ей вещи иподороже: украшения сбриллиантами от известных фирм, но ничему Леся так не радовалась, как этим вполне демократичным побрякушкам. Наверное, потому, что они очень шли кее азиатской внешности. Она тутже вставила серьги вуши, колье повесила на шею илюбовалась собой обнаженной до тех пор, пока Кир не сгреб ее вохапку ине подмял под себя, чтобы еще раз насладиться близостью.
Это был необыкновенный вечер. Пожалуй, самый лучший из всех проведенных Киром иЛесей вместе. Никогда еще она не дарила ему столько нежности, аон ей страсти.
— Это все свежая змеиная кровь,- смеясь, сообщил Лесе Кир, когда она притворно ужаснулась тому факту, что они только позанимались сексом, аунего опять эрекция. — Явыпил целых два стакана, потому что Генка побрезговал.
Уснули прямо на полу. Уже ночью Кир перенес Лесю вспальню, уложил на кровать. Она раскинулась на ней, приняв свою любимую позу морской звезды, аКир сидел рядом, смотрел на Олесю идумал: «За что мне такое счастье?»
Рано утром он отправился вофис. Вернулся домой поздно вечером, так как Гена на работу не явился ивсе вопросы пришлось решать водиночку. Но Леся не ругалась. Она все еще находилась под впечатлением необыкновенного вечера. Однако по прошествии недели все вернулось на круги своя. Кир пропадал на работе, Леся устраивала по этому поводу скандальчики. Но больше не убегала!
Глава5
Телефон Гены не отвечал. Кир названивал ему на протяжении полутора часов ивсякий раз слышал одно итоже: «Абонент выключен или находится вне зоны действия сети…»
Выругавшись, Кирилл отшвырнул аппарат исказал своему водителю-телохранителю Боре:
— Поехали кнему. Вдруг он дома?
— Былбы дома, до негобы дозвонилась секретарша. Она по всем известным телефонам звонила.
— Черт… Уж не случилосьли чего?
Беспокойство за друга было небеспочвенным. Кто-то очень хотел отобрать уКира иГены бизнес. Их фирма подверглась рейдерской атаке. Им обоим угрожали. Главный офис подожгли. Кир сГеной долго выясняли, кто за всем этим стоит, иуних получилось. Шалимов иБорисов, совладельцы концерна «ШалБор»,- вот кто устроил им
«райскую жизнь». Ребята пришлые, северяне. Молодые, наглые или, как говорил Гена,
«борзые».
Когда Тарасов узнал, кто на них наехал, предложил:
— Давай уберем их.
— Давай. Только надо решить как.
— Наймем киллера, он пусть ирешает.
— Не шути так,- сказал Кир.
— Акто шутит?
Кир смотрел на друга во все глаза ине верил…
— Только не говори мне, что никогда не пользовался услугами наемников,- пробормотал Гена, отведя взгляд.
— Нет.
— Какже ты выжил влихие девяностые?
— Гена,- повысил голос Кир,- мы никого убивать не будем. Сейчас не лихие девяностые. Надо убирать конкурентов иным способом. Пусть противозаконным, но хотябы бескровным.
— Ответим им тойже монетой? Атам посмотрим, кто кого?
— Унас есть преимущество. Даже два. Мы знаем об их планах. Имы тут давно. Унас больше связей. Мы их порвем, Гена!
Втотже день Кир всопровождения юристов иохраны вылетел вАрхангельск, родной город Шалимова иБорисова, что называется, на разведку.
Испустя два дня вернулся схорошими вестями. Раньше, чем планировал. Как приземлился, сразу начал звонить партнеру, да тот был вне зоны действия сети.
— Не переживайте за него,- сказал Киру Борис.- Он впоследнее время сохраной ходит. Наверняка сейчас кто-то при нем.
— Как твоя дочка, Борь? Поправляется?
— Уже совсем здоровенькая. Спасибо вам огромное. Явнеоплатном перед вами долгу.
— Боря, перестань!
Дочка Бориса болела лейкозом. Ей требовалась срочная операция за рубежом. Стоила она немыслимых для семьи Бориса денег. Унего было еще двое пацанов-близняшек. Жена не работала, ухаживала за дочкой. Денег взять было негде. ИБорис обратился кКиру. Просил дать ему какой-нибудь кредит через фирму под любые проценты. Вечером тогоже дня на счет Бориса перечислили нужную сумму. Когда тот бросился благодарить, уверять, что вернет все до копейки, спрашивать, сколько унего будут вычитать из зарплаты, Кир ответил:
— Без отдачи. Мы давно решили выделять средства на благотворительность. Считай, твоя дочка будет первой, кому помогла наша фирма.
Много позже Боря узнал, что больше половина суммы босс выложил из своего кармана.
— Приехали,- сообщил он, припарковавшись возле дома Кирилла.
— Подожди меня вмашине,- бросил Кир ему, толкая дверь авто.- Ятолько приму душ ипереоденусь.
— Может, мне лучше подняться свами?
— Не стоит. Если что, уменя есть это.- Он хлопнул себя по карману. Внем лежал пистолет. Кир приобрел его до того, как начались неприятности. Ему нравилось оружие. Он любил стрелять. Регулярно посещал тир. Иногда выезжал на охоту. Кир не думал, что сможет применить оружие против человека, но пистолет придавал ему уверенность всебе.
Кир вошел вподъезд, пожелал приятного аппетита жующему огромный гамбургер консьержу ипроследовал клифту. Была среда. Вэтот день Леся обычно посещала спа. Уходила утром, возвращалась вечером. Кир даже не стал ей звонить. Знал, что, когда она всалоне, ее аппарат отключен.
Кирилл поднялся на свой этаж, открыл дверь.
Вквартире негромко играла музыка. Он подумал, что Леся оставила включенным телевизор или музыкальный центр, но услышал голоса.
— Они нас опрокинут.
— Уверен?
— На все сто. Уэтих ребят такие бандитские связи, что нам ине снились…
Кир узнал голоса Леси иГены. Он немного удивился тому, что они вот так запросто беседуют, тем более оделах. Эти двое вообще мало общались, ион никогдабы не подумал, что Гена будет делиться проблемами сего женщиной, аона ими интересоваться. Кир хотел уже рассекретить свое присутствие икрикнуть, что все не так страшно. Он нашел зацепки, ивойна может быть выиграна ими, как услышал следующее:
— Ичтоже делать?- спросила Леся.
— Выход один- отдать им фирму на растерзание.
— Всмысле продать?
— На это Кир не согласится. Ктомуже ее унас никто покупать по нормальной цене не собирается. Смысл рейдерства впоглощении предприятия против воли собственников. Способов- множество. От законных: акционер лишается своих акций за долги — до незаконных- подделки долговых обязательств, кпримеру. Но, на мой взгляд, самый лучший вариант- это подкуп генерального директора (то есть меня) сформированием фиктивной задолженности. Доказать что-то вэтом случае будет крайне трудно.
— Ты хочешь дать себя подкупить?
— Уже дал. Это единственный способ не остаться на бобах. Ятебе больше скажу, дело уже сделано. Гонорар ядолжен получить сегодня до конца дня. Его переведут на счет моего сына Витьки.
— Постой… Акакже Кир?
Молчание.
— То есть он останется ни счем?
— Ты предпочлабы, чтоб ни счем остались мы оба?
— Яне знаю…- беспомощно выдохнула она.
— Да не волнуйся, не пропадет он. Вслучае чего япомогу.
— Ачто, если он вАрхангельске нашел способ все исправить?
— Да не смеши! Кир отличный парень, яего обожаю, но он не борец.
Кирилл не верил своим ушам. Он не ошибся? Это говорит Гена, его лучший друг?
Асердце бухало так, что Киру казалось, будто он на стройке рядом сработающим перфоратором…
— Аты не боишься,- вновь послышался голос Леси,- что япередам ему наш стобой разговор?
— Нет.
— Ты так мне доверяешь?
— Яникому не доверю, детка. Но язнаю тебя. Ты не из тех женщин, что согласны на рай вшалаше.
— Мне не так много надо денег для счастья.
— Да брось! Теперь много, ты кним привыкла. Аеще тебе необходима свобода. Кирже тебя ее лишил. Со мной ты будешь вольной как птица. Ятащусь от тебя. Яхочу тебя. Имне не нужна жена. Сын уменя уже есть. Да, он большой дуралей, но других не надо. АКир мечтает ополноценной семье ирано или поздно поставит тебя перед выбором…
— Яэто знаю,- выдавила она из себя.
— Тогда чего мне бояться? Икстати…- Его голос стал вкрадчивым.- Ясразу понял, что тебе нравятся мужики постарше… Это как-то связано стем, что тебя воспитывала одна мать… Ведь яправ?
Леся ничего не ответила. Кир слышал только музыку. Ивдруг…
Тихий стон. Кирилл не спуталбы его ни содним другим. Так стонала возбужденная Леся.
Кир пересек прихожую, прошел через арку вгостиную. Вуглу стоял большой диван из белой кожи. На нем лежала обнаженная Леся. На ней- Гена. Тоже голый. Их одежда вперемешку валялась на полу. Они разделись не сейчас, адавным-давно…
Мозг как будто взорвался. Душа растрескалась ирассыпалась на мелкие кусочки. Кир на мгновение не только ослеп, оглох, онемел, он как будто умер. Секунда небытия и… Волна боли, дикой ненависти, ярости…
Он сам не понял, как вего руке оказался пистолет. Кир нацелил его…
Рука дрожала втакт прыгающим ягодицам Гены.
Итут Леся снова застонала. Протяжно, страстно. Как могла только она…
Изапрокинула голову. Отвела ее так далеко назад, что ее тонкая шея выгнулась дугой.
Кир выстрелил… По этой шее, которую обожал целовать…
Кровь брызнула фонтаном, залив лицо Гены. Тот закричал, отшатнулся.
Кир выстрелил еще раз.
Гена рухнул на бьющуюся вконвульсиях Лесю.
Страшнее этого зрелища ничего не могло быть. Два окровавленных агонизирующих человека сплелись вобъятиях. Иеслибы не чудовищные раны, можно было подумать, что они продолжают заниматься сексом.
Чтобы не видеть их, Кир развернулся и,шатаясь, вышел прочь. Пистолет бросил на пол- от него потела рука.
Кир спустился вниз. Консьерж, увидев его, кинулся навстречу.
— Вы слышали?
Он тупо покачал головой.
— Как будто кто-то стрелял. Нет, не слышали? Значит, где-то вподвале. Может, трубы лопнули? Посмотреть надо…
Кирилл отстранил его ипошел кдвери. Он все еще находился вневменяемом состоянии. Он вроде все понимал, но одновременно не понимал ничего.

