Сдох бобик откуда пошло

Откуда цитата мол «Кина не будет Бобик сдох»? Или это из разных фильмов?

Соединение цитат из двух разных фильмов :
«Всё. Кина не будет. Электричество кончилось» — Косой (Савелий Краморов) из фильма «Джентльмены удачи». (1971 г.)
«Всё в порядке — Бобик сдох !» — ефрейтор Святкин, » Сват» (Леонид Быков) из фильма «Аты-баты, шли солдаты…» (1976) , когда лейтенант приказал ему доложить «как положено» об уничтожении условного противника на учениях.)
— Какой Бобик ?
— Немецкий !)))

Остальные ответы

В оригинале — «Кина не будет. Электричество кончилось.» Джентельмены удачи.
А бобик это уже чья-то модернизация.

Бобик не при чём

Цитата-«Всё. Кина не будет. Электричество кончилось» из фильма «Джентельмены удачи». Выражение «Бобик сдох»- означает «дело провалено, проиграли, не успели» и так далее. В эмоциональном плане выражает что-либо, к чему долго стремишься, но в последний момент удача отворачивается. Так что так можно будет сказать в данной ситуации, но в фильме, всё же, кончилось электричество.

Опять бобик сдох

Он круто подкатил к месту встречи на шведском «Саабе» чёрного цвета, больше напоминающего цинковый гроб, вышел, оглянулся по сторонам, сделал привычный жест рукой, пригладив свой ещё чёрный чуб, и целеустремлённо двинулся вперёд, навстречу своему счастью, будучи романтиком до кончиков своих ухоженных ногтей.

Его ждала новая встреча, новая любовь, чувства, встречи и расставания, в общем, всё было, на самом деле, как всегда, до банальности обыденно и пошло.

И Эдди привычно вручил своей будущей любови цветок, называющийся розой, вялый бутон которого сидел на короткой игольчатой ножке, словно гриб-боровик, выросший и скисший по осени, так никем и не сорванный.

А Алиса не заметила ни второсортности, несвежести вручённого ей букета, ни пошарпанности костюма, надетого на мужчине, весело и озорно взирающего на неё, который к тому же, успел сделать ей пару комплиментов, как и полагалось в таких ситуациях, глянув в огромные синие глаза девушки, в которых светилась надежда на светлое будущее, вера в людей, в настоящую любовь и преданность, и в которых не было ни толики разочарования жизнью, и, увидев весь этот набор, означающий наивность и неопытность, разлился соловьём, назвав её глаза синими озёрами.

Собственно, с этого момента всё и началось.

Потому что Аличка, только-только расставшись с Лёшей, помнила ещё запах его вечно немытого тела, который напоминал ей запах какой-нибудь конюшни, вечные рассуждения на темы сути бытия, ничего не означающие и абсолютно, так как весь смысл жизни Алёши заканчивался в том месте, где заканчивались у кого-то деньги, на которые он положил глаз, короче он был меркантилен до чёртиков, к тому же редко мылся, а тут, этот юрист, как он представился, от которого пахло дорогим одеколоном, и на котором были надеты не старые замызганные штаны, а костюм, всю обшарпанность которого Алиса даже не замечала, и на шее у него был повязан настоящий галстук, а не ковбойский красный платок из 19 века, когда это было актуально, в общем, он не выглядел как рыцарь с реконструкций, он им и был, настоящим рыцарем, держащим в руке одинокую розочку и поющим дифирамбы на темы голубых озёр, в которых он бы хотел потонуть, искупаться и вовсе из них не вылезать.

Как оказалось позже, это был не весь его репертуар, который он исполнял все последующие четыре года их свиданий, в его арию вечного романтика и Дон Жуана входили ещё несколько жизнеутверждающих тезисов, с которыми он никогда не расставался, что означало:

Первое — у него глаза, как у желтоглазого тигра.

Второе — его раньше звали Чертёнок Эдди, но это когда он был молод, а сейчас ему 37, и он тот желтоглазый тигр.

Третье — это третье охранное отделение, в котором он работал юристом, правда, как потом выяснилось, всего лишь полицейским из отдела экономических преступлений, но он упорно продолжал ассоциировать себя с царской Россией, видя именно там свои корни, хотя на дворе был 20-й век и это была ещё даже не современная Россия, а так, теперешние воспоминания о прошлом.

Четвёртым пунктом шло — он читал Лавкрафта.

