То, что мы критикуем в других, многое говорит о нас самих
Психология
Автор Клубер На чтение 3 мин. Просмотров 18k. Опубликовано 16.10.2019
«Все, что раздражает вас в других людях, это всего лишь проекции ваших нерешенных внутренних проблем», –
Будда.
Низкая самооценка мешает человеку объективно судить об окружающих людях. Подобный феномен получил название негативного проецирования. Это защитный механизм, с помощью которого мы наделяем окружающих собственными недостатками и слабостями.
В случае эмоционального конфликта мы проецируем на другого человека собственные чувства и мысли, являющиеся неприемлемыми для нас самих.
Негативное проецирование управляет эмоциональным конфликтом, вызванным внутренними проблемами, перенося на окружающих те наши эмоции и мысли, которые мы неспособны принять как собственные из-за связанных с ними тревожности и боли. Нам гораздо проще полностью перенаправить их на кого-то другого, убеждая себя в том, что на самом деле это их эмоции и мысли.
По большей части работа над личностным развитием состоит из освобождения от таких проекций и установления четкой границы между виртуально создаваемой версии происходящего и тем, что происходит на самом деле.
Таким образом, мы избегаем размывания реальных фактов и тем самым преодолеваем конфликт, существующий только внутри нас самих.
Защитные механизмы человеческого эго
Мы проецируем на других изъяны своей личности, чтобы сохранить позитивное видение себя. Самооценка и защитные механизмы играют фундаментальную роль в защите эго. Так называемые защитные механизмы эго – это стратегии, которые мы подсознательно используем с целью сохранить позитивное самовосприятие.
Человеческий мозг выработал разные способы защититься от того, что может оказаться для него слишком болезненным или вообще неприемлемым. Все это стратегии предотвращения страданий, вызванных определенными событиями, а также чувств, которые с ними ассоциируются. Такие механизмы защищают нас в случае, когда мы не хотим признавать какой-то негативный аспект своей личности или когда он может разрушить созданное нами видение себя.
Проблема же появляется в тот самый момент, когда из-за их постоянного использования эти защитные механизмы становятся автоматическими. Нам становится трудно избавиться от этой привычки, несмотря на то, что она могла быть вызвана несбалансированностью определенных аспектов нашего развития.
Нет ничего плохого в том, чтобы иногда использовать эти механизмы. Важно другое – уметь определять их и бороться с ними, чтобы в конечном итоге избежать искажения реальности под влиянием собственного эго. В противном случае эти защитные стратегии обернутся против нас, существенно искажая наше восприятие.
Защитные механизмы человека делают его сильнее в моменты слабости, и ослабевают, когда мы становимся сильнее.
То, что мы видим в других людях, многое говорит о нас самих
Окружающие служат в роли зеркала для нашего разума, в котором мы видим отражение различных качеств или аспектов самих себя. Если что-то не нравится в другом человеке, мы чувствуем неодобрение и отрицание, которые могут свидетельствовать о том, что этот аспект нашей личности почему-то нас не устраивает.
Психологическая проекция заставляет нас думать, что изъян существует вне нас, то есть в другом человеке.
Когда разум осознает существование угрозы для своего психического здоровья, он переносит неприемлемые черты на внешние субъекты.
Получается, что разум обманывает сам себя, выводя за свои пределы все существующие угрозы. Подобные проекции справедливы как в отношении негативных состояний вроде ненависти, обид и зависти, так и позитивных – восхищения, идеализации и увлеченности.
В результате, когда мы начинаем излишне критиковать других людей, вполне вероятно, что таким образом мы критикуем сами себя.
Любой недостаток, который видим в других, — отражение нашего собственного недостатка?
Здравствуйте! Мудрецы говорят, что, когда ты смотришь на человека, ты смотришь в зеркало, ты видишь в нём все свои проявления. Если ты увидел в другом человеке недостаток, это значит 100%, что этот недостаток есть у тебя, потому что, если бы у тебя его не было, ты не понял бы, что это за недостаток, ты бы его не заметил.