«Наверное, ясошел сума»,- снекоторой радостью подумал Кир. Потом пошел кстоянке.
Боря ждал его вмашине. Кир сел.
— Как вы быстро,- заметил водитель, заводя мотор.- Решили не переодеваться?
Он глянул взеркало. Вид Кира его, по всей видимости, удивил. Боря обеспокоенно спросил:
— Все впорядке?
— Нет.
— Что случилось?
— Яне знаю.
— Как это?
Кир пожал плечами. Его стало трясти, как влихорадке.
— Вы не заболели?
— Яне знаю,- повторился Кир.
Боря резко затормозил иразвернулся кбоссу.
— Да что, черт возьми, произошло за те десять минут, что вы отсутствовали?
Десять минут? Киру не верилось. Всего-навсего…
— Яубил их…
Вот он исказал это!
— Кого?- Борис не понял ине поверил, что Кир мог кого-то убить.
— Гену иЛесю.
Иначал рассказывать. Не Борису- себе. Как будто хотел убедиться, что все помнит правильно иему это не привиделось. Закончив иболее-менее придя всебя, он сказал:
— Так что вези меня вмилицию, Боря. Сдаваться буду.
— Это глупо.
— За свои поступки надо отвечать. Амне влюбом случае придется: есть мотив, свидетель, орудие преступления, зарегистрированное на меня.
— Перед богом ответите. Иперед собой. Перед нашим законом не стоит. Бегите. Увас есть деньги. Вы сможете скрыться.
— Даже если яуспею выехать из страны, меня все равно найдут через международный розыск.
Боря мотнул головой. После чего завел мотор.
— ВТурцию самолеты летают несколько раз вдень. Визы не надо. Если мы сейчас поедем ваэропорт, то вы успеете скрыться. Покойников обнаружат не раньше чем утром. Придет уборщица инаткнется на них. Пока она будет милицию вызывать, пока та приедет, пока опросят всех, ордер на ваше задержание получат… Короче, увас куча времени.
— Аесли консьерж, который слышал выстрелы, поднимет тревогу?
— Врядли. Но даже если так, увас все равно есть шанс сбежать.
— Если явсеже успею приземлиться вТурции, это только отсрочит мой арест, но не отменит. Меня все равно поймают…
— ВТурции, вСиде, живет мой кореш, Саня Фролов. Мы вместе ворганах работали. Его оттуда ушли. Я,посмотрев, как счестными операми поступают, ушел сам. Теперь он вТурции туристов на экскурсии возит. Ну, ивсякими мелкими аферами промышляет. Япозвоню ему, он поможет достать новые документы. Сдругим паспортом вы легко затеряетесь. Кстати, загранник увас при себе?
— Нет. Он вофисе, всейфе.
— Значит, придется заехать туда. Скажите мне код, ясхожу, принесу. Сколько увас при себе денег?
— Немного. Но есть кредитные карточки.
— Надо снять сних все.
— Всейфе еще лежит приличная сумма. Мы приготовили, чтобы платить «откаты».
— Япринесу. Иеще одежду. Увас там вродебы есть что-то неформальное. Вы должны выглядеть как обычный турист. Не привлекать ксебе внимания.
Он говорил что-то еще, но Кир плохо слышал.

«Я- убийца!- колотилось вмозгу.- Яубийца?- не верилось Киру.- Язастрелил двух самых близких мне людей? Или это дурной сон? Надо ущипнуть себя, чтобы проснуться…»
— Ничего уже не изменишь,- донесся до него голос Бори.- Так что смиритесь.
— Зачем ты помогаешь мне?- выдавил из себя Кир.
— Яваш должник. Вы спасли мою дочь.
— Ей жизнь подарил, адве отнял. Яне заслуживаю твоего сочувствия иучастия.
— Вы хороший человек, язнаю. По природе своей хороший. Не знаю, что нашло на вас втот момент, когда вы стреляли. Но ведь научно доказано, что есть такое состояние- аффект. Наверняка вы находились именно внем.
Машина вскоре остановилась. Боря вышел, велел ждать его вмашине. До этого спросил код сейфа.
Но Кир ине думал покидать салон. Он чувствовал такую слабость, что врядли смогбы удержаться на ногах.
Он начал рыться вкарманах. Вкаком-то из них должен быть пистолет. Потом до Кира дошло, что он убил Лесю иГену, после чего бросил оружие на пол.

«Какойже ядурак!- простонал он.- Почему яне взял его ссобой? Сейчас всебы кончилось. Явыпустилбы пулю себе влоб, ивсе, конец мучениям…»
Втот момент он готов был лишить себя жизни. Более того, он жаждал этого.
Боря вернулся спустя каких-то десять минут. Вруках он нес два пакета.
— Япозвонил ваэропорт,- сказал он.- Узнал оближайших рейсах вТурцию. Через два часа вылет вСтамбул. Конечно, лучшебы до Анталии, но туда самолет позже. Главное, попасть вТурцию, там разберетесь. Можно поехать на автобусе. Долго, но для вас это безопаснее, чем самолетом. Язабронировал билет. Скорешом своим тоже связался. Он поможет. Единственное- придется ему заплатить. Но вы не думайте, он не обдерет. Ине подставит, человек надежный. За рубежом есть заначки? Или деньги, что всумке,- единственные средства ксуществованию?
— Ничего нет. Но это не проблема. Яотлично играю впокер, смогу заработать.
— Как доберетесь до Саньки, дайте знать. Но мне на мобильный не звоните. Ядам другой номер.
Всю дорогу до аэропорта Борис инструктировал Кира. Говорил иговорил, повторяя кое-что не по одному разу. Толи не был уверен втом, что Кирилл все правильно запомнил, толи опасался оставлять его втишине наедине со своими мыслями.
До Шереметьева доехали без проблем. Деньги сняли по дороге. Кир переоделся втуалете иотправился на регистрацию. Боря довел его до стойки, крепко пожал руку.
— Удачи!- пожелал он.- Ине забудьте позвонить. Номер запомнили?
Кир без запинки повторил его. Унего была прекрасная память на цифры. Он легко запоминал не только телефоны, но ибанковские реквизиты.
— Спасибо тебе,- поблагодарил он Борю, хотел обнять его на прощанье, но вместо этого хлопнул по плечу. На том они расстались.
Кирилл прошел регистрацию, паспортный контроль. Оказавшись взале ожидания, плюхнулся на стул изакрыл глаза. Другие пассажиры его рейса, уже затарившись спиртным вмагазине беспошлинной торговли, заходили вавтобусы, везущие кборту. АКир сидел, не всостоянии пошевелиться.
Он смог встать лишь тогда, когда услышал по громкой связи свою фамилию. Кирилла Исаева просили срочно пройти на посадку.
Ему повезло сместом. Салон был занят не полностью, ивхвосте остались свободные кресла. Киру как раз досталось место впоследнем ряду. Он сидел один. Это было настоящим подарком судьбы. Кир, пристегнулся, опустил кепку на лицо ипогрузился всебя.
Через десять минут самолет взлетел. Кир до последнего момента ждал, что всалон вбегут милиционеры, наденут на него наручники ивыведут вон. Но ничего так ине произошло. Значит, его арестуют ваэропорту Стамбула, «успокоил» себя Кир.
Он невероятно устал инуждался вотдыхе. Мозг- впередышке. Киру требовался сон. Хотябы двухчасовой. Но…
Он боялся засыпать! Сейчас, когда он бодрствует, худо-бедно может контролировать свое сознание. Но когда оно отключится, что выдаст ему подсознание? Картину, которую он пытается мысленно замазать черной краской, чтобы не видеть обнаженные тела, залитые кровью, слившиеся всмертельных объятиях…
Кир попросил устюардессы кофе. Да покрепче. Она принесла. Кирилл выпил его иуставился виллюминатор. Сзакрытыми глазами он точно уснет.
Ваэропорту Стамбула его никто не поджидал! Кир без труда прошел паспортный контроль, вышел из здания иогляделся. Он думал, на чем добираться до Сиде. Конечно, легче всего самолетом до Анталии, затем такси до места. Лететь чуть больше часа, ехать итого меньше. Но этот вариант отпадал. Как иаренда машины. Кир хорошо помнил наставления Бори. Он хотел было двинуться кавтобусной остановке, чтобы ехать на автовокзал, но тут услышал русскую речь. Двое, мужчина иженщина, приехали вСтамбул на машине из Кемера, где отдыхали. Затарались кожей, собирались возвращаться. Кир подошел кним, попросил взять его впопутчики. Предложил за это сто долларов.
— Сто пятьдесят,- не растерялся мужчина.
— Сто тридцать,- зачем-то начал торговаться Кир.
— Идет.
Кир сел на заднее сиденье исделал вид, что спит. Вкакой-то момент на самом деле задремал, но тутже встряхнулся. Самому себе он напоминал подростка из фильма
«Кошмар на улице Вязов». Герои этого ужастика также, как он, боялись засыпать. При этом прекрасно понимали, что рано или поздно усталость станет невыносимой иони отключатся.
Женщина заметила мучения Кира, но решила, что он не может спать на ходу, вот ивздрагивает.
— Может, вам таблеточку дать?- предложила она.- Сонную. Уменя есть ссобой.
Кир сблагодарностью принял унее снотворное. Проглотив его, уснул мгновенно. Ему что-то снилось. Причем жуткое. Его попутчики рассказали, что он стонал. Пришлось соврать, что это он от боли. Упал неудачно, повредил спину. Но когда его разбудили, Кир ничего не мог вспомнить.
ВСиде он попал утром. Быстро нашел дом, где жил Саня. Тот был на месте, ждал его.
— Борис звонил,- сообщил он, введя гостя вкухню, усадив за стол ипоставив перед ним стакан воды.- Труп обнаружен, причем вчера. Охранник твоего партнера поднял тревогу. Он знал, куда босс отправился. Он привез его идолжен был забрать. Ждал, ждал, потом начал действовать. Милиция завела дело. Процесс пошел. Борю уже допросили. Пока не трясли серьезно.
— Постой, апочему труп? Вединственном числе?

