«Приняли, но не совсем». Закон о цифровых финансовых активах
Информационный поток, связанный с пандемией и коронавирусом, перекрыл тему, за которой многие следили и ждали ее развития, а отметили лишь профильные специалисты.
Время прочтения: 11 минут
Президент подписал Федеральный закон от 31.07.2020 N 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (ФЗ о ЦФА). Начало действия документа – 01.01.2021 (за исключением отдельных положений).
Проект закона существовал уже более двух лет, был принят Государственной думой в первом чтении и ждал своего часа.
В ходе подготовки законопроекта ко второму чтению из него убрали некоторые понятия. Например, «майнинг» и «токены». Регулироврвание выпуска (майнинг), организация выпуска и обращение цифровой валюты в России будет определяться отдельным законом. Он может быть принят в осеннюю сессию, рассказал глава комитета Госдумы РФ по финансовому рынку Анатолий Аксаков. По словам депутата, в комитете отказались от идеи дополнить документ нормами об административной и уголовной ответственности.
Со своей стороны добавлю, что в данном законе важно прописать механизм обмена цифровой валюты на фиатные деньги, сейчас эта процедура вне правового поля.
По понятиям
По принятому ФЗ о ЦФА цифровыми финансовыми активами признаются цифровые права, включающие:
- денежные требования;
- возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам;
- права участия в капитале непубличного акционерного общества;
- право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг, которые предусмотрены решением о выпуске цифровых финансовых активов в установленном ФЗ о ЦФА порядке, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения (изменения) записей в информационную систему на основе распределенного реестра, а также в иные информационные системы.
В данном случае это так называемые security-токены. Utility токены (цифровые токены с правом требования товаров или услуг) можно выпускать уже сейчас (пример – «Спасибо» от «Сбербанка»).
Напомню, что цифровыми правами по ФЗ № 34 признаются названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу.
Закон о ЦФА устанавливает требования к информационной системе, в рамках которой осуществляется выпуск ЦФА, а также к оператору этой системы и оператору обмена ЦФА.
Понятия «информационная система» и «оператор информационной системы» используются в значениях, определенных Федеральным законом от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».
Таким образом, выпуск цифровых прав – это вид предпринимательской деятельности. Граждане РФ смогут только инвестировать в них. Выпуск цифровых прав не предпринимателями не предусмотрен.
Еще не все запрещено
В новом законе нет понятия «криптовалюты», но есть «цифровая валюта», то есть совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему по ее правилам.
Несмотря на то, что криптовалюта в данном определении является инвестицией либо средством платежа, ее нельзя использовать юридическим лицам, личным законом которых является российское право, и физическим лицам, фактически находящимся в Российской Федерации не менее 183 дней в течение 12 следующих подряд месяцев в качестве платежа за оплату товаров, работ и услуг.
В Российской Федерации запрещается распространение информации о предложении и (или) приеме цифровой валюты в качестве встречного предоставления за передаваемые ими (им) товары, выполняемые ими (им) работы, оказываемые ими (им) услуги или иного способа, позволяющего предполагать оплату цифровой валютой товаров (работ, услуг).
Интересно, что этим же Законом о ЦФА вносятся изменения в Федеральный закон «Об исполнительном производстве», «О несостоятельности (банкротстве)», «О противодействии коррупции» и другие акты, в которых цифровая валюта признается не просто совокупностью электронных данных, а имуществом.
То есть запрета на криптовалюту нет.
Это очень важное положение с точки зрения практики, поскольку теперь криптовалюту можно будет обоснованно внести в конкурсную массу, передать по наследству или разделить в браке, а также проводить расследование в случае ее кражи, то есть вывести из «серой зоны». При этом закон не распространяется на иностранные блокчейны и токены на их основе.
Пока нет конкретных положений об уголовной ответственности за незаконный оборот виртуальных валют. В уголовной плоскости сейчас действует Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 № 32 (ред. от 26.02.2019) «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем», согласно которому: «Исходя из положений статьи 1 Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности и о финансировании терроризма от 16 мая 2005 года и с учетом Рекомендации 15 ФАТФ предметом преступлений, предусмотренных статьями 174 и 174.1 УК РФ, могут выступать в том числе и денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления».