Но я только вот недавно обнаружил недостаток и его исправил (я так думаю), и начал его замечать в людях. Я людей никоим образом не осуждаю, не виню и не начинаю читать мораль, а просто вот вижу и понимаю, что да, он такой, он просто не прожил то, что прожил я. Так значит ли это, что этот недостаток есть у меня? Заранее спасибо. Константин
Отвечает рав Меир Мучник
Вы задаете хороший вопрос.
Упомянутое Вами изречение мудрецов известно как принцип Бааль Шем Това. Он действительно говорил, что другой человек служит для нас зеркалом и недостатки, которые мы видим в нем, следует искать в самих себе.
Но сам этот принцип требует пояснения. Ведь, если задуматься, он не совсем понятен. Неужели каждый недостаток, который я вижу в других, на самом деле является отражением моего недостатка?
Допустим, например, я человек пунктуальный и прихожу всегда вовремя, а партнер хронически опаздывает, чем сильно меня раздражает. Или я аккуратный, а у него постоянно балаган.
Должен ли я в таком случае думать, что в его неряшливости отражена моя? Ведь я действительно не такой! Или если кто-то грубит, матерится, плюется на публике и этим вызывает у меня (и, наверное, не только у меня) дискомфорт, почему я должен думать, что я сам такой? Я же точно так не поступаю.
Вообще, много в мире людей, каждый со своими достоинствами и недостатками, и, в силу разных характеров, они часто плохо стыкуются. Например, человеку осторожному смельчак может показаться безответственным авантюристом — но это же не значит, что он сам безрассудный. Смельчаку, в свою очередь, осторожный человек может показаться трусом, но и это не будет означать, что он сам трус. И так далее.
Что же означает указанный принцип Бааль Шем Това?
Ответ, возможно, такой:
Поскольку характеры всех людей действительно различны, если каждый будет видеть в других лишь недостатки — и ощущать таковыми любые качества, отличные от своих собственных, — то очень скоро все рассорятся со всеми. Ведь с точки зрения каждого человека все остальные обладают недостатками, чем очень его раздражают и вызывают желание послать всё это человечество в известном направлении.
Но не для того Б-г создал всё это человечество. А для того, чтобы люди объединялись в общество, где каждый вносит вклад — своими достоинствами. А его недостатки будут уравновешены достоинствами других людей, у которых и недостатки другие.
Человеку осторожному нужен смельчак, чтобы вместе чего-то в жизни добиться, а то он со своей нерешительностью и неуверенностью, даже семь раз отмерив, может так и не отрезать. А смельчаку нужен осторожный советчик, чтобы предостерегал и останавливал его, если слишком увлечется, напоминал, что отмерять всё-таки надо, хотя бы раз пять.
Поэтому наша задача — видеть не огромный и ужасный мир «полупустых» стаканов, а столь же огромный, но прекрасный мир «полуполных». Не раздражаться из-за человеческих недостатков — реальных или мнимых — а стараться их не замечать, прощать, а внимание обращать на достоинства.
Да, непохожий на нас человек может раздражать, но следование этому импульсу ни к чему хорошему не приведет: другого человека переделать трудно, зато поссориться с ним можно, и в результате только прибавится страданий. Если же стараться искать в нем достоинства, ценить их, а то и использовать, будет польза, а там, глядишь, и любовь — тоже позитив.
Но что, если никакого позитива не просматривается, а человек просто неприятен? От него только бежать хочется (после того, как поборем желание «проучить» его словами, а то и кулаками).
Конечно, в таком случае лучше уйти; людям, которые настолько не стыкуются, лучше держаться друг от друга подальше.
Но зачем тогда Б-г создал такого человека, в котором я ничего хорошего найти не могу и никакой каши с ним сварить не получится? Зачем Он даже на минуту столкнул нас с ним, показал его мне? Ведь ничего кроме раздражения и дискомфорта это мне не дало! А ненавидеть этого человека, тем более — открыто ругать, тем более — выставлять перед всеми на позор нельзя. Что же тогда?
На этот вопрос отвечает Бааль Шем Тов: если всё, что мы видим в человеке, — это его недостаток, то цель, с которой Б-г тебе его показал, — продемонстрировать, насколько неприятен этот самый недостаток. Чтобы мы на своей шкуре ощутили.