Затем — его многочисленные байки о своих бесчисленных подвигах полицейского-следака.

И завершал этот не очень длинный список бобик, который опять сдох, что означало на сленге чертёнка Эдика, что его потенция закончилась, и говорить больше не о чем.

Потому все четыре года он и говорил только на эти темы, слово в слово проговаривая свои тезисы, и неизменно заканчивая последним, где его бобик опять или как всегда, что было вернее, сдох.

В общем, значило это одно, что был Эдуард занудно постоянным, что даже в постели придерживался, можно сказать, своих тезисов, то есть был не интересен по всем статьям и всем своим трём позам, ибо даже с боку на бок у него перевернуться не получалось, и он, каждый раз привычно вздыхал, с сожалением говоря, что не читал, как видно, Камасутру, вот потому, к тому же и бобик его опять сдох.

Но главным его и самым лучшим качеством было умение виртуозно лгать, то есть, попросту говоря, основной чертой его натуры была лживость, с неё он и начал свои романтические отношения с Алей, сказав ей, что юрист, оказавшись на самом деле, простым полицейским, почти копом.

Потом ещё долго, пока ухаживал за девушкой, в глазах корой так и светилась ещё надежда на лучшее и на таких же лучших людей, рассказывал, как одинок, он же желтоглазый тигр, на самом деле, походя больше на Винни Пуха, своим неуклюжим квадратно-круглым туловищем, хоть и затянутым в костюм. А лицо этого Винни Пуха вечно было каким-то опухшим, будто его покусали пчёлы, на главное достоинство которых, мёд, он покусился. Но он не был настолько уж, одинок, у него была жена и сын, и ожидалось ещё прибавление в семействе, о чём Чертёнок скромно умолчал, предпочитая действовать по своей обычной схеме обиженного и покинутого всеми романтика, и вот, наконец-то нашедшего искомое им счастье, которое он искал столько лет, так тщетно искал, и вот почти откопал, почти ископаемое в лице очередной женщины, которую он сейчас полюбит.

А Аля верила, её молодость на фоне возрастных издержек Лёши-ковбоя позволила оставаться рядом с ним и с его немытым, вечно дурно пахнущим телом, целых семь лет, ей казалось, она так уверяла себя, доказывая себе самой, что любит его, немытого и грязного, сибарита в душе, но не на деле, у которого в конце- концов, откуда не возьмись, нарисовались ещё какие-то девушки, хотя он по-прежнему, продолжал испытывать нежные чувства к молоденькой Але, верящей в настоящую любовь, и снова верящую своему новому ухажёру, сбившего её с толку не только той разницей между собой и ковбоем, но и чувствами, в которых он успел признаться ей, красиво ухаживая, и она тоже полюбила его, наивная женская душа, вечно жаждущая ласки и мужского верного и преданного плеча.

И с тех пор, все четыре года, она выслушивала его краткие тезисы, в конце которых вечно выскакивал его подохший уже бобик, у неё не было сил, как и прежде, расстаться, этот чёрт, на самом деле, а не чертёнок Эдди в образе покусанного пчёлами Винни Пуха, тоже был гораздо старше неё и тоже умело навешивал байки не только про свои полицейские подвиги, но и когда, наконец, признался в том, что не просто не свободен, сказав «живу с женщиной», не назвав даже ту женой, а ещё и состоявшийся отец, то плёл уже про то, как уйдёт из семьи и окунется в эти огромные наивные голубые озёра навсегда, нужно только, чтобы, вот, сын подрос, о втором ещё не родившемся, он всё так же скромно и подло молчал.

Плёл басни и не замечал, как цвет этих глаз, в которых он мечтал искупаться и остаться там навсегда, менялся, как мрачнел и как становился почти непроницаемым, как исчезала из них надежда на лучшее, на любовь и верность, на всё то, что увидел этот ушлый Винни Пух в этих озёрах при их первой встрече, всё продолжая носиться со своими жизнеутверждающими тезисами, вечно заканчивая их тем бобиком, который тоже вечно сдыхал, как надо было менять позу.