«Неужели она жива? Боже… Какое счастье!- вихрем пронеслось вголове.- Но как это возможно? Япопал ей вшею…»
— Женщина умерла на месте,- ответил Саня, вернув Кира вклоаку, вкоторой он находился последние сутки.- Мужчина пока жив. Доставлен вреанимацию вкрайне тяжелом состоянии.
— Унего есть шансы выжить?
— Минимальные. Его прооперировали, ждут, когда придет всебя. Пока он вкоме.
Кир опустил лицо всложенные ковшиком ладони изарыдал. Саня тихо вышел из кухни. Вернулся спустя пять минут.
— Дай руку,- скомандовал он. Кир оторвал ладони от лица иудивленно посмотрел на Саню.- Руку, говорю, дай.- Он продемонстрировал шприц.- Укол тебе сделаю успокоительный.
Кир послушно протянул руку. Секундная боль, иголка ввене…
— Тебе надо поспать,- сказал Саня.- Утебя вид смертельно уставшего, если не сказать больного человека.
— Яспал. Вмашине. Часов шесть, не меньше. Яне…
Кир хотел закончить фразу, но не смог. Язык не слушался. Саня взял его под мышки, поднял со стула иповел вкомнату. Там уложил на кровать. Раздевать не стал, только разул. «Я,наверное, воняю, как скунс,- подумалось Кириллу.- Не мылся тридцать шесть часов…» На этом сознание покинуло его. Кир отключился.
Он проснулся через восемь часов. Когда открыл глаза, не понял, где находится. Несколько секунд потребовалось на то, чтобы сообразить. Икогда пришло понимание того, где он, аглавное, почему, его вновь затянуло вомут боли, страха иотчаяния.
— Вставай, иди вванную, мойся, брейся, ешь, ятам бутербродов наделал, имы отсюда уезжаем,- услышал он голос Саши.- Хороший паспорт, такой, чтоб никто не докопался, сделают вАнкаре. Едем туда.
— Ясовсем забыл вчера позвонить Боре.
— Яэто сделал вместо тебя, не волнуйся. Наберем его, когда будет паспорт. Заодно узнаем новости.
— Может, сейчас?
— Рано.
ВАнкаре они прожили неделю. Надежный, чтоб никто не докопался, паспорт делался долго. За эти дни Кир немного, самую капельку, пришел всебя. Аеще изменил имидж, сбрил усы иволосы. Когда был готов документ на имя Давида Петкова, македонца, гражданина Соединенного Королевства, Саня предложил это отметить.
— Яне пью,- покачал головой Кир.
— Почему?- поинтересовался Саня.
Итут Кир понял: то, что его всегда держало, теперь не имеет значения. Он боялся спиться иумереть всорок лет, как отец. Но разве ему, теперешнему, стоит этого страшиться?
ИКир согласился на «пирушку».
Он чудовищно напился тогда. Изаплетающимся языком рассказывал Сане свою историю. Естественно, плакал. Но недолго, потому что сон сморил его мгновенно.
Утром Саня, бегая между туалетом икухней (капусту он заквасил сразу по приезде, подготовился кпирушке), рассказал Киру обо всем, сам он ничего не помнил. Апотом добавил:
— Японимаю, тебе нужно было выговориться, поэтому ятебя не прерывал, но учти, на пирушках опроблемах ни слова. Усек?
— Усек.
— Атеперь поднимай задницу извони Боре.
Первое, что спросил уводителя Кир,- это как состояние Гены.
— Он по-прежнему вкоме,- ответил Боря.
Остальные новости были стольже неутешительными. Кирилл объявлен вмеждународный розыск, Борю трясут менты, фирму обанкротили, иее вот-вот захапают Шалимов сБорисовым.
ВАнкаре они задержались еще на несколько дней по каким-то уже Саниным делам. Пока он ими занимался, Кир поигрывал вИнтернете впокер. Получалось не так хорошо, как раньше. Навыки были утрачены, да иконцентрироваться на игре вего нестабильном психическом состоянии оказалось трудно. Ивсеже Кир не терял надежды обрести былую форму. Унего не было иного выхода, поскольку деньги, которые он привез ссобой вТурцию, тратились стремительно.
Распрощался он сСаней ваэропорту Анкары. Тот проводил его на самолет до Лондона. Перед тем как развернуться иуйти, Кир сунул Сане конверт.
— Что там?
— Сюрприз. Откроешь, когда улечу.
Саня мотнул головой инадорвал конверт.
— Деньги? Да немало. Но зачем? Ты за все заплатил, даже за бензин, который мы потратили.
— Как говорила моя мама: точней расчет, крепче дружба. Аэти деньги вблагодарность. Тебе на катер как раз этой суммы не хватает.
— Тебе нужнее.
— Уменя есть.
Ион, больше не сказав ни слова, ушел. Только помахал Сане на прощанье.
ВЛондоне он остановился вдешевеньком отеле на окраине. Жил крайне скромно, если не сказать бедно. Широким жестом отдав Сане почти все, что имел, он обрек себя на жалкое существование. Однако ни разу не пожалел осодеянном. Никаких денег не хватит, чтобы отблагодарить Александра. Асам он как-нибудь перебьется.
Ион перебивался. Пока не стал выигрывать. Сначала понемногу, потом дело пошло. Он смог снять квартиру, приобрести подержанный автомобиль. Пока жил вгетто, обзавелся кое-какими знакомыми. Купил запасной паспорт иоружие. На всякий случай.
Аоднажды он сорвал крупный куш. Выиграл покерный турнир спризовым фондом вдвести тысяч. Исразуже уехал из Лондона. Его холодноватая красота навевала на Кира тоску, ачастые дожди- ненужные воспоминания. ИКир перебрался вИспанию. Сначала пожил вБарселоне, затем, проехав по побережью от Коста-Дорады до Коста-Бравы, выбрал местом своего обитания милый городок Бланес.
Он продолжал играть. Был частым гостем казино Монте-Карло, бывал на покерных турнирах вдругих городах, «рубился» впокер вИнтернете. Денег ему хватало. Жаль, на них невозможно купить покой.
Часть третья
Глава1
Диана сидела на скамейке возле комиссариата ижадно пила воду.
За десять дней этот «казенный дом» она посетила уже третий раз. Вызывали ее для допроса. Разговаривали вежливо, но Диана чувствовала недоверие ксебе. Она- русская. Убитый- русский. Понаехали тут…
Допив воду, она швырнула пустую бутылку вурну. Время было одиннадцать. Диана решила сходить искупаться. Вода, как известно, негатив снимает, авней сейчас его много накопилось…
Обнаружив труп, она, естественно, сразу вызвала полицию. Приехали. Все осмотрели, запротоколировали. Диану допросили. Сней разговаривал офицер по имени Хосе. Молодой, свиду неопытный, зато отлично знающий английский.
Диана рассказала ему все, что знала оДэвиде иСавве…
Все, за исключением двух важных вещей: своих подозрений ифактов, которыми якобы располагал покойный. Она прекрасно помнила, как, по словам Саввы, на самом деле звали Дэвида. Кирилл Исаев. И,наверное, должна была сообщить об этом офицеру, но…
Не сказала!
Когда Диану впервые вызвали вкомиссариат иее взялся допрашивать более опытный сотрудник, он, казалось, почувствовал, что она чего-то недоговаривает. Поэтому мучил ее одними итемиже вопросами, только по-разному сформулированными.
То, что Дэвид врал ей во многом, если не во всем, подтвердилось чуть позже. Оказалось, вилла принадлежала никакому не Давиду Петкову, анекоему Раулю Мартиннесу. То есть она была приобретена на подставное лицо. Иникакой футболист вней до этого не жил, забор возвели по приказу Дэвида. Вего кабинете полицейские обнаружили сейф. Внем лежал паспорт на имя Криса Чапека сфотографией Дэвида (Кирилла Исаева?), только вочках втяжелой оправе исо светлыми волосами. Очки ипарик лежали рядом. Аеще внушительная пачка денег. Кроме этого, билет соткрытой датой до Рио-де-Жанейро тоже на Чапека.
УДианы голова шла кругом во время переваривания этой информации. Все улики подтверждали ее подозрения ислова покойного Саввы…
Дэвид- преступник!
Вот только Диана никак не могла сэтим смириться. Ей не хотелось верить очевидному…
Первые дни она ждала звонка Дэвида. Едва по дому разносилась телефонная трель, ее сердце начинало бешено колотиться. Диана бросалась ктрубке икричала внее:
«Алло!» Но звонил всегда не Дэвид. То мама, то полицейский, то служащий химчистки, куда она сдала портьеры, да все забывала их забрать.
Аеще она каждый день проверяла почтовый ящик внадежде обнаружить там весточку от Дэвида. Но находила только счета да рекламу.