И не затем, чтобы мы убедились, как неприятен тот человек, а чтобы мы убедились, как неприятен тот недостаток. И этот недостаток после столь наглядной демонстрации нам следует искать в самих себе.
Нет, в нас он необязательно проявится в той же мере. Мы не такие неряшливые и не такие грубые. Но и идеала мы, наверное, еще не достигли. Это ведь дело всей жизни. Поэтому Б-г нам намекает: смотрите, как ужасно это качество! Как неприятен человек, который его проявляет! Поэтому бегите от него — этого качества — еще дальше. Вы уже далеко, но нет предела совершенству.
Да и чем более высокого уровня человек достигает, тем строже его судят, тем большее значение имеет каждая ступень, каждый нюанс и полутон. Моше Рабейну в течение 40 лет терпеливо вел народ и заботился о нем, несмотря на весь ропот и недовольство, которое его неминуемо ранило. Но стоило ему на минуту потерять самообладание и допустить одно гневное слово — наказание было ужасным. На его уровне надо было бежать от гнева еще дальше.
Вот и в Вашем случае, возможно, происходит нечто подобное. Не зная конкретики, не могу советовать с полной уверенностью. Но то, что Вы видите в других недостаток, от которого, вроде, избавились, может быть знаком: бегите еще дальше, избавляйтесь еще тщательнее, добивайтесь идеала.
Поэтому, даже когда Бааль Шем Тов становился свидетелем, например, нарушения субботы, в чем сам он точно не мог быть заподозрен, он начинал искать, какие у него есть упущения в соблюдении других заповедей, которые мудрецы уподобили субботе.
Главная идея: если мы замечаем недостаток или грех у другого человека, это не должно вести к негативным последствиям — у нас не должна усиливаться неприязнь к этому человеку, мы не должны с ним ссориться. Или — ощущать свое превосходство над ним, гордыню.
Наша «наблюдательность» должна вести только к позитивным последствиям.
Либо — помочь этому человеку исправиться, если возможно. (Для этого также надо по-настоящему любить его и действовать с максимальным тактом. Видеть в нем хорошего человека, которому стоит поработать только над этим отдельным недостатком, а не в целом неприятного типа — такое отношение всегда проявляется в общении).
Либо — увидеть, как этот недостаток в другом человеке может быть уравновешен моим достоинством — а один из моих недостатков уравновешен одним из его достоинств, и начать плодотворное сотрудничество.
Либо — осознать, как этот недостаток неприятен, и усилить поиск и преодоление недостатков в самом себе. Того же недостатка или любых, на которые он может указывать, прямо или косвенно. То есть, выражаясь словами известной басни, «на себя, кума, оборотиться». Так мы сможем повернуть неприятную ситуацию на благо себе и другим.
С уважением, Меир Мучник
Про теорию зеркал или что мы видим в других людях
Есть у женщин такая привычка: иногда смотреть в зеркала. И у меня она есть. Но бывают такие дни, когда мне не нравится то, что в них отражается: новые морщинки, лишние килограммы или «подуставшее» от рабочего дня лицо.
Французский психоаналитик Жак Лакан полагал, что младенцы начинают воспринимать себя в зеркале примерно с 6 до 18 месяцев. Этот этап развития получил название «этапа зеркала», либо этапа зарождения механизма визуального самоузнавания. И этот механизм однажды свяжет отражение человека в зеркале с тем, что является его собственным Я, которое будет состоять из того, что человек думает о себе, того, что говорят ему другие люди и лишь частично из того, что он видит своими глазами.
Вы слышали о теории зеркал? Ее подарил миру Жак Лакан. Иногда ее называют ещё концепцией нарциссизма Лакана, и она о том, что окружающие нас люди выступают в качестве наших зеркал, отражая то, кем мы являемся на самом деле. И о том, что человек всегда обнаруживает отражение своей личности в другом человеке, проецируя на него свои собственные качества. Все, что нас раздражает либо привлекает в других — это лишь зеркальное отражения разных частей нашей собственной личности.