Но на самом деле, однажды всё же сдохли их отношения, оставив почти навсегда не только в глазах, но и в душе Али неизгладимый отпечаток подлости и предательства, так же дурно пахнущий, как и тело её первого мужчины-ковбоя. Потому что разницы, как показала практика, между ними обоими не было никакой, оба оказались грязными, оба, пусть и в разные жизненные периоды, но отбили у девушки охоту надеяться на что-то лучшее в этой жизни, в которой, почему-то больше таких чертей- Винни пухов с ковбоями, чем просто нормальных мужчин, не считающих, что в их мужские обязанности входит изменять своим любимым, потому что, на самом деле, они их никогда и не любили, вечно оправдывая свои походы налево какими-то особенностями мужской натуры.

Как и Аля, которая сумела спустя годы, признаться самой себе, в том, что не было это любовью, её чувства, ни к первому, ни ко второму, было просто увлечение, влюбленность, которую она не просто приняла за настоящие чувства, но ещё и пыталась внушить сама себе, что это и есть та настоящая любовь, которая не подразумевает никаких мужских особенностей, означающих любовь ко многим, а не к одной.

Потому что, когда любишь человека по-настоящему, то любишь его всего и целиком, а не по частям и не местами, желая восполнить с помощью других, что-то не хватающее тебе в нём, которому признался в любви, но ошибся, а значит, и не любил.

И когда любовь не становится привычкой, и потому не сдыхает, как чей-то бобик, который опять сдох только потому, что позу поменяли… подыхают чувства, ещё только зародившиеся и не оформившиеся во что-то большое и важное, и главное, уже никогда не станут тем, о чём многие мечтают, потом обманывают себя, живя годами с нелюбимым человеком, думая, что это и есть та самая всепрощающая любовь, когда принято прощать измены, которые нарушают гармонию природы, гармонию чувств и отношений между мужчиной и женщиной, потому что, получив предательский удар один раз, и поняв, что больно, больше уже не захочешь испытать такую же боль, если только не мазохист, и не любишь наслаждаться собственными страданиями, и потому больше уже не захочешь броситься в омут с головой, называемый директорией любви, оставив свои мечты о светлом будущем в глубоком прошлом, чтобы не было больше тёмного настоящего, украшенного разными подыхающими бобиками, вовсе не означающими чью-то закончившуюся физическую половую потенцию, а нечто другое, что гораздо и намного страшнее, то, что познала Аля, в начале своего жизненного пути, ставшего её горьким опытом.

07/09/2018 г.
Марина Леванте

Что такое слово «Бобик сдох»

Значение слова Бобик сдох

Буквы а, о, у, ы, э делают предыдущий согласный твёрдым, буквы я, ё, ю, и, е — мягким.

Тэги

Верно ли значение у слова?
Плиз

Че Бурашка, также называемый Чебурашкой, это существо сложной и тяжелой судьбы.

ЗВУКИ БУКВЫ

При использовании данного сайта, вы подтверждаете свое согласие на использование файлов cookie в соответствии с настоящим уведомлением в отношении данного типа файлов.

Если вы не согласны с тем, чтобы мы использовали данный тип файлов, то вы должны соответствующим образом установить настройки вашего браузера или не использовать сайт.

Бобик сдох

Хотя нежданно-негаданно ли. Это я о том, что остался без работы. Скандал годичной давности оказался огромным злым крокодилом, который вроде бы уже прополз, но махнул напоследок хвостом. И этого шлепка хватило для осознания того, что ребенок под названием «Баскетбольный клуб “Москва”» оказался мертворожденным.

Свершилось это только сейчас. Вернее, в пятницу, 29 августа, когда всё оборудование и мебель были вывезены из офиса в Крылатском – часть распродана, а часть теперь будет покоиться в каком-то гараже… С 29 августа я официально без работы и с трудовой книжкой на руках. Теперь, когда я – увы! – больше не имею отношения к российскому баскетбольному бомонду, я уже могу себе позволить рассказать, что же на самом деле произошло год назад и происходило все это время.

Был такой баскетбольный клуб «Динамо» Московской области, основанный в 2002 году, который финансировался сначала за счёт частного бизнеса, а затем из областного бюджета. В 2003 году в клуб пришел работать и ваш покорный слуга. Вице-президентом (а точнее, почетным президентом, как он сам себя назвал) являлся сам «соловей российский, славный птах» – не кто иной, как Лев Карасевич. Как впоследствии стало понятно, он являлся лишь «обложкой» клуба, а имея связи в правительстве Московской области, служил исключительно для «выбивания» денег. Занятие, в общем-то, благое, но скотский характер соловья необходимо было учитывать с самого начала. И первый звоночек прозвенел, когда этот недоделанный карузо спел и записал гимн клуба «Подмосковное “Динамо”», после чего… продал своему же клубу за пять тысяч долларов!