Для обеспечения судебной защиты цифровой валюты их обладателям необходимо информировать налоговые и иные уполномоченные органы о фактах обладания цифровой валютой и совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций с цифровой валютой в порядке, установленном законодательством РФ о налогах и сборах. Соответственно, необходимы дополнения в налоговое законодательство в части декларирования цифровой валюты, определения порядка ее хранения.
Законом сохранена возможность оборота ЦФА; сделки с цифровыми правами, включающими одновременно цифровые финансовые активы и иные цифровые права, совершаются через оператора обмена цифровых финансовых активов
По сути, оборот регулируется Банком России и сложно говорить о какой-то децентрализации ЦФА, так как Банк России в установленном им порядке включает оператора информационной системы в реестр, принимает решение об отказе в согласовании правил информационной системы, в которой осуществляется выпуск цифровых финансовых активов.
Стейблкойны для российской экономики
«Недавно принятый закон «О цифровых финансовых активах» и еще находящийся на рассмотрении законопроект «О цифровой валюте» позволят российским компаниям выпускать стейблкоины и обменивать их на другие активы, заявил глава комитета Госдумы РФ по финансовому рынку Анатолий Аксаков. По его словам, о такой возможности неоднократно просили представители бизнеса. «Эти стейблкоины могут выпускаться, обмениваться, продаваться, в том числе на активы, выпущенные в иностранных информационных системах», – пояснил Анатолий Аксаков.
С просьбой ускорить принятие закона для запуска эмиссии токенизированных активов к властям обращались председатель правления «Норникеля» Владимир Потанин и Российский союз промышленников и предпринимателей.
По мнению Владимира Потанина, «принятие закона способствует появлению новых цифровых сервисов и платформ, объединяющих разработчиков, стартапы, поставщиков технологических решений и потребителей в таких отраслях, как металлургия, нефтегаз, энергетика, автомобилестроение и другие».
Следствием принятия закона станет появление большого числа российских компаний – эмитентов ЦФА, которые предложат рынку самый широкий спектр токенизированных продуктов, в числе которых может быть сырье, потребительские товары, различные услуги, объекты недвижимости, предметы искусства и так далее, сказал глава «Норникеля».
Стейблкоины (от англ. stable – стабильный, coin – монета) – это криптовалюты, призванные минимизировать волатильность цен (чаще всего против доллара США); они сильно отличаются от более волатильных криптоактивов, таких как биткоин, в которых отсутствует встроенный механизм ценовой стабилизации.
Большинство стейблкоинов задуманы как равные по стоимости доллару США, основной мировой резервной валюте. Например, предполагается, что одна единица крупнейшего стейблкоина Tether (USDT) равна одному доллару США, и уже почти три года, в течение которых Tether активно торгуется на публичных криптовалютных рынках, его курс оставался в целом стабильным.
В заключение нельзя не рассказать о важном событии в цифровой сфере – в России впервые официально выдана банковская ссуда, обеспеченная криптовалютой. Кредит выдан Экспобанком через заключение договора индивидуальной банковской ссуды, обеспеченной токенами Waves. В процессе структурирования был использован механизм условного депонирования (эскроу), который на сегодняшний день в российском праве является оптимальным способом быстрого исполнения обязательств кредитору путем передачи имущества в виде задепонированных цифровых активов.
По словам руководителя юридического направления Экспобанка Танзилы Яндиевой, сделка носит «прецедентный характер как для юридического, так и для банковского сообщества».