Замечали ли вы, что глядя на себя в зеркало, мы обращаем внимание либо на недостатки и неидеальности собственной внешности, либо, наоборот, на то, что нам в себе кажется красивым и привлекательным? Вот и с нашей собственной личностью все то же самое.
«Зеркала» бывают прямыми и обратными. Если вы вдруг стали замечать, что начальник к вам излишне придирчив и требователен, то, согласно прямой формулировке теории зеркал, вполне себе может оказаться, что это вы излишне требовательны и придирчивы к самому себе, только не замечаете этого. Если вы терпеть не можете пренебрежительное или неуважительное отношение к себе, то за этим может скрываться тот факт, что вы проецируете на других людей ту пренебрегающую или неуважительную часть собственной личности, которую в себе не видите. Т.е, прямое зеркало один к одному отражает в других то, что есть внутри у нас.
А обратная формулировка теории зеркала — это когда кажется, что ситуация отражается с точностью наоборот, вот абсолютно противоположно.
Например, одну женщину ужасно раздражало, что ее муж всегда делал то, что хотел и как он хотел. Ее прямо бесил его безоглядный эгоизм. Пока она не осознала, что сама никогда не понимала, чего же ей хочется. Вот не слышала она своих желаний и все. В отличии от собственных должествований: что и как надо, да как правильно. А эгоизм мужа через раздражение напоминал ей о том, что где-то есть и ее собственные желания, мечты и потребности, и неплохо было бы их наконец-то заметить.
Есть у людей такая привычка — смотреть в зеркала. Многие смотрят. И я смотрю. И что я там вижу? Свой жизненный опыт, разбавленный моим собственным представлением о том, какой я была прежде, какая я сейчас и какой мне очень хотелось бы казаться…Я смотрю в зеркало и выбираю ту часть себя, которую я хочу видеть…
Сегодня я выбираю хорошее настроение. Я буду смотреть на то, что мне нравится или на тех, кто мне нравится. А морщинки и лишние килограммы никуда не денутся — они останутся пока при мне. Только сегодня я выбираю не их. Вот так.
Почему мы не видим себя такими, какие мы есть
Зеркало, селфи, фотографии, самоисследование… Мы ищем себя в отражении или в размышлениях о себе. Но этот поиск часто оставляет нас неудовлетворенными. Что-то мешает взглянуть на себя объективно.
Можно смело утверждать: среди нас мало найдется тех, кто полностью доволен собой, тем более своей внешностью. Практически каждый, будь то мужчина или женщина, хотел бы что-то исправить: стать уверенней или веселей, иметь вьющиеся волосы вместо прямых и наоборот, сделать ноги длиннее, плечи шире…
Несовершенство, реальное или мнимое, мы особенно остро переживаем в юности. «Я был стыдлив от природы, но стыдливость моя еще увеличивалась убеждением в моей уродливости. А я убежден, что ничто не имеет такого разительного влияния на направление человека, как наружность его, и не только самая наружность, сколько убеждение в привлекательности или непривлекательности ее», — описывает свое состояние Лев Толстой во второй части автобиографической трилогии «Детство. Отрочество. Юность».
Со временем острота этих страданий притупляется, но покидают ли они нас окончательно? Непохоже: иначе улучшающие внешность фотофильтры не были бы так популярны. Как и пластическая хирургия.
Мы не видим себя такими, как есть, и поэтому нуждаемся в утверждении «Я» через других.
Мы всегда субъективны
Насколько объективно мы способны воспринимать себя? Можем ли мы увидеть себя со стороны, как видим внешний объект? Казалось бы, мы знаем себя лучше всех. Однако взглянуть на себя беспристрастно — задача практически непосильная. В наше восприятие вносят искажения проекции, комплексы, пережитые в детстве травмы. Наше «Я» не единообразно.
«Эго — это всегда альтер эго. Даже если я представляю себя „мной“, я навсегда разделен с собой самим», — утверждает психоаналитик Жак Лакан в своих «Эссе». Взаимодействуя с собой, мы неизбежно переживаем расщепление.
Яркий пример — ситуация, когда страдающий болезнью Альцгеймера ведет диалоги с собой в уверенности, что перед ним другой собеседник. Еще в начале XX века невролог и психолог Поль Солье писал, что некоторые молодые женщины во время истерических приступов переставали видеть себя в зеркале. Сейчас психоанализ трактует это как защитный механизм — отказ от контакта с реальностью.