«Значит, он врал мне ивэтом тоже,- стоской думала она.- Чувства его были такимиже фальшивыми, как его паспорт…»
Что она хотела услышать, прочитать? Хотябы «прости». Алучше: «Все не так ужасно, как тебе кажется. Яне виновен. Вынужден уехать. Все объясню. Люблю, жду встречи стобой!» Диана не могла назвать себя романтичной глупышкой. Поэтому фантастические сюжеты, всплывающие вмозгу, типа Дэвид секретный агент, вынужденный скрывать свое «я» иубивать всяких нехороших дяденек, сразу отметала. Это не кино про Джеймса Бонда иИтана Ханта, это жизнь. Ивней- сплошная проза. Если человек имеет несколько паспортов, то он беглый преступник… Аесли вего доме находится покойник, скорее всего, именно он его на тот свет иотправил…
Все просто!
Когда она перестала ждать, раздался звонок. Диана взяла трубку ивяло сказала:
«Алло». На том конце провода молчали.
— Алло, вас не слышно…
Но вместо слов- частые гудки.
Сердце заколотилось.
Это он!
Захотел услышать ее голос. Аможет, сказать что-то собирался, да не решился. Или связь прервалась.
Диана как зачарованная смотрела на телефон втечение последующих десяти минут. Ждала, когда раздастся повторный звонок… Но аппарат молчал.
Вкоторый раз за эти дни Диана подумала: «Ачтобы ясделала, еслибы он не исчез, апришел ко мне исказал: явне закона, скрываюсь, яубивал, но ялюблю тебя ихочу, чтобы ты поехала со мной?» Обычно она отвечала себе на этот вопрос как-то так: «Яне смоглабы быть счеловеком, который способен на убийство!» Но иногда давала слабину ихныкала про себя: «Яхочу быть сним, несмотря ни на что!» Раньше она не понимала, как можно любить грабителей, насильников, убийц, террористов. Укрывать их, выгораживать, годами ждать из тюрьмы.
Уее мамы была подруга детства, которая ушла от исключительно положительного мужа крецидивисту. От нее после этого отвернулись многие: родители, двадцатилетний сын, друзья семьи. Аона все равно оставалась со своим «принцем». Икогда его вочередной раз посадили за вооруженное нападение, поехала втюрьму, чтобы выйти за него замуж. Дианина мама, одна из немногих продолжавшая общение сподругой, узнав об этом, не сдержалась, обозвала ее дурой. Та только вздохнула исказала:
«Может, яидура, но только сейчас ясчастлива!» Апотом добавила: «Никто не знает его настоящего, кроме меня!»
Эта женщина до сих пор ждет своего мужа из тюрьмы. Уже семь лет. Инисколько не жалея отом, что когда-то сделала выбор вего пользу. Диана все те годы, что знала ее, поражалась, какже так — любить изгоя. Но теперь…
Теперь она пусть немного, но понимала ее.
Размышляя об этом, Диана дошла до дома, надела купальник иотправилась на море, как ипланировала. Выбрала дальний пляж, где ни разу не была. Там ничто не будет напоминать оДэвиде, иона хоть немного расслабится.
Последние дни, как ни странно, вее памяти всплывал не только он, но иее первый. Ведь он единственный, вкого она была серьезно влюблена до Дэвида…
Его звали Стас. Иэто был мужчина невероятной красоты италанта.
Он пел вресторане. Ипел так, что многие плакали, слушая его баллады об одиночестве инесчастной любви. Но Стас не только потрясающе их исполнял, он сам их сочинял.
Ему было хорошо за тридцать (сколько лет конкретно, Диана так ине узнала, он скрывал свой возраст), ион давно утратил иллюзии. Когда-то мечтал ославе. Если не мировой, то всероссийской. Но годы безрезультатной борьбы за место на поп-олимпе сделали свое дело- Стас смирился стем, что без связей иденег, даже сего талантом ивнешностью не пробиться, иприучил себя довольствоваться малым. Аименно: работой вресторанах.
Вто заведение, где пел Стас, Диану привел ухажер, чтобы произвести на нее впечатление, заказал лучший столик прямо усцены. Он был галантен ищедр: подвигал ей стульчик, вставал, если она поднималась, заказывал самое дорогое вино иустриц. Он обязательнобы Диане понравился, еслиб… Не Стас! Когда он вышел на сцену изапел блюз, она перестала видеть всех, кроме него. Высокий, под метр девяносто, стройный, темноволосый, сточеными чертами лица иглазами, чистыми как хрусталь, он был прекрасен! Аего голос, глубокий, бархатный, завораживал.
Стас тоже обратил внимание на красотку, пожирающую его глазами. Ему понравилось вней все: ее молодость, внешность, стиль, аглавное- ее восхищение! Следующую балладу он исполнял специально для Дианы. Ивсе это поняли! Втом числе ее кавалер. Ему это польстило. Какже, певец из всех присутствующих взале дам выбрал его женщину. Значит, она самая лучшая! Тогда он еще не знал, что его женщина тоже выбрала Стаса иунего нет никаких шансов…
Пропев два куплета, Стас спустился со сцены ипригласил Диану на танец.
— Кто стобой?- шепнул он ей на ухо впаузе между строчками припева.
— Никто,- выдохнула она.
— Хорошо. Значит, ямогу пригласить тебя после выступления погулять?
— Да.
— Тогда водиннадцать на стоянке.
Она кивнула. Исамой себе показалась кроликом, загипнотизированным удавом. Так быстро согласилась на свидание! И,главное, не думая отом, как будет избавляться от своего кавалера.
Когда программа закончилась, Диана засобиралась домой. Ее спутник хотел проводить ее, но она попросила вызвать такси. Отъехав немного, Диана вернулась. Вмашине она тряслась. Вдруг, пока она катается, певец уйдет?
Но Стас ждал ее. Стоял возле фонаря икурил. Когда Диана вышла из такси, бросился кней исхватил за руки.
— Ятак боялся, что ты не придешь,- выпалил он.
— Япришла,- сказала она, выдернув свои ладони из его рук- когда Диана волновалась, они сильно потели.- Что будем делать?
— Приглашаю тебя водно замечательное место.
— Могу спросить, куда именно?
— Тут неподалеку есть парк. Внем растет моя любимая плакучая ива. Если забраться под нее, кажется, что ты вдомике из листьев. Потрясающе уютно!
— Но сейчас май. Холодно сидеть на земле.
— Уменя есть ссобой плед.- Он хлопнул ладонью по сумке, висящей на плече.- Аеще коньяк. Так что не замерзнем.
До «замечательного» места они шли довольно долго. Диана, одетая вплатье без рукавов, промерзла еще по пути. Будь на месте Стаса кто-то другой, прогулка закончиласьбы, едва начавшись. Диана повернулабы назад, ато ивовсе плюнулабы на все иотправилась домой. Но сней рядом шел мужчины ее мечты, поэтому холод был не страшен.
Под ивой оказалось действительно уютно. Иеслибы на дворе стояло лето, Диана получилабы удовольствие, находясь вэтом «домике из листьев». Майскаяже погода не располагала кдолгому сидению на земле. Не спасали ни плед, ни коньяк. Только Стас, когда обнимал ижарко дышал на ее ледяные пальцы…
Ради этого Диана готова была вытерпеть не только майскую прохладу, но изимнюю стужу.
Стасже совсем не мерз. Толи потому, что вырос вМурманске ипривык книзким температурам, толи благодаря алкоголю. Он пил довольно много, когда они сидели под ивой. Асколько было употреблено до этого, Диана не знала. Потом выяснилось, что Стас очень неравнодушен кспиртному. Впрочем, как многие творческие люди… как большинство до конца не реализованных творческих людей, работающих вресторанах, где алкоголь льется рекой.
Под ивой они просидели часа полтора. Вродебы не такуж долго. Но этого времени хватило, чтобы Диана сильно простыла. Под утро, когда она проснулась после неспокойного двухчасового сна, оказалось, что она вся горит. Смерила температуру- тридцать девять. Родителей дома не было, они уехали на дачу, иДиана сама потащилась вкруглосуточную аптеку, чтобы купить лекарств.
Стас позвонил ей вечером. Сообщил, что безумно соскучился, пригласил ее ксебе вресторан. Диана поведала ему освоей болезни. Ито, что услышала вответ, заставило ее глупое влюбленное сердечко затрепетать.
— Говори адрес, яприеду тебя лечить!
— Но утебяже выступление,- напомнила она.
— Плевать!
Он был унее уже через час. Ввалился вквартиру сбукетом сирени игитарой. Диана пришла ввосторг! Хотя много позже, когда любовная лихорадка прошла, она думала отом, что человек, собирающийся лечить другого, должен являться кнему стаблетками ифруктами, ане сцветами имузыкальным инструментом.
Весь вечер ичасть ночи Стас провел сДианой. Он заваривал ей чай, подливая туда принесенный ссобой коньяк, подавал градусник ипел, пел, пел…
Диана думала, он останется до утра. Но Стас ушел от нее около двух ночи. Да как-то очень спешно. Попросил сделать один звонок, ушел стелефоном всоседнюю комнату, акогда вернулся, сказал, что ему пора.
На следующий день он даже не позвонил. Диана вся извелась, вдруг что-то случилось, но поделать ничего не могла, его номера унее не было. Через два дня она не выдержала и,еще не до конца выздоровевшая, поехала вресторан, где он пел. На сцене выступал не он, акакая-то женщина. Диана спросила уофицианта, сменитли ее Стас.
— Он будет только завтра,- сообщил тот.- Уего супруги мать умерла, они на похороны поехали.
— Унего есть жена?- не смогла сдержаться Диана.
— Да.
— Идети?
— Сын.
Похоже, официант привык кподобным вопросам. Стас был звездой местного масштаба, на него шли, внего влюблялись, им интересовались. Об этом он сам рассказывал Диане. Он вообще обожал поговорить осебе. Вот только, как теперь оказалось, самое важное он от нее утаил.
— Что будете заказывать?- услышала Диана голос официанта.
— Ничего,- ответила она и,встав, поспешно покинула ресторан.
Стас позвонил ей на следующий день.
— Какже ясоскучился!- первое, что выпалил он. Азатем:- Безумно хочу тебя видеть!
— Где ты пропадал все эти дни?- сухо спросила Диана.
— Были дела. Сорвался ине смог тебя предупредить.
— Ты находился втайге, где нет телефонов?
— Да, представь себе. Давал концерт водном очень удаленном городке.
— Какойже ты врун,- прошептала Диана.- Явсе знаю… про смерть твоей тещи. Зачем ты лжешь?
Повисла пауза.
— Прости,- выдавил из себя Стас.- Просто яне хотел, чтобы ты знала.
— Отом, что ты женат?
— Да не женат я! Не живем мы… давно. Но бывшая мне не чужая, она мать моего ребенка, поэтому яподдержал ее ипоехал на похороны вместе сней. Яне хотел, чтоб ты знала об этом. Чтоб не подумала чего…- Его голос стал медовым.- Могу приехать ивсе тебе рассказать. Теперь уже без утайки.
— Мои родители вернулись из деревни искоро придут домой сработы. Яне хотелабы…
— Тогда давай в«нашем» парке.
— Под иву яне пойду.
— Там есть уединенная беседка, нам никто не помешает разговаривать…
Она согласилась.
Стас встретил ее уворот парка. Сгреб вохапку иначал целовать. Он действительно безумно по ней соскучился! Диана видела это, ощущала и… Разделяла его чувство… Безумство уних было одно на двоих…
Он увел ее вбеседку итам не прекратил своих ласк. Раньше он только целовал ее, обнимал, гладил по волосам, нежно теребил пальцы. Сейчасже он сжимал ее грудь, расстегивал кофту, задирал платье, ласкал ее бедра, лоно…
— Нет,- тяжело дыша, выговорила Диана,- не сейчас ине здесь!
— Да, ты права…- согласился он.
Приведя впорядок одежду, они сели на лавочку, иСтас начал рассказ:
— Яникогда ее не любил. Женился, потому что не мог бросить беременную от меня женщину на произвол судьбы. Мы прожили три года, когда японял, что не хочу больше сней находиться. Супруга меня дико ревновала. Считала, что яей изменяю. Хотя мне было совершенно некогда, явкалывал, чтобы прокормить семью. Но вмоих поклонницах она видела любовниц иизводила как меня, так иих. Одну даже побила.
— Почему ты не ушел?
— Сын был еще мал, усупруги нет профессии, вот яоставался всемье. Сейчас он втретьем классе. Она работает. Поэтому яимею моральное право жить наконец так, как хочу я.
— Но ты сказал, что вы давно вразводе…
— Мы не живем, но официально япока женат. Мне это не мешало. Но теперь, когда уменя появилась ты, явсе исправлю. Яхочу быть стобой на законных основаниях. Понимаешь, очем я?
— Ты хочешь…- она запнулась,- жениться на мне?
— Очень.
— Но мы едва знакомы.
— Аяхочу, представляешь?
Она представляла! Потому что тоже хотела… Ссамого первого дня она видела Стаса своим будущим мужем. Только его! Но для себя решила, что своим приятелям иблизким не станет онем рассказывать (тем более- представлять его им) до тех пор, пока он не станет свободным официально.
Стасже сразу ввел ее вкруг своих друзей. Представил всем как любимую девушку. Вот только встречались они не так часто, как Дианебы хотелось. Долгая разлука, дней эдак впять, ее страшно расстраивала. Аеще ей не нравилась необязательность Стаса. Он мог не позвонить, когда обещал, не прийти на встречу или сильно опоздать. Впоследнем случае он обычно являлся визрядном подпитии ивместо того, чтобы побыть сДианой наедине, тащил ее куда-нибудь, обычно кдрузьям, итам совсем не обращал на нее внимания. Потом он, конечноже, вымаливал унее прощение. Иделал это красиво. Мог забраться на дерево, росшее под окном ее квартиры, иположить на подоконник полевые цветы. Мог спеть серенаду под балконом. Мог написать на асфальте мелками: «Ялюблю тебя, Ди!»
Диана хоть исчитала себя человеком суховатым, рассудочным, но была слишком молода, аглавное- безумно влюблена, поэтому эти выходки считала не эксцентричными или детскими (Стасу между тем было далеко за тридцать), аневероятно романтичными. Он ведет себя как мальчишка, потому что теряет голову от чувств кней, этоже ясно!
Сексом они начали заниматься через две недели после знакомства. Диана очень боялась не понравиться любимому. Ведь она так неопытна. Но Стас этого не понял. Кажется, он даже не заметил, что Диана была девственницей. Она старалась, симулируя бурные оргазмы, аон ей верил. Стас сам был не очень сексуальным. Через добрый десяток лет после окончания их романа Диана услышала попсовую песенку сприпевом: «Аты любил не меня, аты любил мне мозги!» — ипосмеялась. Ну, просто их со Стасом история. Мозги он ей точно так «залюбил», что она долго отойти не могла.
Вначале июля Стас отправился на «гастроли» вКрым. То есть собрался выступать втехже ресторанах, но на курорте. Деньги теже, зато жизнь уморя. Жильем его обещали обеспечить. Диана готовилась кразлуке, много плакала, но Стас ее удивил. Он пригласил девушку ссобой!
Диана взлетела на седьмое небо от счастья и,конечноже, согласилась ехать сним. Они провели сказочную неделю на берегу моря. Жили внебольшой комнатке, но такой уютной исветлой, что одругой ине мечталось. Днем они загорали икупались, вечером шли вресторан. Стас пел, Диана вместе состальными слушала его ивосхищалась.
Сказка закончилась быстро инеожиданно для Дианы. Как-то утром она проснулась от громких голосов: женского идетского.
— Папа, папа!- радостно кричал ребенок.
— Да что ты нас вдверях держишь?- возмущалась женщина.- Бери чемодан изатаскивай…
Диана резко села на кровати, прижав простыню кобнаженной груди. Спросонья она не сразу поняла, почему эта крикливая мамаша сребенком рвется вИХ комнату. Подумала, что она просто перепутала дверь. Но когда поймала затравленный взгляд Стаса, брошенный на нее через плечо, то все поняла…
Его супруга, аэто, конечно, была она, тоже заглянув вкомнату, кивнула:
— Ага, понятно все.- Иобратилась ксыну:- Мишенька, сбегай кворотам, ятам пакет забыла.
— Разве? Вроде они все тут.
— Нет, один там остался. Сходи за ним, пока никто не украл.
Когда мальчик унесся, женщина швырнула Диане сарафан исказала:
— Одевайтесь инемедленно убирайтесь вон, пока ребенок не вернулся.
Диана быстро натянула сарафан ивыбежала из комнаты. Когда она спускалась по ступенькам, по ним вверх несся сын Стаса икричал: «Мама, его уже украли!»
Выбежав во двор, Диана упала на лавочку иразрыдалась. Такой униженной она себя еще никогда не чувствовала. Ее вышвырнули, как какую-нибудь дешевую шлюху. Причем смолчаливого согласия Стаса!
— Япринесла ваши вещи,- услышала она женский голос.
Подняв заплаканные глаза, увидела жену Стаса. Унее была приятная, но неброская внешность. Невысокая, упитанная. Совсем не такая, какой представлялась Диане. Та думала, что рядом скрасавцем Стасом должна быть женщина более эффектная.
— Ятак понимаю, вы из Москвы?
Диана кивнула.
— Приехали сним на три недели?
— Да.
— Увас все серьезно?
— Он хочет на мне жениться.
Женщина тяжело вздохнула.
— Как яустала от вас, его «невест». Думаете, вы первая, кому он обещал жениться? Язнаю троих, что были до вас. Асколько тех, оком мне неизвестно!
— Если он такой плохой, почему вы вцепились внего ине давали развода много лет?
— Я?- Она невесело рассмеялась.- Да он ине думал от меня уходить. Когда уменя кончается терпение, явыгоняю его. Но он вымаливает прощение. Он это умеет. Но вы сами наверняка знаете…
— Вы любите его?
— Яего жалею. Это сильнее, чем любовь. Без меня он сопьется, истаскается и… вконечном итоге останется одиноким. Потом его связь ссыном осуществляется через меня.
— Ладно, явсе поняла. Кроме одного. Для чего Стас столкнул нас? Если он знал, что вы приедете, зачем позвал меня?
— Он не знал. Мы должны были прилететь через две недели. Как японимаю, ктому времени васбы уже не было?- Диана кивнула.- Но мой отпуск перенесли. Чудом мы достали билеты ивылетели. Яхотела предупредить Стаса, но не смогла. Когда звонила вресторан, его не было на месте. Но япросила ему передать.
— Значит, не передали…- Диана поднялась на ноги, они дрожали.- Могу яувидеть Стаса?
— Зачем?
— Хочу посмотреть ему вглаза.
— Он не захочет этого. Япредложила, чтобы он вынес вам вещи, но он отказался.
— Трус.
— Да,- не собиралась спорить его жена.
После она ушла.
Диана взяла чемодан ипошла ккалитке. На полпути она остановилась ирезко обернулась. Вокне их комнаты увидела Стаса. Он стоял уоткрытой форточки исмотрел на нее. Когда их глаза встретились, Стас торопливо задернул занавеску…
Стого времени прошло больше десятка лет, аДиана до сих пор не могла избавиться от чувства стыда. То, что она дала себя обмануть, ладно. Скаждой может случиться. Хуже было то, что, даже узнав, какой Стас двуличный итрусливый, она продолжала его любить. Презирала себя за это, но ничего не могла поделать…
Она забывала Стаса долго. Около двух лет.
Сколькоже буду забывать Дэвида?
Всю жизнь?
Глава2
Диана постаралась отвлечься. Взяла толстый сборник кроссвордов, который купила еще вМоскве, иотправилась вкафе, чтоб посидеть втеньке ипопить чего-нибудь холодненького. Заказала сангрии. Ее быстро принесли. Потягивая напиток, Диана углубилась вкроссворд.
— Добрый день,- услышала она русскую речь иподняла голову. Возле ее столика стоял приятный молодой мужчина свьющимися светлыми волосами, чем-то похожий на Есенина.
— Здравствуйте.
— Значит, яугадал: вы русская!- обрадовался он.
— Это нетрудно, если учесть, что журнал уменя вруках русский,- хмыкнула Диана.
Парень задрал на лоб темные очки иозорно ей улыбнулся. Углаз собрались морщинки. Диана решила, что ему не меньше тридцати трех, тогда как сначала дала ему от силы двадцать семь.
— Могу япопросить увас помощи?- спросил он.
— Чем смогу…
— Надо перевести. Яслышал, вы хорошо по-английски говорите. Аясовсем языков не знаю. Явчера где-то оставил фотокамеру. Думаю, может, тут: яужинал вэтом ресторанчике.
Диана подозвала официанта изадала ему вопрос окамере. Тот отрицательно покачал головой.
— Вот черт! Значит, на пляже. Атам ее наверняка уже кто-то подобрал.
Диана видела, как парень расстроен. Что неудивительно. Приехал человек на отдых, хотел пофотографировать, атут такая незадача. Новую камеру покупать наверняка не на что. Блондин не производил впечатления человека, привезшего на отдых много денег. Он был скромно одет, носил дешевые очки, на пальце- серебряное колечко
«спаси исохрани».
— Не расстраивайтесь,- попыталась успокоить соотечественника Диана.- Водном месте убыло, вдругом прибудет.
— Моя бабушка также говорит. Могу яприсесть?
Диана решила, что разговор сприятным парнем развлечет ее больше, чем кроссворд, икивнула:
— Пожалуйста.
— Меня Степой зовут.
— Я- Диана.
— Красивое имя. Ивам очень идет.
— Давай на «ты»?
— Ой, ясрадостью! Ты давно тут отдыхаешь?
— Скоро будет два месяца.
— Ничего себе! Аяна две недели прилетел, два дня уже прошло.
Степа оказался легким парнем. Диана судовольствием проболтала сним полтора часа. Он не напрягал ее долгими занудными рассказами, вдушу не лез, легко шутил ибыл ненавязчивым. Когда Диана собралась домой, он предложил ее проводить, но, получив отказ, не стал настаивать.
На следующий день она решила съездить вБарселону. На железнодорожной платформе встретила Степу. Он обрадовался Диане, подлетел.
— Как хорошо, что ятебя встретил! Ты подскажешь мне, где выйти?
— Акуда ты?
— ВБарсу. Достопримечательности смотреть. Экскурсии дорогие, вот решил самостоятельно съездить.
— Иправильно.
— Не заблужусь ятам?
— Ятебе все расскажу, не волнуйся.
— Яза границей второй раз. До этого вТурции был, так там больше на пляже валялся, вбаре торчал. Атут совсем все по-другому, вот яитеряюсь.
— Можно узнать, кем ты работаешь?
— Мент я.
— Серьезно?
— Ачто, не похож?
— Совершенно. Но, возможно, ямыслю стереотипами. Считаю, что менты грубоваты, нагловаты, очень прилично выпивают итак далее. Ну, вобщем, как всериале «Улицы разбитых фонарей».
— Просто яне опер, не следак, не криминалист итак далее. Яаналитик. Больше сбумажками, архивами да программами дело имею.
— Нравится работа?
— Она- да. Зарплата- нет.- Он встрепенулся.- О,электричка!
Они доехали до площади Каталонии, вышли. Диана решила прогуляться со Степой по пешеходной улице Рамблес до Готическоого квартала. Она обожала его улочки, да исоотечественнику помочь хотелось.
Спустя два часа они сидели на террасе небольшого ресторанчика, пили кофе сбутербродами. Степа хотел заказать себе порцию полноценной еды, но Диана его отговорила. Взаведениях, близких ктуристическим улицам, кормили ужасно. Адрали за безобразные блюда нещадно.
— Как тебе Барселона?- спросила Диана, допив не самый лучший кофе.
— Честно?
— Конечно.
— Никак.
— Серьезно?
— Город как город, ничего особенного. Красивых зданий полно иунас. Не только вМоскве иПитере. Но ивпровинции. Яживу встолице, ародом из Нижнего Новгорода, так вот наша пешеходная улица всто раз приятнее местной Рамблес. Также живописно, чисто, зато нет этой оголтелой коммерции.
— Ты просто не проникся духом Барсы…
— Возможно. Аты?
— Я- да. Обожаю этот город. Особенно Готический квартал. Вдетстве язачитывалась романами орыцарях, итут все воспоминания оних оживают. Раз внеделю яезжу вБарсу. Гуляю по ней. Ивсегда нахожу вэтом городе что-то для себя новое.
Она говорила, аон смотрел на нее скаким-то странным выражением на лице. Заметив взгляд Степы, Диана замолчала испросила:
— Что-то не так?
— Прости,- выдохнул он.- Ятаращусь на тебя, да? Просто втебе какая-то грусть сидит, аяне пойму почему.
— Тебе кажется!
— Ты влюблена не втого, вкого следовалобы. Яне прав?
— Степа, если не хочешь, чтоб ясейчас тебя тут бросила, лучше замолчи.
— Диан, якое-что отебе узнал. Ты прости, что не сказал сразу…
Она хмуро на него посмотрела.
— Ты встречалась спарнем, вдоме которого произошло убийство, так?
— Откуда тебе это известно?
— Бланес — город маленький, доложили.
— Ты не знаешь ни английского, ни испанского. Кто мог тебе доложить?
— Воткрытом кафе нашего отеля один из официантов- русский. Он видел нас стобой. Икогда язашел, чтобы выпить пива, рассказал мне историю про недавнее убийство. Уповара кафетерия брат вкомиссариате работает, вот он всем информацию ипоставляет. ВБланесе редки убийства. Для них это что-то невероятное!
— Не знала, что на меня показывают пальцем…
— Вот видишь, какие деликатные эти испанцы,- улыбнулся Степа.- Так показывают, что ты даже не заметила. Авообще, тебя давно, что называется, посчитали (помнишь, мультик про козленочка, что умел считать до десяти?). Местные мужчины на тебя сделали стойку сразу, как ты приехала. Но никто не осмелился подкатить,уж очень неприступно ты выглядишь. Атеперь, когда мужик, скем ты встречалась, вубийстве подозревается, вообще будут на расстоянии держаться…- Он испытующе посмотрел на Диану.- Ты сама-то веришь ввиновность этого человека?
— Ида, инет.
— Так не бывает. Либо веришь, либо нет.
— Еще как бывает,- горячо возразила она.- Когда яслушаю разум, верю, когда сердце- нет.
Диана замолчала. Это было так непривычно- откровенничать скем-то. Но неожиданно она поняла, что это приносит облегчение. Степа ей никто. Он человек, который через неделю навсегда уйдет из ее жизни. Про «эффект попутчика» она много раз слышала. Втом числе от бывшего мужа. Как-то он поделился сней историей отом, как всамолете Москва- Лондон его сосед, прокурор одного очень крупного города, изливал ему душу. Рассказывал отаких мерзких делах, что Мише стало не по себе. Акогда приземлились, пожал Мише руку исказал: «Спасибо, что выслушали. Еслибне вы, я, наверное, застрелилсябы…»
— Может, стоит верить сердцу?- проговорил Степа мягко.- Оно иногда бывает правым.
— Все говорит оего вине,- торопливо сказала Диана, боясь, что ее решимость выговориться скоро иссякнет.- Все факты. Апротив них не попрешь.
— Я,как человек, работающий ворганах, могу сказать тебе, что фактам не всегда нужно верить хотябы потому, что они бывают подтасованными.
— Возможно. Но это не тот случай.
— Ты очень по нему скучаешь?
— Очень,- эхом откликнулась она.
— Не звонит, не пишет?
Диана помотала головой.
— Атыбы хотела?
Еслибы он знал, сколько слов вертелось унее на языке! Сколько мыслей роилось вголове…
Но зачем ему знать? Он итак помог. Диана поняла, что не готова откровенничать с«попутчиком» бесконечно. Поделилась сним- уже хорошо. Для нее это настоящее достижение. Дальше- она сама. Как всегда…
— Спасибо тебе, Степа,- искренне поблагодарила его Диана.- За то, что проявил участие ивыслушал…
— Ну… Слушать тебя долго не пришлось.
— Яне из болтушек.
— Яуже понял.
— Давай свою карту. Янарисую тебе дальнейший маршрут.
— То есть ты меня бросаешь?
— Мне надо вернуться, портьеры из химчистки забрать, ато они их скоро выкинут…
Она дошла до площади Каталонии, но вместо того, чтобы вернуться вБланес, села вметро ипоехала кLaSagrada Familia, знаменитому детищу архитектора Гауди- собору Святого семейства. Отстояв огромную очередь за билетом, она попала внутрь самого, на ее взгляд, впечатляющего строения всех времен. Она видела много шедевров архитектуры, начиная от луксорских храмов, заканчивая умопомрачительными современными небоскребами, но Саграда Фамилия произвела на нее самое грандиозное впечатление. Как-то, когда она сидела на лавочке перед алтарем, услышала, как двое русских туристов, муж сженой, делились своими впечатлениями отворении Гауди исупруга сказала: «Этот собор придавливает!» Да, внем такая невероятная мощь, что многие чувствуют себя на его фоне мелкими букашками итеряются. Дианаже, наоборот, как будто становилась ближе кнебесам. Аеще вСаграда Фамилия она могла тихо поплакать, испытывая облегчение после того, как высыхают слезы. Обычно Диане они не помогали.
Она долго сидела на лавочке уалтаря. Слезы медленно скатывались по ее щекам. Иногда она вытирала их плечом, но нечасто. Тут никому нет до нее дела, поэтому можно спокойно плакать, зная: никто не подойдет кней ине спросит, что случилось.
Вхраме она провела не меньше двух часов. Поднялась на башню истояла на балконе, рассматривая Барселону свысоты. ВБланес возвращаться не хотелось, иДиана пошла искать ночлег. Вближайшем хостеле она раздобыла койку. Приняв душ, отправилась гулять по Барселоне дальше. Ходила иходила, пока ноги не начали гудеть. Вернувшись вхостел, упала на кровать имгновенно уснула, несмотря на то что соседки, студентки из Германии, пили пиво ихохотали на балкончике.
Ей снилась Алиса, ее маленький ангел. Ей снился Глеб, ее сынок, которого она так ине увидела, даже вгробике. Ей снился папа, умерший из-за несчастий, что произошли сней. Ей снился Дэвид…
Снился таким, каким был вгостях уТаиса, хмельным, расслабленным иневероятно нежным…
Диана вскочила. Кажется, она кричала, потому что соседка приподняла голову от подушки инедоуменно на нее уставилась.
Ей сегодня снились одни покойники…
ИДэвид!