А при чем тут вообще Карасевич, спросите вы? Он-то каким боком связан с баскетболом? Дело в том, что он являлся старым другом президента и одного из основателей клуба – Н-ва. Оба они давние поклонники «Динамо», и, на досуге покумекав, решили они создать баскетбольный клуб. Однако нашла коса на камень: до безумия любящий деньги и вечно всем и всеми недовольный Карасевич сошелся с до такого же безумия жадным, двуличным и хамоватым Н-вым. Но в тот момент мы многого не знали и не догадывались, что эта смесь исключительно взрывоопасна и превышение «критической массы» является лишь делом времени.

Было у Н-ва и другое хобби – он любил молоденьких секретарш. Для них он снимал квартиру в «сталинке» в районе Ленинского проспекта и брал на работу не за умение быстро и грамотно набирать текст или пользоваться «Вордом» и «Экселем», а за умение работать различными частями тела и оказывать шефу, так сказать, оральную поддержку. Причем этот старый хрыч, которому хорошо за 60, не стеснялся брать свою секретутку даже в загранпоездки, и его ничуть не смущало то, что вся баскетбольная Суперлига над ним потешалась. Почему-то не заботили его ни имидж, ни репутация. И, как показал дальнейший ход событий, очень зря.

А пока все было совсем даже неплохо. Молодой клуб с довольно ограниченным бюджетом и очень средним подбором игроков вихрем ворвался в элиту российского баскетбола, сходу заняв 7-ое место в национальном чемпионате и попав в Финал Четырех еврокубка. Постепенно рос и бюджет, в клуб пришли несколько именитых игроков, мы уже могли позволить себе сильных легионеров. Появилась и женская команда подмосковного «Динамо», которая хоть звезд с неба и не хватала, но достаточно громко заявила о себе, став, что называется, крепким «середнячком», с которым признанным лидерам приходилось считаться.

Перекантовавшись годик в уютном и гостеприимном городе Чехове, «Динамо» получило собственный «дом» – шикарный дворец спорта «Триумф» в Люберцах. Я на радостях купил квартиру в пяти минутах от дворца, предвкушая долгую и плодотворную работу в команде. Амбиции клуба росли соразмерно бюджету и успехам, и вот уже ведутся переговоры с одним из самых сильных российских тренеров – Станиславом Ереминым. После долгих уговоров он согласился возглавить мужскую команду, и конец сезона 2006-2007 прошел в сладостном предвкушении отпуска и последующего прыжка к новым вершинам. Словом, все было, что называется, «в шоколаде».

Увы, в это же самое время не на шутку поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. Критическая масса оказалась достигнута, и грянул взрыв. Обнаглевший Карасевич, прознав о новом назначении, решил под это дело хапнуть кусок пожирнее. Его уже не устраивало то, что он получал десятки тысяч долларов каждый месяц просто так, за свои свадебно-генеральские погоны. Усугубило ситуацию и то, что сам Н-в, регулярно кладущий в собственный карман только одному ему известные суммы из клубного бюджета, в течение одного сезона менял по 2 машины (от большого ума, не иначе), и его новенькая «Инфинити» стала для Карасевича пресловутой красной тряпкой. Птах запросил не то 10, не то 15 процентов от годового бюджета клуба. Просто за то, что он – Карасевич и за то, что эти деньги выбил именно он. Некислый такой откат получался! Н-в же, никогда не отличавшийся дальновидностью, деликатностью, дипломатичностью, гибкостью ума (а также собственно умом) и вообще умением строить отношения, послал своего «друга» туда, откуда не возвращаются – дескать, сами разберемся, Московская область у наших ног, и бюджет от нас никуда не денется.

Бравада не сработала. Сначала на клуб грянула аудиторская проверка. Карасевич решил «убить» нас малой кровью, но недооценил нашу бухгалтерию: прицепиться было не к чему. Несмотря на изрядно попорченные нервы, проверку клуб выдержал. Но тучи уже сгустились, и обиженный Карасевич останавливаться не намеревался: он тупо пошел к областной администрации и спел песню о том, как клуб исчерпал себя в том виде, в каком он сейчас существует. Все остальное произошло настолько стремительно, что никто не успел опомниться. Буквально за пару недель нам было сказано собирать свои манатки и выметаться из «Триумфа». Безумная несправедливость ситуации приводила в бешенство… Все то, что мы своими силами, пóтом и кровью, вкладывая душу, строили последние 4 года, у нас украли в одночасье. Результаты долгих переговоров с тренером, игроками и их агентами, не говоря уж о созданной инфраструктуре – всё это одним росчерком пера было у нас отобрано.