Что не так с законом «О ЦФА». Все про регулирование криптовалют в России
Как власти планируют контролировать майнинг, какие хотят взимать налоги за сделки с биткоином и другие детали нового документа. Подробный разбор федерального закона о цифровых финансовых активах и замечания к нему от юристов
1 января 2021 года в России вступит в силу закон «О цифровых финансовых активах» (ЦФА). В Госдуме его рассматривали более 2,5 лет, он был принят и подписан президентом Владимиром Путиным летом нынешнего года. Moscow Digital School опубликовала подробный анализ федерального закона. Последняя версия закона «О ЦФА» существенно отличается от принятой в первом чтении. Документ был представлен с пакетом актов — проектами трех федеральных законов, касающихся непосредственного регулирования рынка криптовалют, а также уголовной и административной ответственности за нарушения новых правил. Последние акты были направлены на доработку после резко негативной реакции сообщества и бизнеса.
Пробелы в регулировании
Юристы Moscow Digital School подчеркнули, что из-за ряда пробелов в регулировании, для многих сторон криптобизнеса ситуация осталась без изменений. Многие термины, используемые криптосообществом, уже были изобретены и успешно используются в мировой практике, однако в законе о ЦФА вместо них применяются свои собственные, которые вводят новые правовые институты и создают неопределенность. В отличие от ряда зарубежных стран, в законе нет регулирования для некоторых типов токенов и криптовалют с разным функционалом и сущностью. При этом под определение цифровой валюты в соответствии с документом «О ЦФА» могут подпадать, например, бонусы, а также используемые в электронной коммерции сертификаты. За рамками понятий остались многие виды деятельности, прежде всего, майнинг. «Тогда как от Закона о ЦФА ожидали введения единого аппарата и понятийной правовой базы для всего криптовалютного рынка в целом, в результате он стал основой исключительно для цифровизации российских активов, выпуска цифровых дубликатов ценных бумаг по российскому праву — которые сложно выводить на международный рынок», — говорится в отчете.
Криптовалюта
В документе присутствуют противоречащие друг другу нормы. Например, согласно определению, данному в законе «О ЦФА», цифровая валюта признается средством платежа и может являться инвестицией. Однако в соответствии со ст.14, российские юридические и физические лица не вправе принимать цифровую валюту в качестве встречного предоставления за передаваемые товары, услуги или в качестве оплаты иным образом. Это противоречит признанию криптовалюты средством платежа и значительно ограничивает ее использование на территории России, а также снижает экономическую целесообразность владения криптовалютой. Специалисты уверены, что авторам закона так и не удалось выработать адекватное определение цифровой валюты. В документе говорится: «криптовалюта — это токены, по которым отсутствует обязанная сторона». Такое определение от противного позволяет отнести к криптовалюте большое количество различных электронных записей (аккаунты, электронную валюту и так далее). Поэтому авторы дополнили, что криптовалюта — это не любые записи, а те, что могут быть либо средством платежа, либо инвестирования. По новому закону судебная защита прав на цифровую валюту возможна лишь в случае, если она специальным образом декларировалась и с нее выплачивались налоги (п. 6 ст. 14). Неясно, как это будет проверяться — в декларации доходы от продажи цифровой валюты могут указываться совершенно по-разному, а хранение цифровой валюты (без извлечения дохода) никогда не требовалось отдельно декларировать. Вероятно, ФНС или Минфин позднее дадут разъяснения по этому поводу. «Также, разумеется, чрезвычайно сомнительна сама идея, что для получения судебной защиты собственник цифровой валюты должен подтверждать выполнение неких публичных обязанностей — почему уплата или неуплата налогов влияет на наличие судебной защиты, то есть, по существу, на само право собственности?», — задаются вопросом в Moscow Digital School.
Пока в законе «О ЦФА» нет норм, посвященных майнингу. В конце августа Минфином был разослан в профильные ведомства пакет законопроектов о внесении поправок в еще не вступивший в силу документ. В нем косвенно упоминается добыча криптовалюты и написание софта. Однако в том же пункте установлен запрет на получение оплаты за такие действия в цифровой валюте. На практике майнеры, как правило, получают вознаграждение именно в виде криптовалюты. Если предлагаемый пакет законопроектов будет принят, российским предпринимателям, занимающимся добычей криптовалюты, придется искать обходные пути, чтобы не попасть под административную и уголовную ответственность, которую также предлагает ввести Минфин, предупредили юристы.