«Ачто, если он мертв?- кольнуло ее всамое сердце.- Вдруг иего убили?»
Диана зажмурилась. Какже страшно представлять это…
— Ты впорядке?- спросила унее проснувшаяся соседка.
— Да, все о’кей.
— Приснился дурной сон?
Диана кивнула. Немка ободряюще ей улыбнулась и,опустив голову на подушку, тутже засопела. Авот Диана больше уснуть не смогла. Она тихонько встала, оделась ипокинула номер. Встоимость проживания был включен завтрак, но она не стала его дожидаться. Ей хотелось поскорее добраться до дома, принять снотворное ипровалиться вглубокий сон без сновидений.
Глава3
Диана спала, когда по квартире разнесся такой грохот, что она вскочила сколотящимся сердцем иначала озираться по сторонам, не понимая, откуда он доносится.
Оказалось, из прихожей. Кто-то стучал вее входную дверь.
Диана спрыгнула скровати, накинула на себя халат ипобежала открывать.
Распахнув дверь, она увидела перед собой пожилого господина винвалидном кресле, впижаме, халате итапочках. Их дом, один из немногих, был оснащен лифтом. Поэтому неудивительно, что инвалид без сопровождения смог подняться на ее этаж.
— Доброе утро,- поприветствовал Диану визитер. Говорил он по-английски, но счудовищным акцентом.
— Здравствуйте.
— Хотел явиться квам среди ночи, но решил, что это некрасиво. Вот дождался утра…
— Спасибо вам, конечно, но яне понимаю- зачем…
— Может быть, ради приличия пригласите меня ксебе?- Он был напорист, но не агрессивен. Послушав его речь, Диана решила, что инвалид- француз.
— Заходите.
— Хотели сказать, заезжайте?- хмыкнул он иначал крутить колеса своего кресла. Диану немного удивил тот факт, что старик выбрал себе такое. ВБланесе было много инвалидов, они приезжали сюда на отдых, но все рассекали на электроколясках.
Пока незваный гость заезжал, Диана его рассматривала. На вид ему было лет шестьдесят. Седой, худой как щепка иочень бледный, он тем не менее не производил впечатления немощного человека. Диана не видела его рук, только ладони, но предполагала, что под сухой кожей бугрятся мускулы. Уж очень легко мужчина обращался со своим креслом. Авот втом, что ноги его не действуют, не возникало никаких сомнений: сухие, совершенно безжизненные, они напоминали сучья мертвого дерева.
— Разрешите представиться. Пьер Дебуа,- проговорил сосед, вкатившись вприхожую.
— Диана Анисимова.
— Русская?
— Да.
— Не похожа.