Некоторые нервные расстройства способны изменять наше сознание до такой степени, что у больного возникает сомнение в собственном существовании или он чувствует себя заложником, запертым в чуждом теле.
Такие искажения восприятия — результат болезни или большого потрясения. Но и привычное нам, более или менее устойчивое самовосприятие — это ментальная конструкция, сочинение нашего ума. Такая же ментальная конструкция — отражение в зеркале. Это не физическое явление, которое мы можем пощупать, а проекция сознания, у которой есть своя история.
Самый первый взгляд
Наше «настоящее» тело — это не биологическое, объективное тело, с которым имеет дело медицина, а то представление, которое сложилось под влиянием слов и взглядов первых взрослых, которые заботились о нас.
«В какой-то момент младенец смотрит вокруг. И в первую очередь — на лицо своей матери. Он видит, что она смотрит на него. Он считывает, кто он для нее. И делает вывод, что когда он смотрит, он видим. А значит, существует», — писал детский психолог Дональд Винникотт. Таким образом, взгляд другого, обращенный на нас, встроен в основу нашего бытия. В идеале это любящий взгляд. Но в реальности не всегда так.
«Глядя на меня, мама часто говорила: „ты пошла в отцовскую родню“, и я ненавидела себя за это, потому что отец ушел из семьи. В пятом классе побрилась налысо, чтобы не видеть своих кудрявых, как у него, волос», — рассказывает 34-летняя Татьяна.
Почему же родители не всегда добры к нам?
«Это зависит от их собственной личности, — объясняет клинический психолог Гиоргий Нацвлишвили. — Излишняя требовательность может наблюдаться, например, у параноидного родителя, который говорит ребенку: «Будь осторожен, везде опасно, все хотят тебя обмануть… А как там твои оценки? А вот у соседки внучка приносит одни пятерки!»
Так у ребенка появляется тревога, сомнения в том, что он хорош интеллектуально и физически. А нарциссический родитель, чаще мать, воспринимает ребенка как продолжение себя, поэтому любые ошибки ребенка вызывают ее гнев или страх, поскольку свидетельствуют о том, что она сама не идеальна и кто-то может это заметить».
Тот, на кого родители смотрели с отвращением, может потом долго считать себя уродом. А может и жадно искать опровержений, завязывая множество любовных историй, чтобы убедиться в своей привлекательности, и выставляя в соцсетях фото, собирающие лайки. «Я часто сталкиваюсь с таким поиском одобрения у своих клиентов, а это молодые парни и девушки в возрасте до 30 лет, — продолжает Гиоргий Нацвлишвили. — Но причина не всегда в семье. Бытует мнение, что требовательность родителей губительна, но на самом деле подобные истории могут возникнуть и без их участия. Достаточно требовательного окружения».
Проводниками этой требовательности становятся как массовая культура — вспомним боевики и игры с супергероями и модные журналы с предельно худыми моделями, — так и ближний круг, одноклассники и друзья.
Кривые зеркала
Ни отражение, которое мы видим в зеркале, ни фотографии нельзя считать объективной реальностью уже потому, что мы смотрим на них с определенной точки зрения, на которую влияют мнения (в том числе не высказанные вслух) значимых взрослых нашего детства, а затем — друзей, учителей, партнеров, влияют и наши собственные идеалы.
Но и они складываются под воздействием общества и культуры, предлагающих образцы для подражания, которые к тому же меняются со временем. Вот поэтому полностью независимая самооценка, «Я», без примесей чужого влияния, — утопия. Не случайно буддисты считают собственное «Я» иллюзией.
Мы не столько знаем себя, сколько угадываем, собирая сведения где придется, сравнивая с другими, прислушиваясь к оценкам. Неудивительно, что мы порой ошибаемся даже в тех параметрах, которые можно измерить объективно.
Ближе к лету становится заметно, что многие женщины ходят в платьях не по размеру, в босоножках, из которых торчат пальцы… Видимо, в зеркале они видят более стройную или молодую версию себя. Это — защита от реальности: мозг сглаживает неприятные моменты, бережет психику от дискомфорта.