Н-в собрал коллектив и призвал держаться, обещал, что у нас все будет хорошо, но какое-то время придется потерпеть для того, чтобы в итоге все стало еще лучше. Уже создан баскетбольный клуб «Москва», в который мы все пойдем работать, зарплаты всем поднимут, и без мерзкого Карасевича дела пойдут совсем хорошо!

Поверив этим обещаниями, я отказался от должности системного администратора в баскетбольном ЦСКА, куда меня приглашали, причем весьма настойчиво. А зря, наверное. Впрочем, я не привык жалеть ни о чем – как говорится, что ни делается, все к лучшему. Однако нет-нет, да и клюет мысль – а что, если бы…

Таким образом, после «развода» женская команда осталась с нами в «Москве», а мужская – в Люберцах и стала называться «Триумф», моментально превратившись в наших злейших врагов. Долгие переговоры и торги привели к тому, что «Триумф» выплатил «Москве» ощутимую сумму в виде отступных, на которые мы первое время жили и работали.

Начался сезон для нас с большой трагедии – в октябре умер наш финансовый директор. Нелепейшая смерть, ставшая результатом безобидной на первый взгляд травмы и невероятного стечения обстоятельств, выбила всех из колеи. Михалыч был для нас как отец родной. Есть такая категория людей, которые излучают тепло и доброту, у которых невозмутимость – вторая натура, которые не умеют ненавидеть. И я все это говорю не потому, что его с нами больше нет, а потому что он действительно был таким. Человеком, которого невозможно было не любить. Чем он прогневал небеса, чтобы покинуть нас в свои 48 лет, не знает никто. Но это была колоссальная потеря – как в человеческом, так и в профессиональном плане. Кроме всего прочего, Михалыч был еще и финансовым гением. В тот момент мы даже не предполагали, что его уход от нас в лучший из миров окажется предзнаменованием…

По сути это стало началом конца. Спонсоры, которым оставалось только поставить подпись, в последний момент «срывались с крючка» один за другим. Отступные заканчивались. Московский спорткомитет давал копейки. Письма во всевозможные инстанции оставались без ответа. И не удивительно. Репутация Н-ва была далека от идеальной, а кроме того, «доброжелатели» в лице Карасевича и Мособласти, с одной стороны, и одиозного миллиардера Шабтая фон Колмановича из подмосковного «Спартака», с другой, тоже не сидели сложа руки. Оглядываясь назад, я могу сказать, что было бы странно, если бы нашелся лох, готовый спонсировать старого, наглого, туповатого, сексуально озабоченного мухомора, коим без прикрас предстал перед всеми Н-в.

Лишь два обстоятельства хоть как-то скрашивали эту безрадостную картину. Во-первых, команда выступала успешно, уверенно занимая 4-е место в национальном первенстве и громя всех в еврокубке. Во-вторых, у нас сложился потрясающий коллектив (Н-в не в счет, но мы его и так достаточно редко видели). И во многом именно благодаря коллективу мы и смогли хоть как-то «выплыть». Но тем обиднее было все это потом потерять. И все же мы верили. Просто потому, что не могло вот так печально все закончиться. Не могло и не должно было!

Гром грянул перед новым годом, когда произошла первая задержка зарплаты. Была реальная возможность уйти на праздники без денег. Но каким-то чудом выкрутились. Дальше – хуже. Задержка зарплаты на месяц-полтора стала обычным делом. Платить было банально нечем. Про обещанное повышение зарплаты никто уже и не заикался.

Команда между тем вышла в финал Еврокубка, где, к сожалению, все-таки уступила итальянской «Фамиле». В национальном же первенстве «Москва» заняла 4-е место, пропустив вперед себя лишь трех «монстров»: екатеринбургкский УГМК, подмосковный «Спартак» и московский ЦСКА. Само по себе это можно считать великолепным результатом, и Н-в считал, что спонсоры теперь должны выстраиваться в очередь к нам, а он, небрежно пыхтя сигаркой и пуская в потолок дымовые фигурки в форме баскетбольных колец, будет в эти самые колечки ловить «трехочковые» падающих от спонсоров баксиков и евриков. Порой прихожу к мысли, что сигары у нашего президента были слишком ядреные и скручены явно не из табака.