Биржи и обменники
Закон о цифровых финансовых активах вводит новый субъект российского крипторынка — операторы обмена цифровых финансовых активов. Они по сути являются криптобиржами, но только для обмена токенов, которые признаются по российскому законодательству цифровыми правами. На сегодняшний день такими специальными законами являются ФЗ об инвестиционных платформах и ФЗ о ЦФА. Операторы обмена могут организовывать торговлю утилитарных цифровых прав и цифровых финансовых активов. Существующие криптобиржи, торгующие криптовалютами, например, биткоином и Ethereum, не подпадают под определение нового субъекта и остаются неурегулированными. Закон о ЦФА прямо допускает возможность организации на территории России площадки для обмена криптовалют. Закон устанавливает требования «деловой репутации» к исполнительным органам информационной системы, оператора обмена ЦФА. Такие требования включают отсутствие неснятой и непогашенной судимости, отсутствие за последние годы фактов привлечения к административной или уголовной ответственности в связи с банкротством, в связи с деятельностью финансовой организации, сведений о причастности лиц к экстремистской деятельности или терроризму и др. Оператор обмена ЦФА обязан хранить информацию о сделках с ЦФА не менее 5 лет. Банк России вправе установить дополнительные требования к деятельности информационных систем и операторов обмена ЦФА, например, к операционной надежности и к предоставлению отчетности. Подобные требования могут усилить транспарентность, а также повысить безопасность. «Однако при установлении требований должен учитываться принцип технологической нейтральности, то есть возможность использовать любые технологии безопасности, а не только те, которые разработаны или установлены государством», — подчеркнули юристы.
Закон устанавливает требования к рекламе ЦФА, в частности, необходимость предупреждать инвесторов, что предлагаемые активы являются высокорисковыми, и их приобретение может привести к потере внесенных денежных средств в полном объеме. Такое требование о предупреждении инвесторов о возможных рисках покупки ЦФА распространено во многих странах (Франция, Швейцария, США). Установлено, что реклама не должна содержать обещание выплаты дохода по ЦФА, за исключением дохода, обязанность выплаты которого предусмотрена решением о выпуске. Реклама не должна содержать прогнозы роста курсовой стоимости выпускаемых ЦФА, что также является мерой защиты от введения инвестора в заблуждение, чрезмерных ожиданий в отношении инвестиций и обеспечения достоверной оценки инвестором таких инвестиций.
Налогообложение
Закон о ЦФА не регламентирует вопросы, связанные с налогообложением цифровых финансовых активов. Вопрос налоговых последствий совершения сделок с криптовалютой остается открытым. В мире вопросы налогообложения чаще всего решаются за счет профильных разъяснений органов налоговой службы по системам уплаты налогов с операций с цифровыми активами. «Оборот криптоактивов будет подчиняться общим правилам налогообложения, что может привести к ряду затруднений и противоречий и, очевидно, будет работать против развития нового рынка», — пояснили эксперты. В настоящее время в России не определен подход к косвенному налогообложению криптоактивов. В мае 2018 года Минфин выразил свое мнение о налогообложении криптовалютных операций для физических лиц. «. особый порядок налогообложения доходов физлиц при совершении операций с криптовалютами не установлен, физические лица должны самостоятельно исчислить налог и подать декларацию в инспекцию; налоговая база по операциям купли-продажи криптовалют определяется в рублях как превышение общей суммы доходов от продажи криптовалюты над общей суммой документально подтвержденных расходов на ее приобретение; до законодательного урегулирования вопросов, связанных с обращением и налогообложением криптовалют, при определении налоговой базы необходимо исходить из ст. 220 НК РФ», — говорится в письме Минфина. Касательно корпоративного налогообложения в министерстве подчеркивали, что согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, определяемая для российских организаций в общем случае как разница между полученными доходами и произведенными расходами, квалифицируемыми в соответствии с положениями главы 25 НК РФ. «Логика положений главы 25 НК РФ подразумевает налогообложение всех доходов, полученных налогоплательщиком при осуществлении деятельности, за исключением поименованных в ст. 251 НК РФ. При этом особый порядок налогообложения доходов при совершении операций с криптовалютой главой 25 НК РФ не установлен», — объяснили в Moscow Digital School.
