Token consumed что это в реестре

Токен и криптовалюта в значении, определенном декретом №8: отдельные проблемы правоприменения Текст научной статьи по специальности «Право»

В настоящее время гражданское законодательство Республики Беларусь развивается в условиях перехода экономики на шестой технологический уклад. В результате всеобщей цифровизации в гражданский оборот вводятся все новые объекты правоотношений, правовая природа которых носит неоднозначный характер. Для определения правового статуса таких объектов и внедрения новых технологий во все сферы жизнедеятельности человека в Республике Беларусь был принят ряд нормативных правовых актов , основным из которых следует признать Декрет Президента Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. №8 «О развитии цифровой экономики» (далее Декрет №8). Декрет №8 призван стать основой для последующего развития цифровых технологий на территории белорусского государства. Однако, несмотря на положительные результаты принятия указанного нормативного правового акта , отдельные его положения требуют уточнения. Речь идет о таких основополагающих понятиях, как « токен » и « криптовалюта ». По мнению автора статьи, содержащиеся в Декрете №8 определения не позволяют в достаточной степени выявить правовую природу указанных средств обмена, а, значит, определить их место среди объектов гражданских прав. Не опровергая наличие у токена вещно-правовой природы, автор делает вывод о необходимости реформирования подходов к определению объекта вещных прав. Кроме этого, автор указывает на спорный характер приравнивания понятия « криптовалюта » к понятию « токен », поскольку на основании проведенного исследования им были выявлены значительные отличия, которые не позволяют говорить о них как о синонимах. Таким образом, целью исследования стало обоснование необходимости внесения изменений в Декрет №8 в части правового регулирования общественных отношений, возникающих в связи с использованием токенов и криптовалюты, а именно: изменение подходов к определению понятий названных средств обмена и их правового статуса. В ходе исследования решены следующие задачи: проведен анализ понятий « токен » и « криптовалюта », обоснована их неравнозначность; внесены предложения по определению правовой природы указанных объектов и уточнению терминологии, используемой в Декрете №8 по отношению к ним. Методика исследования была представлена совокупностью подходов, способов и приемов, направленных на достижение поставленной цели, среди которых следует выделить методы анализа, синтеза и сравнения.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

TOKEN AND CRYPTOCURRENCY IN THE MEANING DEFINED BY THE DECREE No.8: CERTAIN PROBLEMS OF LAW ENFORCEMENT

At present, the civil legislation of the Republic of Belarus is developing in the conditions of transition of the economy to the sixth technological order. As a result of universal digitalization, new objects of legal relations are introduced into civilian circulation, the legal nature of which is ambiguous. In order to determine the legal status of such facilities and introduce new technologies in all spheres of human activity in the Republic of Belarus, a number of regulatory legal acts were adopted, the main of which is the Decree of the President of the Republic of Belarus of December 21, 2017 No.8 «On the development of the digital economy» (hereinafter Decree No.8). Decree No.8 is intended to become the basis for the subsequent development of digital technologies in the territory of the Belarusian state. However, despite the positive results of the adoption of this regulatory legal act, some of its provisions require clarification. We are talking about such fundamental concepts as « token » and « cryptocurrency ». The author of the article believes that the definitions contained in Decree No.8 do not allow to sufficiently reveal the legal nature of these means of exchange, and, therefore, determine their place among the objects of civil rights. Without disproving whether the token has a proprietary legal nature, the author concludes that it is necessary to reform approaches to the definition of the object of real rights. In addition, the author points to the controversial nature of equating the concept of « cryptocurrency » to the concept of « token », since on the basis of the study, the author identified significant differences that do not allow to speak of them as synonyms. Thus, the purpose of the study was to substantiate the need for amending Decree No.8 regarding the legal regulation of social relations arising in connection with the use of tokens and cryptocurrency , namely: changing the approaches to the definition of the concepts of these media and their legal status. In the course of the study, the following tasks were solved: the concepts of « token » and « cryptocurrency » were analyzed, their inequality was justified; proposals were made to define the legal nature of these objects and clarify the terminology used in Decree No.8 in relation to them. The research methodology was represented by a set of approaches, methods and techniques aimed at achieving this goal, among which the methods of analysis, synthesis and comparison are to be emphasized.