Окончательно закончились деньги в апреле. Потенциальный спонсор, который чуть ли не в течение полугода обещал поставить свою подпись на спонсорском договоре, так ее и не поставил. В мае Н-в в очередной раз стал кормить всех обещаниями. Потом в июне. Потом в июле. В начале августа не выдержал генеральный директор и, по крайней мере, повел себя порядочно: «Вить, у меня есть моральные обязательства перед тобой. Честно скажу, я не вижу, за счет чего мы можем выжить». Спасибо за честность. Прощай, невыплаченная зарплата за полтора месяца.

К этому моменту половина штата администрации уже разбежалась: надо чем-то кормить свои семьи и самим кушать. А Н-в продолжал кормить оставшихся обещаниями, но ему уже мало кто верил…

И вот 29 августа клуб загнулся окончательно. Даже Н-в соизволил прибыть и… вместо того, чтобы извиниться за задолженности, стал вспоминать, кто ему сколько должен. Припомнил мне машину, за которую я еще не расплатился. Ха! Он действительно полный идиот, если еще надеется получить с меня хоть копейку. Пусть радуется, что ему еще иск не вменили! Напоследок он обвинил бухгалтерию в присвоении денежных средств, доведя до слёз главного бухгалтера, не извинился за невыплату, не поблагодарил никого за усердную работу в последние 5 лет и, ни слова не говоря, уехал. Что-то мне подсказывает, что ему это все вернется сторицей. Он надеется сохранить клуб, чтобы через год снова набрать команду. Да кто с ним работать после всего этого будет? Пора продавать свои «Лексусы», «Инфинити», особняки и дачи. Халява закончилась, шеф! И благодарите Михалыча и всевышнего за то, что Вы до сих пор не рассматриваете исписанные и засиженные стены Бутырки с внутренней стороны. Да, и будьте поаккуратнее с сигарами, дурь-то в них, судя по всему, недетская…

(По некоторым данным, Н-ву пришлось-таки в итоге продать свою роскошную квартиру, чтобы расплатиться с долгами по зарплате игрокам. Почему-то это преподносилось мне чуть ли не как подвиг с его стороны. А я это вижу несколько иначе: у него не оставалось иного выбора – либо так, либо под суд. Так что хоть какая-то справедливость восторжествовала.)

Что касается лично меня, то есть пока одно предложение из БК «Химки», но оно мне не нравится ни по деньгам, ни по месту работы, ни по графику, ни по коллективу. Пытался я сунуться и в «Триумф». Несмотря на поддержку моей кандидатуры международником клуба и двумя тренерами, с которым уже доводилось работать, меня забраковал генеральный директор – мстительный недоумок и алкоголик Забрянский. Причина в том, что я «запятнал» себя работой у Н-ва. И это несмотря на то, что сейчас в «Триумфе» работу, которую выполнял я один, делают четверо. И делают, судя по откликам, более чем паршиво. Так что мне остается пожелать им и дальше следовать взятому курсу и повторить пройденный баскетбольным клубом «Москва» путь. И первый шаг они уже сделали – бывшего президента «Триумфа» и по совместительству министра финансов Московской области Кузнецова поймали на хищениях. Правда, он успел сбежать в Америку. Верной дорогой идете, товарищи!

Я продолжаю искать работу по трем направлениям. Во-первых, в баскетболе, поскольку меня уже многие знают как неплохого айтишника и приличного спортивного фотографа. Плюсы – в свободном графике и интересной творческой работе. Минусы – в относительно невысокой оплате. Во-вторых, ищу я работу в переводческих услугах. У меня тоже есть одно предложение, но оно мне нравится еще меньше ввиду мизерной оплаты. Плюс заключается в том, что работа удаленная, и я у себя дома сам занимаюсь переводом по удобному мне графику. И, в-третьих, по своей основной специальности – программированию. Здесь предложений пока нет. С одной стороны, это самое высоко оплачиваемое направление, а с другой, я очень отвык сидеть в офисе, что называется, «от звонка до звонка».

Так или иначе, время подумать у меня еще есть. Могу себе позволить пока что «дрыгать ногой» и капризничать. На это у меня есть как минимум две недели, а дальше – видно будет. Прорвемся!