Перспектива
Руководитель Российского центра компетенций и анализа стандартов ОЭСР РАНХиГС при президенте РФ Антонина Левашенко предупредила, что с 1 января 2021 года криптобизнес, по сути, не сможет использовать криптовалюту для своих операций. Это значит, что ему будет невыгодно работать на территории России. «На данный момент по смыслу закона запрещены будут именно операции по оплате в криптовалюте, теоретически операции по обмену криптовалюты на фиатные средства или другие криптовалюты (как конвертация) не ограничены. Не запрещено также и получение, например, зарплаты в криптовалютах. Смена юрисдикции крупного и не очень криптобизнеса — это то, что ожидает криптоэкономику в России, ведь ни одна из развитых стран не вводит запретов на использование криптовалют», — предупредила Левашенко. По ее словам, поправки, предложенные Минфином, могут еще больше усугубить ситуацию. Например, ограничить возможность покупки криптовалюты, а также получения зарплаты в криптовалюте. Подобный запрет не только обесценивает криптовалюту, но и влечет отток бизнеса и капитала из России. — Штрафы и уголовное дело. Как инициатива Минфина повлияет на криптобизнес — ЦБ не поддержал проект по майнингу криптовалют из своей «песочницы» — На фестивале в России впервые напитки продали за биткоины. Законно ли это Больше новостей о криптовалютах вы найдете в нашем телеграм-канале РБК-Крипто.
ЦФА — это не криптовалюта. Юристы все обьяснили
Сегодня все большее внимание как со стороны законодателей и регуляторов, так и со стороны бизнеса и общественности, уделяется цифровым активам. Технический прогресс и текущая международная ситуация требуют введения новых финансовых инструментов, в дополнение к традиционным платежным и инвестиционным средствам. А в некоторых случаях и взамен таковых. В конце августа глава правительства Михаил Мишустин заявил о необходимости интенсивно развивать инновационные направления, в том числе заниматься внедрением цифровых активов. Премьер-министр говорил об этом в ходе стратегической сессии по развитию отечественной финансовой системы и, в частности, отметил, что именно цифровые активы могут стать безопасной альтернативой, гарантирующей бесперебойную оплату при импорте и экспорте. Цифровые активы — широкое понятие, включающее в себя различные виртуальные средства с разными свойствами и сферами применения. Юристы объяснили разницу между цифровыми финансовыми активами (ЦФА) и криптовалютами, а также рассказали о том, что имеют в виду законодатели, когда говорят о международных расчетах с использованием таких средств.
Цифровые финансовые активы
Прошло уже почти 2 года с момента вступления в силу закона о ЦФА, но путаница между криптовалютой и цифровыми финансовыми активами так никуда и не делась, говорит зампред Палаты налоговых консультантов, юрист Михаил Успенский. Он пояснил, что по смыслу закона ЦФА являются только токены, выпуск которых оформлен специальным «решением о выпуске» по российскому праву наподобие проспекта эмиссии. На текущий момент ЦФА выпускаются только через операторов, официально принятыми Центральным Банков в реестр. Если у токена нет «решения о выпуске» и/или он выпущен через площадку вне реестра ЦБ РФ — это все, что угодно, но не цифровой финансовый актив, пояснил юрист. Он отметил, что вместо термина криптовалюта в российском праве используется понятие «цифровой валюты», под которой как правило подразумевается биткоин и аналогичные платежные токены без центрального эмитента. Понятия ЦФА и цифровой валюты даны в ст. 1 Закона о ЦФА (№ 259-ФЗ от 31 июля 2020 года), рассказал преподаватель образовательной экосистемы Moscow Digital School, советник Lidings Дмитрий Кириллов. Он разъяснил, что цифровые финансовые активы — это цифровые права (понятие, определенное в Гражданском кодексе) денежные требования, возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам, права участия в капитале непубличного акционерного общества, право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг. По словам юриста, эти права выпускаются и обращаются в соответствии с законом о ЦФА в информационной системе на основе распределенного реестра (на блокчейне) и в других информационных системах. По сути это цифровые аналоги договоров займа, векселей, акций и облигаций, которые существуют в определенных информационных системах, пояснил эксперт.