«Иэтот тудаже,- подумала она.- Неужели иностранцы до сих пор думают, что мы все похожи либо на матрешек, либо на медведиц?»
— Я,как вы уже, наверное, поняли, ваш сосед.
— Явас раньше не видела.
— Это потому, что ятолько вчера утром приехал. Живу на два города- Париж иБланес. Там уменя бизнес, тут яотдыхаю. Люблю, знаете, размеренность, покой итишину.- Пьер испытующе посмотрел на Диану.- Авы?
— Ятоже.
— Значит, вы меня понимаете!- кивнул он.- Тогда моя просьба не покажется вам из ряда вон выходящей.
— Очемже вы хотите меня попросить?
— Передайте, пожалуйста, своему поклоннику, чтоб он больше не лазил квам через мой балкон. Это вам, молодым, наверняка кажется очень романтичным, Ромео иДжульетта вспоминаются, но подумайте ососедях.
— Простите, яне совсем поняла, очем вы. Какой поклонник?
— Увас их много?- Его густые брови средкими седыми волосками взметнулись вверх. — Хотя чему удивляться? Вы девушка очень эффектная, ктомуже…
— Уменя нет поклонников,- перебила его Диана.- Тем более таких, кто лазилбы ко мне на балкон. Кто хочет меня увидеть, звонит вдверь ипопадает вквартиру стандартным путем. Ко всему прочему ночью яотсутствовала.
— Правда?- Пьер нахмурился.- Тогда кто забирался через мой балкон квам сегодня ночью?
— Не имею понятия.
— Вор!- Он нервно крутанул колеса своего кресла иначал оглядывать помещение.- Что-то пропало? Проверьте, на местели деньги, драгоценности.

«Дэвид!- радостно возопила Диана про себя.- Это он забирался ко мне! Он, ктоже еще?»
— Все на месте,- ответила она. Драгоценностей унее не имелось, аналичность украсть не могли при всем желании, потому что часть ее была сней, как икредитка. Тут Диана вспомнила осейфе, там хранилась еще одна карта ибанковские документы. — Постойте!
Она прошла ксейфу, встроенному вшкафчик, открыла его. Все на месте!
— Порядок?- спросил Пьер.
— Да. Ничего не пропало. Аэтот якобы поклонник… Он вернулся темже путем?
— Нет… Вернее, не знаю. Ясунул вуши беруши иуснул.
— Почему вы не позвонили вполицию? Кто-то лез по балконам вчужую квартиру, авы? .
— Вы, кажется, плохо меня слушали,- брюзгливо проворчал он.- Ранее ясказал, что люблю покой. Итерпеть не могу, когда его кто-то нарушает, особенно полиция. Адо соседей сих бедами мне нет никакого дела, главное, чтобы они не тревожили меня…- выпалив это, Пьер нахохлился. Помолчав немного, он со вздохом произнес:- Да, теперь японимаю, что был слишком эгоистичен, но япросто не сомневался, что квам лезет поклонник. Мне уже поведали отом, что надо мной живет местная фам фаталь. Говорят, от вас потеряла голову половина мужского населения города. Аеще вас не поделили два господина, иодин убил другого. Это правда?
— Нет,- холодно ответила Диана. Если Пьеру нет никакого дела до бед соседей, так какого черта он сует вих дела свой любопытный нос?
— Охуж эти маленькие городки… Вечно вних рождаются дурацкие легенды!
Диана не поддержала разговора. Она хотела, чтобы Пьер поскорее удалился. Он понял это ипривел вдвижение колеса своего кресла. Доехав до двери, он посмотрел на Диану исказал:
— Если хотите сообщить вполицию оночном визитере, я, так ибыть, поговорю софицером.
— Чтож… Спасибо.
— Только явсе равно думаю, что это был не вор, апоклонник. Вы посмотрите внимательно, может, где-то презентик вам сзапиской оставлен.
Диана кивнула.
Выпроводив Пьера, она тщательно осмотрела квартиру. Никаких пропаж, как иследов недавнего присутствия постороннего человека. Все вещи на своих местах, иничего нового. Как, например, записки. Диана хотела ее отыскать. Она все еще надеялась, что это Дэвид забрался кней вквартиру среди ночи. Возможно, он рассчитывал застать ее дома. Акогда увидел, что Дианы нет, черкнул пару строк…
Но нет. Никаких записок!
Ина зеркале помадой не нарисовано сердечко. Они баловались этим. Оставляли друг другу вот такие милые послания.
Диана вышла на балкон. Она никогда не закрывала дверь, ведущую туда. Даже когда уходила из дома. Это было сущим разгильдяйством, но Диана успокаивала себя тем, что брать вее квартире нечего, асейф вскрыть не так легко. Теперьже, когда выяснилось, что ночью кто-то забрался кней, Диане стало не по себе. По ее дому кто-то шастал, инаверняка это был не Дэвид, не тайный поклонник ине вор. Тот,уж коль залез, прихватилбы что-нибудь ссобой. Хотябыридер, что лежит на тумбочке возле кровати, иплеер…