Текст научной работы на тему «Токен и криптовалюта в значении, определенном декретом №8: отдельные проблемы правоприменения»

СТАТЬИ. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПРАВО / ARTICLES. ECONOMICS LAW

ТОКЕН И КРИПТОВАЛЮТА В ЗНАЧЕНИИ, ОПРЕДЕЛЕННОМ ДЕКРЕТОМ №8: ОТДЕЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Учреждение образования Федерации профсоюзов Беларуси «Международный университет «МИТСО»», г. Минск, Республика Беларусь

Гладкая Е.Н. Токен и криптовалюта в значении, определенном декретом №8: отдельные проблемы правоприменения // BENEFICIUM. 2019. 1(30): 53-66. https://doi.org/1ü.3468ü/BENEFICIUM.2019.1(3ü).53-66

Gladkaya E.N. Token and cryptocurrency in the meaning defined by the decree №8: certain problems of law enforcement // BENEFICIUM. 2019. 1(30): 53-66. In Russian. https://doi.org/10.34680/BENEFICIUM.2019.1(30).53-66

исследования им были выявлены значительные отличия, которые не позволяют говорить о них как о синонимах. Таким образом, целью исследования стало обоснование необходимости внесения изменений в Декрет №8 в части правового регулирования общественных отношений, возникающих в связи с использованием токенов и криптовалюты, а именно: изменение подходов к определению понятий названных средств обмена и их правового статуса. В ходе исследования решены следующие задачи: проведен анализ понятий «токен» и «криптовалюта», обоснована их неравнозначность; внесены предложения по определению правовой природы указанных объектов и уточнению терминологии, используемой в Декрете №8 по отношению к ним. Методика исследования была представлена совокупностью подходов, способов и приемов, направленных на достижение поставленной цели, среди которых следует выделить методы анализа, синтеза и сравнения.

Ключевые слова: токен, криптовалюта, актив, имущественные права, вещь.

TOKEN AND CRYPTOCURRENCY IN THE MEANING DEFINED BY THE DECREE No.8: CERTAIN PROBLEMS OF LAW ENFORCEMENT

Higher Educational Establishment of the Federation of Trade Unions of Belarus «International University «MITSO»», Minsk, the Republic of Belarus

reform approaches to the definition of the object of real rights. In addition, the author points to the controversial nature of equating the concept of «cryptocur-rency» to the concept of «token», since on the basis of the study, the author identified significant differences that do not allow to speak of them as synonyms. Thus, the purpose of the study was to substantiate the need for amending Decree No.8 regarding the legal regulation of social relations arising in connection with the use of tokens and cryptocurrency, namely: changing the approaches to the definition of the concepts of these media and their legal status. In the course of the study, the following tasks were solved: the concepts of «token» and «cryptocurrency» were analyzed, their inequality was justified; proposals were made to define the legal nature of these objects and clarify the terminology used in Decree No.8 in relation to them. The research methodology was represented by a set of approaches, methods and techniques aimed at achieving this goal, among which the methods of analysis, synthesis and comparison are to be emphasized.

Keywords: token, cryptocurrency, asset, property rights, thing.

Первая половина XXI века ознаменована быстрым развитием цифровых технологий, а вместе с этим появлением новых объектов общественных отношений. Большинство из таких объектов, в частности, токены и криптовалюта, не подпадают под признаки ни одного из объектов гражданских прав, внесенных в одноименный перечень, который закреплен в ст. 128 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК Республики Беларусь).

Республика Беларусь — первое государство на постсоветском пространстве, где цифровые валюты, на основании положений Декрета Президента Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. №8 «О развитии цифровой экономики» (далее — Декрета №8), были признаны в качестве объектов правоотношений и наделены статусом средства обмена. Следует отметить, что принятие Декрета №8 было направлено на создание условий для внедрения в экономику Республики Беларусь технологии блокчейн, иных технологий, основанных на принципах распределенности, децентрализации и безопасности совершаемых с их использованием операций.

В Приложении 1 к указанному нормативному правовому акту даны определения новым для законодательства Республики Беларусь понятиям — «то-кен» и «криптовалюта». Между тем, указанные определения носят противоречивый характер и не позволяют в полной мере определить правовой статус новых объектов гражданского оборота.

Пунктом 12 Приложения 1 к Декрету №8 цифровой знак (токен) определен как запись в реестре блоков транзакций (блокчейне), иной распределенной информационной системе, которая удостоверяет наличие у владельца цифрового знака (токена) прав на объекты гражданских прав и (или) является крип-товалютой.

Данное определение имеет ряд недостатков.

Так, из него следует, что понятия «цифровой знак» и «токен» необходимо рассматривать как синонимы, а их значение определяется как «запись в реестре блоков транзакций». По нашему мнению, такой подход является не совсем верным, поскольку в этом случае значение указанных терминов сформировано на основании общетеоретических положений компьютерных технологий, тогда как первоочередной задачей было определение их правовой сущности с точки зрения объекта общественных правоотношений.

Вместе с тем, использование указанных терминов в качестве синонимов не представляется возможным, поскольку на языке программирования они имеют несколько разное лексическое значение.

Так, под цифровым знаком (в программировании это понятие используется в значении ЦВЗ — цифрового водяного знака — Прим. автора) принято понимать способ защиты, представляющий собой некоторую информацию, которая добавляется к цифровому контенту и может быть обнаружена или извлечена для предъявления прав на этот контент [Бескид, Татарникова, 2010; 205]. Это значит, что цифровой знак является составной частью контента, а его использование направлено на защиту прав и законных интересов правообладателя.