Цифровые валюты
Цифровой валютой закон признает совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), которые также содержатся в информационной системе, но цифровыми правами не являются, говорит Кириллов. Он уточнил, что при этом цифровая валюта предлагается и принимается в качестве средства платежа, не являющегося российской, иностранной или международной валютой или в качестве инвестиций. Юрист отметил важный признак актива — в отношении цифровой валюты отсутствует лицо, обязанное перед каждым ее обладателем, а оператор и узлы информационной системы, где она существует, обязаны только обеспечивать соответствие порядка выпуска криптовалюты и записей о ней в этой системе ее правилам. «Иными словами, нельзя потребовать от оператора блокчейна (если такой найдется) выкупить выпущенную там криптовалюту или исполнить иные обязательства», — объяснил эксперт.
Международные расчеты в цифровых активах
Криптовалюта — это цифровая валюта, которая запрещена к приему за товары, работы и услуги, которые поставляются российскими юридическими лицами и российскими физическими лицами, отметил адвокат, управляющий партнер АБ «Адвокаты: Голенев и партнеры» Вячеслав Голенев. Юрист пояснил, что, по сути, обсуждение межународных расчетов в цифровых активах происходит именно в отношении цифровой валюты, а не ЦФА. Он подчеркнул, что международные расчеты возможны в криптовалюте при снятии (полного или частичного) указанного запрета. В таком случае биткоин или иная криптовалюта будет являться законным средством платежа за товары российских организаций и ИП, что существенно снизит влияние санкций на нашу экономику, так как американские регуляторы не контролируют криптооперации в отличие от долларовых корреспондентских счетов в американских банках, уверен Голенев. Теоретически международные расчеты в ЦФА — заманчивый инструмент, считает блокчейн-юрист Михаил Успенский. Однако ему предстоит долгий и тернистый путь: количество таких инструментов минимально, да и текущая мировая обстановка не предполагает повальное увеличение международным бизнесом финансовыми инструментами с российскими корнями, полагает эксперт. Технически вполне возможно продать ЦФА за деньги или обменять его, например, на другие ЦФА или на товары, уверен Дмитрий Кириллов. По его словам, если совершать эти сделки с иностранными контрагентами, готовыми открывать кошельки на российских платформах и платить с их помощью в условиях международных санкций, можно говорить о международных расчетах. «Однако эти операции потребуют новых изменений в законодательство: буквально в июле по аналогии с криптовалютой запретили принимать ЦФА в оплату товаров, работ и услуг — этот запрет придется отменять», — говорит юрист. — Binance запустил токен идентификации клиентов
Больше новостей о криптовалютах вы найдете в нашем телеграм-канале РБК-Крипто.
Несбывшиеся ожидания. Что не так с законом о цифровых финансовых активах
Закон о цифровых финансовых активах можно по праву назвать одним из самых обсуждаемых в уходящем году. Его формулировки не идеальны как с технологической, так и с экономической точки зрения. Стоит ли считать текущий вариант его проекта финальным? Безусловно, нет. Почему? Попробуем разобраться.
Предыстория
В мае 2019 года в Госдуме первое чтение прошли два законопроекта – «О цифровых финансовых активах» (Минфин) и «О внесении изменений в Гражданский кодекс РФ» (Госдума). Ко второму чтению первый из них претерпел колоссальные изменения, по сути сохранив только название. Но несмотря на глобальную переработку в нем остался ряд неоднозначных определений и механизмов взаимодействия контрагентов, отсутствие разъяснения которых не только не снимает вопросы, но и увеличивает их количество.