«Как странно все,- думала Диана, стоя на балконе иглядя вниз.- Нереально, глупо, непоследовательно… Ясовершенно не понимаю, что происходит, ине знаю, как себя вэтом сюрре вести… Что мне делать? Сообщать вполицию оночном визите или нет? Наверное, следовалобы, но… Ачто, если это был всеже Дэвид? Тогда за домом установят наблюдение, иего поймают…»
Совершенно потерянная, Диана ушла сбалкона. На этот раз она закрыла за собой дверь, да еще проверила, крепколи. Умывшись ивыпив кофе, она вышла из дома инаправилась кморю. Пока брела, вспоминала, как еще недавно радовал ее вид веселой набережной. Теперьже ей все стало безразлично. Она икупаться-то ходила не потому, что очень этого хотела, просто надоже чем-то себя занимать.
— Ола!- донеслось до нее приветствие на испанском. Диана подняла голову иувидела улыбающегося господина соблупившимся носом иплечами.
— Ола,- буркнула Диана ипошла дальше.
Но турист, свиду немец, не отставал. Шел за Дианой, сыпал комплиментами, дышал на нее перегаром ипытался ухватить за руку.
Чтобы избавиться от него, она зашла вближайший отель искрылась втуалете. Пробыв там минуты две, умывшись, расчесавшись, Диана открыла дверь ивыглянула вфойе. Хмельного немца видно не было.
Она покинула туалет ихотела уже выйти на улицу, как остановилась урецепции. До нее только сейчас дошло, что она находится вотеле, где остановился Степа, ией пришла вголову одна мысль. Решительно шагнув кстойке, она обратилась кменеджеру:
— Ввашем отеле остановился мой знакомый, Степан Малинин, не моглибы вы сообщить мне, вкаком номере он живет?
— Извините, но такой информации мы не даем. Но ямогу позвонить вего номер. Если господин Малинин усебя, вы поговорите. Нет- оставите ему сообщение.
— Хорошо.
Рецепционист защелкал клавишами компьютера, ища информацию. Дианаже думала отом, что Степы наверняка вномере нет. Какой дурак будет сидеть внем втакую чудесную погоду?
Но, кее удивлению, Степа оказался на месте.
— Диана!- обрадовался он, услышав ее голос.- Вот класс! Не думал, что ты заглянешь ко мне…
— Сама не думала.
— Поднимайся. Ятолько проснулся, собираюсь чайку попить.
— Вномере?
— Ну да. Якипятильник ссобой привез.
— Может, ты спустишься имы попьем чаю где-нибудь вкафе?
— Лады. Буду через пять минут.
Он показался вфойе даже раньше. Сбежал по ступенькам, загорелый, энергичный, улыбающийся. Волосы растрепаны. Как будто встал скровати идаже не расчесался.
«Аведь он очень симпатичный мужчина,- мелькнуло вголове Дианы.- Икрайне приятный человек. Именно втаких, как Степа, надо влюбляться. Меняже вечно тянет на «сложных», «роковых» мужчин…»
Кроме Дэвида иСтаса, вее жизни был еще один такой. Она влюбилась внего, когда училась вшколе. Это было полудетское чувство, естественно, платоническое, но именно оно, как думала Диана, сформировало ее вкус.
Он преподавал биологию вих классе. Серьезный мужчина за сорок, сгустой, абсолютно седой шевелюрой, вбезукоризненно отглаженном старомодном костюме привлек внимание многих представительниц слабого пола из числа педсостава. Даже директриса, старая дева имужененавистница, не осталась кнему равнодушной. Ведь он был галантен, начитан инаделен поэтическим даром. Авот школьницам новый биолог по душе не пришелся. Они все были поголовно влюблены вмолодого бесшабашного физрука. Итолько Диана отдала свое сердце биологу. Ей нравилось внем все: исерьезность, иседина, идурацкий костюм. Но больше всего- печать трагизма на лице: грусть вглазах, скорбные морщины уноса, опущенные уголки сухих губ. Диане хотелось рассмешить его до искорок вглазах, разгладить его морщины нежными прикосновениями, напоить его губы поцелуями…
Он проработал вих школе меньше года. Запил, иего уволили. Потом Диана узнала, что когда-то он работал хирургом. Имел жену идвух дочек. Но когда супруга ушла от него кдругому, он сгоря стал прикладываться крюмке. Его перевели из больницы вполиклинику проводить плановые осмотры. Апотом попросили иоттуда. Полгода он жил на «подаяния», стреляя деньги убывших коллег, клянча уродителей. Когда они перестали давать, закодировался иустроился на работу вшколу. Через полгода сошелся сдиректрисой. Освоем романе они никому не рассказывали. Онем стало известно позже, когда биолог вновь запил иего пришлось выгнать из школы по статье, директриса угодила вбольницу ссердечным приступом, авскоре ушла на пенсию по инвалидности.
Как сложилась дальнейшая жизнь хирурга-учителя-поэта, Диана не знала. Но однажды водном толстом журнале прочла дивные стихи, подписанные его именем ифамилией.
Стех пор прошло много лет. Освоей детской влюбленности Диана идумать забыла. Авот сегодня, глядя на Степу, вспомнила.
— Привет еще раз!- выпалил он иплюхнулся на диван рядом сней.- Как там погодка?
— Отличная. Аты чего так долго спишь?
— Полночи прогулял сдевушкой,- гордо сообщил Степа.- Познакомился сней вэлектричке, когда из Барсы возвращался.
— Хорошая девушка?
— Отличная, жаль, что уехала сегодня.- Он зевнул, закрыв рот ладонью.- Мне срочно надо выпить чаю, иначе яне проснусь.
— Да, пойдем.
— Внаше кафе?
— Это где работает русский официант иродственник комиссара? Нетуж, увольте.
— Тогда пойдем на набережную. Хотя лучшебы мы уменя вномере чай попили. Тут, как яуже заметил, взаведениях всякую гадость пакетированную дают. Аяссобой привез отличную заварку.
— Да, испанцы те еще чаевники!- хмыкнула Диана.
— Мне кажется или они только ввине хорошо разбираются?
— Если говорить онапитках, то пожалуй.
За этим разговором они пересекли фойе ивышли на улицу. Солнце припекало вовсю, но температура воздуха была еще вполне комфортной.
— Пойдем кморю,- предложила Диана.- Чай все равно везде поганый, так лучше его пить, наслаждаясь пейзажем…
Они сели впервом попавшемся кафе уморя. Степа заказал чай исэндвич, Диана- кофе ипирожное. Оба заказа принесли быстро. Степа выпил свой чай ипопросил принести еще. Авот бутерброд ел без аппетита.
— Ты ведь не просто так ко мне зашла?- спросил он, отщипнув от багета небольшой кусок иотправив его врот.
— Ятак предсказуема?
— Это яслишком проницателен,- широко улыбнулся Степа.
— Уменя просьба ктебе. Если ты сочтешь ее наглостью, так искажи, яне обижусь.
— Выкладывай свою просьбу.
— Ты могбы пробить по своим каналам одного человека? Нужна вся информация онем. Только язнаю лишь имя, фамилию ипримерный возраст.
— Если он привлекался куголовной ответственности, то найдем.
— Скорее всего, привлекался. Если нет, то не беспокойся.
— Ладно, давай информацию.
— Исаев Кирилл. Лет около сорока. Тридцать семь, восемь, девять. Но может, исорок схвостиком, точно сказать не могу.
— Место рождения, жительства? Хоть что-то?
— Ничего.
— Ладно, попробую. Акак скоро нужна информация?
— Чем быстрее, тем лучше.
Он остро посмотрел на Диану.
— Ничего рассказать не хочешь?
— Нет.
— Точно?
— Точно.
— Вернусь вотель, позвоню товарищу, попрошу пробить твоего Исаева Кирилла. Как только получу информацию, сразу тебе сообщу. Оставишь свой номер?
— Да, конечно. Только уменя мобильного нет.
— Ничего, разберусь как-нибудь, как звонить на городской. Или покажи, где живешь, яприбегу, если что.
Она кивнула.
— Слушай, аутебя чай нормальный есть?- спросил вдруг Степа.
— Да, конечно.
— Может, пригласишь меня ксебе?- Он брезгливо наморщил нос иотодвинул чашку состатками чая.- Уж коль ядолжен знать, где ты обитаешь…
— Хорошо, пошли.
— Правда? Тогда яот тебя ипозвоню коллеге. Номер его япомню.
Они расплатились ипокинули кафе. По пути кДианиному дому болтали ни очем. Больше говорил Степа, рассказывал освоих злоключениях вметро Барселоны, которое ему показалось темным лесом. Мало того, что привычных кассирш, продающих жетоны или карточки, нет, так еще переходы такие извилистые, что можно полдня ходить итак на нужную станцию ине выйдешь.
Слушая его, Диана улыбалась. Степе каким-то чудом удавалось ее отвлечь. Находясь рядом сним, она не вспоминала освоих переживаниях, иэто было чудесно.

«Аможет, мне сним переспать?- неожиданно пришла ей вголову мысль.- Закрутить тот самый необременительный роман, окотором ядумала до встречи сДэвидом или как там его?»
Но Диана тутже себя одернула. Нет, сейчас она не сможет. Вот еслибы не было вее жизни Дэвида…
— Вот мы ипришли,- сказала Диана, приведя Степу ксвоему подъезду.
— Симпатичный дом,- заметил он, окинув взглядом фасад.- Только кажется, будто он необитаем.
— Практически так иесть. Насколько язнаю, вмоем подъезде сейчас все квартиры, кроме двух, пустуют.
Она открыла дверь, вошла сама, впустила гостя. Диана не пользовалась лифтом, поэтому стала подниматься по лестнице. Степа последовал за ней. Когда они достигли четвертого этажа, из дверей квартиры, располагающейся под Дианиной, показался Пьер. Он как будто поджидал соседку, сидя вприхожей иприслушиваясь кзвукам извне.
— Диана?- протянул он свопросительной интонацией.- Вы звонили вполицию?
— Не звонила.
— Ине собирались?
— Нет.
— Анельзя было сказать мне об этом утром? Ябы не сидел дома вожидании визита комиссара!- Он был возмущен. На бледном лице вспыхнули пятна румянца, рот напрягся.
— Еслибы язнала, что вы будете его ждать, то я…
— Ах, перестаньте!- Пьер раздосадованно отмахнулся.- Иучтите, больше вы не можете на меня рассчитывать!
— Буду иметь ввиду,- бросила она ипошла дальше.
Сосед хлопнул дверью стакой силой, что Степа подпрыгнул.
— Что за черт?- спросил он, обернувшись инедовольно посмотрев на закрывшуюся дверь.
— Сосед.
— Ты залила его, чтоли? Чего он такой нервный?
Диана не стала посвящать Степу вих дела, лишь пожала плечами, какбы говоря, акто его знает.
Она провела гостя вквартиру. Там было душновато- вот что значит закрытая балконная дверь. Диана открыла ее, впустила вкомнату воздух. Тут был установлен кондиционер, но он сломался. Диана каждый день собиралась вызвать мастера, да все откладывала. Ей ибез кондея было хорошо- через открытый балкон дул приятный ветер сморя.
— Язаварю чаю,- сказала Диана,- аты располагайся.
Степа плюхнулся на диван, но тутже встал ипрошел на балкон.
— Лепота-то какая!- восхитился он, окинув взглядом пейзаж.
— Да, красиво. Я,можно сказать, из-за этого вида квартиру икупила. Тебе какой чай?
— Обычный, черный. Но покрепче.
— Варенье есть. Вишневое. Будешь?
— Мое любимое. Буду обязательно. Откуда оно утебя?
— Мама прислала.
— Она вРоссии живет?
— Да. ВМоскве.
— Давно не виделись?
— Как переехала, так ине виделись.
— Скучаешь?
— Очень. Но мы часто по телефону болтаем, это немного помогает переживать разлуку.
— О,хорошо, что про телефон заговорила, ато язабыл совсем. — Степа ушел сбалкона.- Надо товарищу позвонить насчет твоего Исаева. Где аппарат?
Диана показала на трубку радиотелефона. Степа взял ее иуселся вкресло.
Пока он набирал номер, Диана неловко возилась счашками. Руки тряслись. Совсем скоро она узнает правду! Какже страшно…
— Диана,- позвал ее Степа.
Она резко обернулась. Кистью задела заварной чайник иуронила его на пол. Раздался грохот, но он не заглушил буханье ее сердца.
— На счастье!- невозмутимо проговорил Степа.
— Точно,- вяло улыбнулась она иполезла за веником исовком.
— Утебя аппарат давно так работает?
— Как- так?- переспросила Диана, не отрывая взгляда от осколков на полу. Необходимо собрать их все, иначе порежется. По дому она любит ходить босиком.
— Ну, он потрескивает.
— Разве? Нет, яне замечала.
— Утебя есть отвертка?
Тутуж Диана подняла голову иснедоумением посмотрела на Степу.
— Зачем она тебе?
— Хочу кое-что проверить.
Она открыла ящик, где лежали немногочисленные инструменты, идостала из него небольшую отвертку. Обычно ею она закручивала разболтавшиеся дужки очков.
— Другой нет.
— Эта всамый раз. Кидай.
Диана кинула ему отвертку. Поймав ее, Степа начал колдовать над телефоном. Диана наблюдала за ним до тех пор, пока он не раскурочил трубку ине сказал:
— Так яизнал- «жучок».
— Что?
Степа выставил перед собой ладонь, на которой лежал небольшой кругляш, размером смонету вдвадцать центов.
— Вот он, «жучок» для прослушки. Он был втвоем телефоне.
— Но как он туда попал?
— Тебе полицейские его не ставили?
— Нет.
— Значит, это сделал кто-то другой.