Точно так же мозг поступает и с малопривлекательными сторонами личности: он сглаживает их в нашем представлении, и мы не замечаем, к примеру, своей грубости, резкости, удивляясь реакции окружающих, которых мы считаем обидчивыми или нетерпимыми.
Представление о себе искажается и нашим желанием получить одобрение общества
Карл Юнг называл такие социальные маски «Персона»: мы закрываем глаза на требования собственного «Я», самоопределяясь через статус, уровень заработка, полученные дипломы, брак или детей. В случае, если фасад успеха рушится и выясняется, что за ним пустота, нас может ждать серьезное нервное потрясение.
Часто на приеме психолог задает один и тот же вопрос: «Какой вы?» Раз за разом он требует, чтобы мы описывали себя разными эпитетами, отказываясь принимать в этом качестве социальные роли: он хочет, чтобы мы не называли себя привычно «хорошими офисными работниками» и «заботливыми родителями», а постарались вычленить свои представления о себе, например: «вспыльчивый», «добрый», «требовательный».
Той же цели могут служить личные дневники. Лев Толстой в романе «Воскресение» называет дневник так: «беседа с собой, с тем истинным, божественным собой, которое живет в каждом человеке».
Потребность в зрителях
Чем хуже мы знаем себя, тем больше нуждаемся в зрителях, которые дадут нам обратную связь. Возможно, поэтому приобрел такую популярность современный жанр автопортрета — селфи. В этом случае фотографируемый и фотографирующий — одно лицо, так мы пытаемся ухватить истину нашего существа… или хотя бы передать свой собственный взгляд на себя.
Но это также и вопрос к окружающим: «Согласны ли вы с тем, что я такой?»
Стараясь подать себя в выгодном ракурсе, мы словно просим разрешения на узаконивание идеального образа. Даже если мы запечатлеваем себя в забавных ситуациях, желание все то же: узнать, на что мы похожи.
Хотя и внешняя оценка вовсе не объективна, ведь и окружающие испытывают разные влияния
На японских гравюрах эпохи Эдо красавицы наносят себе на зубы черную краску. А если рембрандтовскую Данаю одеть в современную одежду, кто восхитится ее красотой? Что кажется прекрасным одному, не обязательно понравится другому.
Но, собирая множество лайков, мы можем убедить себя, что как минимум нравимся многим современникам. «Я каждый день выкладываю фото, иногда по несколько раз, и с нетерпением жду отзывов, — признается 23-летняя Рената. — Мне это необходимо, чтобы чувствовать, что я живу и со мной что-то происходит».
Мир технологий позволяет годами жить на игле зрительского одобрения. Впрочем, так ли плохо идеализировать себя? Многие исследования показывают, что те, кто поступает так, живут счастливей, чем те, кто пытается отнестись к себе критично.
Перевернутый Я
Мы смотрим в зеркало по несколько раз в день. И привыкаем воспринимать себя «перевернутыми».
Из-за этого наши фотографии часто кажутся нам малопривлекательными. Объясняется это эффектом «привязанности к просмотренному». Этот термин в 1968 году ввел социальный психолог Роберт Зайонц. Смысл в том, что нам нравится то, что мы часто видим. Чем чаще видим, тем больше нравится.
Что в этом плохого? Не было бы ничего, если бы наши лица были симметричными. Однако это не так: в реальности большинство лиц имеют более или менее выраженную асимметрию. И поскольку мы привыкаем видеть себя «наоборот», то считаем привлекательным именно такой образ. Поэтому, увидев себя на фото или видео другими, мы склонны относиться к себе более критически, иногда даже с неприязнью.
Эту проблему отчасти решает селфи. Но даже самые яростные его поклонники вряд ли делают его так же часто, как смотрятся в зеркало. Еще одна подробность: и глядя в зеркало, и делая селфи, мы принимаем особое выражение лица. Большинство приподнимает брови, многие особым образом складывают губы. А на фото, сделанных другими, мы выглядим иначе. Похоже, остается смириться с тем, что мы бываем разными.