Несмотря на это, согласно поручению президента РФ по итогам совещания с членами правительства от 23 июля 2019 года (Пр-1427) «Правительству РФ совместно с Банком России и ФСБ России необходимо обеспечить формирование согласованной позиции в отношении проектов федеральных законов, предусматривающих регулирование цифровых финансовых активов и привлечение финансовых ресурсов с использованием цифровых технологий», а это значит, что до 15 декабря 2019 года закон должен быть принят, и скорее всего — в текущий редакции.
Что не так с законом о цифровых финансовых активах, и как его принятие отразится на текущих участниках крипторынка?
Непонятные понятия
В последней редакции законопроекта о ЦФА вводится понятие «цифрового финансового актива», трактовка которого неоднозначна и не дает четкого понимания к какой категории относятся криптовалюты, уже существующие в России. Безусловно, для участников рынка понятие «цифровая акция» или «цифровая ценная бумага» с точки зрения регулирования было бы гораздо более понятным и прозрачным.
Для осуществления торговли и обмена цифровых финансовых активов также вводится понятие «оператора обмена», при этом ответственной за их создание будет другая структура, а именно «информационная система». Использование определений «информационной системы» и «распределенный реестр» в перечислении (п.4) говорит о том, что под этим понятием подразумевается блокчейн, но дальнейший текст закона, когда вводится понятие «оператора информационной системы», свидетельствует о том, что это утверждение не совсем верно. Кто будет относится к данным операторам и по каким критериям им будет выдаваться лицензия ЦБ РФ в текущем законопроекте не отражено. Также как не отражена судьба криптовалют, основанных на открытом блокчейне, которые уже обращаются в России.
Барьеры входа
Складывается ощущение, что авторы текущего текста законопроекта пытаются решить свою ключевую задачу, а именно зарегулировать рынок, находящийся в стадии стремительного роста и имеющий огромный потенциал, но абсолютно непонятный с точки зрения стандартных правовых подходов, актуальных для иных форм финансовых активов.
Определив «барьер входа» в размере обеспечения уставного капитала в объеме 90 миллионов рублей или чистых активов для коммерческих организаций и общий ежегодный объем взносов (участников, членов) в имущество не менее 90 млн рублей для небанковских кредитных организаций, текущий законопроект автоматически исключает из процесса юридические лица, не соответствующие данным требованиям, стремительно сокращая число игроков рынка цифровых финансовых активов и обеспечивая его раздел между несколькими мажоритарными участниками. Следствием этого процесса может быть монополизация рынка, когда его поглотят один или несколько крупных банков.
Если рынок заберут банки – это не очень хорошие новости для его текущих участников. Если ситуация на рынке ЦФА сложится по аналогии с рынком микрофинансовых организаций (МФО), где есть конкуренция, лицензирование и никто по факту не является монополистом, занимая собственную нишу, – эта модель будет рабочей. На этом рынке нужны простые игроки с понятным интерфейсом и софтом, которые могут обеспечить легкий вход и выход на рынок, но таких игроков пока нет ни в России, ни в СНГ.
Вместо выводов
Отсутствие регулирования и появление единых центров контроля рынка цифровых финансовых активов – равнозначно для него губительны. То, что регулирование необходимо, не вызывает сомнений — смущает сам подход. Необходимость быстрого принятия закона влияет на глубину проработки вопроса. Фрагментарность закона и возможность для неоднозначной трактовки его ключевых понятий говорит о недостаточно глубоком изучении его создателями рынка цифровых финансовых активов как с технологической, так и с экономической точки зрения.
Кроме того, рассматривая текст проекта федерального закона «О цифровых финансовых активах» (№419059-7) в целом, не очень понятна целесообразность принятия Федерального закона от 02.08.2019 N 259-ФЗ о привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ, если текущие формулировки закона о ЦФА дублируют часть его положений.
На сегодняшний день участникам рынка остается только надеяться, что практика правоприменения закона о ЦФА в текущей редакции станет стартом для нового витка дискуссии бизнеса и государства, и необходимые поправки будут внесены. Этот материал опубликован на платформе бизнес-сообщества Forbes Экспертиза