«Тот, кто залез ко мне ночью»,- осенило Диану.
— Следов присутствия постороннего вквартире не обнаруживала?- спросил Степа. Улыбка сего лица исчезла без следа. Он стал очень серьезным, собранным. Диана подумала, что именно таким его знают коллеги, итолько на отдыхе он позволяет себе становиться бесшабашным, расслабленным, озорным.
— Следов- нет. Но, по уверению соседа снизу, сегодня ночью кто-то по балконам забирался вмою квартиру.
— Как ты могла этого не услышать?
— Яночевала не дома. Осталась вБарселоне.
— Вполицию сообщила?
— Нет.
— Диана,- сукоризной протянул Степа.- Что за беспечность, граничащая сидиотизмом?
— Ядумала, это Дэвид.
— Тот самый мужчина, которого ты…
— Да.
— Понятно. Все ждешь инадеешься. Апараллельно рискуешь собой.
— Ничем яне…
— Рискуешь!- повысил голос Степа.- Ктебе мог забраться убийца, ты это понимаешь? Человек соружием. Иесли это так, он еще вернется.
— Да перестань ты! На кой черт ясдалась человеку соружием? Но даже если кто-то хочет меня убить, сомневаюсь, что ему помешает местная полиция.
Степа внимательно посмотрел на Диану.
— Ты что, совсем не боишься?
— Умереть? Нет.
Она говорила правду. Последнее время она жила… нет, существовала через не хочу. Когда радовалась чему-то, тойже хорошей погоде, морю, приятному времяпрепровождению, не отдавалась этому чувству. Оно не сносило ее, как штормовой вал. Даже сДэвидом она не чувствовала себя безгранично счастливой. Такой, например, какой ощущала себя, глядя на спящую Алису, Алису, прижимающуюся кней поутру итянущуюся губами, Алису, рисующую на асфальте; Алису, поглаживающую ее беременный живот ивыдыхающую: «Глебушка, давай уже скорее рождайся, язаждалась…»
Осмерти Диана не мечтала. Хотя порой думала, что скончаться при родах для нее былобы лучшим выходом. Даже если не существует никакого загробного мира, небытие лучше, чем нескончаемое страдание.
Подростком Диана вместе сродителями ходила на фильм «Жестокий романс». Вфинале, когда Карандышев застрелил Ларису, папа крепко выругался, мама расплакалась, аих дочь возмущенно фыркнула. Ей показалось совершенно неправдоподобным, что главная героиня поблагодарила своего убийцу. Разве такое бывает? Вотуж глупые выдумки!
Спустя годы она поняла Ларису. После смерти Алисы, Глеба, папы…
Она не мечтала осмерти, хотя еслибы вее жизни появился «Карандышев» изастрелил ее…
Диана сказалабы ему спасибо!
Но споявлением Дэвида все изменилось…
Ивот теперь его нет…
Ивсе вернулось на круги своя.
— Не понимаю, как можно не бояться смерти,- задумчиво протянул Степа, грустно глядя на Диану.- Надеюсь, это не из-за несчастной любви кэтому твоему.
— Не говори глупостей,- резко ответила она.
— Извини.
Степа вскочил иначал кружить по комнате, осматривая каждый предмет мебели. Диана хотела спросить, что он ищет, но гость приложил палец кгубам, да еще погрозил им, затем сказал:
— Ты обещала мне чай.
Диана кивнула ивернулась кприготовлению ожидаемого напитка.
— Есть музыка какая-нибудь? Веселая?- спросил Степа, не прерывая своего занятия.
— Да.
— Включи, пожалуйста. Ато пока чая дождешься…
Она включила музыкальный канал. По нему как раз показывали десятку танцевальных хитов. Когда музыка зазвучала, Степа подошел кДиане итак тихо, что она едва разобрала слова, прошептал:
— Яищу другие «жучки».
— Думаешь, тот, что втелефоне, не единственный?
— Уверен. Скорее всего, еще парочку где-нибудь воткнули.
Прогнозы Степы оправдались. Через десять минут он продемонстрировал Диане две металлические штуковины, уже не плоские икруглые, аовальные, похожие на пульки.
После этого Степа выключил телевизор, сказал: «Спасибо за чай!»- хотя кнему даже не притронулся, ипредложил:
— Ане прогулятьсяли нам кморю? Опятьже время обеда, можно перекусить на берегу.
— Да, пошли.
Иони покинули квартиру. Через пару минут, шагая по раскаленному тротуару, они заговорили одновременно.
— Что такое происходит?- выпалила Диана.
— Какойже ядурак!- воскликнул Степа.
— Почему дурак?
— Надо было сразу сообразить, что, кроме телефонной прослушки, есть идругие
«жучки». Теперь те, кто тебе их навтыкал, знают, что ты вкурсе если не всего, то многого!- Он стукнул себя кулаком по лбу.- Аеще мент называется! Лох япоследний. Крыса канцелярская.
— Ты объясни мне, что происходит?- беспомощно выдохнула Диана.- Яничегошеньки не понимаю. «Жучки» какие-то… Зачем? Кому понадобилось следить за мной?
— Вариантов может быть несколько, аименно три.
— Ого!
— Первый, самый безобидный. Полицейские не смогли получить разрешение на установку втвоем доме следящей аппаратуры исделали это втихаря. Второй. Тебя пасет бывший муж, любовник, поклонник, нужное подчеркнуть. Третий. Ты наживка. На тебя ловят крупную рыбу. Иэто может быть опасно.
— Крупная рыба- это Дэвид?
— Понятия не имею. Яже тебя не знаю совсем. Но вполне возможно, это связано ствоим Дэвидом. Он вообще кто?
— Еслибя знала…
— Понимаю… Темная лошадка.
— Покойный Савва именно так его называл.- Диана остановилась, взяла Степу за руки и,сжав их, выдохнула:- Прости, что втянула тебя во все это. Ты отдыхать приехал, атут ясо своими заморочками…
— Брось, Дианка! Я,может, наоборот… Впервые почувствовал себя крутым! Эдаким суперменом, способным помочь попавшей вбеду женщине.
— Узнай про Кирилла Исаева, иябольше тебя не побеспокою. Возможно, уеду из города сразуже, как получу информацию.
— Кто он такой, этот Кирилл?
— Давай ярасскажу тебе позже?
— Ладно,- обреченно выдохнул он.- Сейчас мы куда? Ко мне?
— Ты иди позвони, аяпрогуляюсь немного.
— Будь осторожна.
— Буду.
— И,пожалуйста, не ходи ксебе домой без меня.
Она подалась вперед илегонько коснулась губами его щеки. Степа смущенно улыбнулся и,помахав ей, направился вотель.
Диана проводила его взглядом, развернулась инеспешно пошла по набережной всторону порта. Она знала, что Саймон живет где-то неподалеку, неравнодушен ксвежевыловленным мидиям иобычно сидит вкаком-нибудь ресторанчике, либо кушая, либо просто попивая пиво или играя ссамим собой вшахматы. Он говорил ей, что обожает запах моря. Даже не самый приятный. Например, подгнивших водорослей. Поэтому иобитает рядом спортом.
Диане хотелось увидеть Саймона, сыграть сним пару партий вшахматы ипомолчать…
Его молчание действовало на нее умиротворяюще.
Дианин отец любил шутить, что идеальная спутница жизни- это глухонемая хозяйка винного магазина. Мама, хохоча, заявляла, что сней он со скуки сопьется. АДиана еще тогда думала, что веселье не вразговорах. Иничего против глухонемого мужа не имела. Только чтоб он не винным магазином владел, а,кпримеру, книжным, алучше картинной галереей или небольшим издательством. Диана даже некоторое время мечтала отаком мужчине, пока не встретила Стаса. Сним она поняла смысл фразы «женщины любят ушами» иначисто забыла оглухонемых хозяевах картинных галерей…
До тех пор, пока не познакомилась сСаймоном. Нет, она, конечно, не хотела за него замуж. Хотя он был милым человеком ивполне симпатичным малым. Но она совершенно не воспринимала его как мужчину. Однако ей было сним хорошо…
Саймона она нашла на лавке упристани. Он сидел исмотрел на море. Доска срасставленными по ней фигурами стояла на его коленях, но Саймон не играл. Он выглядел грустным. Диане даже показалось, что его глаза влажны от слез.
Она подошла внему икоснулась его плеча. Он резко обернулся. Слез вглазах не было, Диане привиделось. Просто при этом освещении (солнце скрылось за легкой, как дымка, тучкой) они изменили цвет. Были просто серыми, стали халвичными.

«Рад тебя видеть!»- сказал Саймон на языке жестов. Диана запомнила эту фразу. Она понимала ее имогла повторить. Сделав это, она опустилась рядом сним.
— Сыграем?- предложила Диана.
Саймон кивнул, но не радостно, акак будто нехотя.

«Тебя давно не было видно,- написал он.- Уезжала?»
Диана покачала головой.

«Яискал тебя».
— Хотел поиграть со мной?

«Увидеться, чтобы проститься».
— Уезжаешь?

«Возможно, даже насовсем».
— Почему?

«Мне тетка, папина сестра, наследство оставила. Большой дом спарком. ВЧестере. Это на северо-западе Англии. Но одно условие поставила- не продавать его. Так что явозвращаюсь на родину».
— Когда?

«Послезавтра».
— Ябуду по тебе скучать…- Она говорила истинную правду. Именно сСаймоном были связаны не запятнанные даже малой толикой негатива воспоминания.- Я,возможно, тоже уеду отсюда. Вернусь вМоскву.