Согласно общему значению понятия «токен» — это некое подобие денег, призванное заменить их в гражданском обороте. Токенами можно назвать, например, жетоны метрополитена, фишки в казино и т.п.

В сфере цифровых валют токен имеет несколько значений. Ниже будут рассмотрены те, которые являются часто используемыми.

Так, на языке программирования под ним понимают «цифровой ключ, позволяющий осуществить идентификацию для доступа к определенному объекту». Полагаем, что именно это значение понятия «токен» легло в основу того, что закреплено в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8. Данное определение позволяет сделать вывод о том, что токен, выполняя защитную функцию, является своего рода паролем, наличие которого предоставляет право доступа его обладателю к нужному объекту. Это значит, что в отличие от цифрового знака, токен в сам объект защиты не включен.

Обобщая сказанное, следует сделать вывод о том, что понятия «цифровой знак» и «токен» синонимами не являются, поскольку, цифровой знак внедряется в объект защиты и применяется для его охраны, а токен удостоверяет имущественные права на объект, но при этом в него не включен. В упрощенном виде токен представляет собой определенную цифровую запись или код, поэтому равным ему по значению понятием, используемым в программировании, следует признать «компьютерный» или «цифровой код».

Таким образом, несмотря на близкое значение терминов «цифровой знак» и «токен», считаем необходимым отказаться от их употребления в качестве синонимов и в дальнейшем применять только понятие «токен», а при необходимости его замены использовать такие понятия, как «компьютерный» или «цифровой» код.

Блейзер Ч. в своей статье «Пять признаков виртуальной собственности» и вовсе приходит к выводу, что любой объект виртуальной собственности — это компьютерный код, в отношении которого одному или нескольким лицам предоставлены правомочия по осуществлению контроля над ним [Блейзер, 2006].

Вместе с этим, считаем необходимым пересмотреть понятие токена, закрепленное в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8, поскольку раскрытие его через «запись в реестре блоков транзакций» не позволяет в достаточной степени определить содержание данного правового явления. Это связано с тем, что указанное понятие отражает значение токена, согласно терминологии языка программирования, в то время как первоочередной задачей является установление его правового статуса, как объекта общественных правоотношений.

В качестве средства для привлечения инвестиций под токеном понимают цифровой актив, выпущенный по инициативе юридического или физического лица с определенной целью [Школа инвестирования и трейдинга, 2019]. В зависимости от указанной цели токены могут быть разделены на несколько видов:

— Equity tokens можно сравнить с акциями, при наличии которых участник сети имеет возможность получать долю от прибыли;

— наличие Utility tokens предоставляет определенные возможности в рамках той платформы, к которой они относятся;

— Asset-backed tokens — это токены, оборотоспособность которых обеспечена реальным товаром.

По нашему мнению, определение токена как цифрового актива оправдано, ибо оно в большей степени направлено на установление его правовой сущности и способствует определению его места среди объектов гражданских прав. В этом случае токен приобретает значение средства, с помощью которого могут быть удостоверены имущественные права, а его защитная функция становится второстепенной.

Следует отметить, что определение токена как цифрового актива нашло свое отражение в Проекте Федерального Закона №419059-7 «О цифровых финансовых активах» (далее — Проект Закона №419056-7), принятом Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении 22 мая 2018 г. Согласно положениям Проекта Закона №419056-7, под токеном предлагается понимать вид цифрового финансового актива, который выпускается юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем (далее — эмитентом) с целью привлечения финансирования и учитывается в реестре цифровых транзакций.

Использование в определении вместо слова «запись» словосочетания «финансовый актив» позволило отойти от специальной терминологии программирования и сделать его более понятным и информативным. Такое определение токена напрямую свидетельствует о возможности отнесения его к объектам гражданских прав.

Наряду с этим, указанное определение нельзя признать единственно верным, т.к. и оно имеет свои недостатки. Так, обозначенная в нем цель — привлечение финансирования — свидетельствует о сужении круга токенов до тех, которые получены с помощью ICO. В таком случае иные возможные виды токенов выпадают из области правого регулирования.

С одной стороны, это оправдано сферой применения Проекта Закона № 419056-7, с другой — иного понятия «токен» ни в проектах, ни в действующих нормативных правовых актах Российской Федерации не содержится.

Обратим внимание, что в соответствии с положениями Декрета №8, правовой статус токенов носит неопределенный характер. Вместе с тем, указанный нормативный правовой акт также предусматривает возможность применения понятия «актив» к токену.

В соответствии с п. 3.4 для целей бухгалтерского учета возникшие (добытые) в процессе майнинга или приобретенные иным способом токены признаются активами. В силу ст. 1 Закона Республики Беларусь от 12 июля 2013 г. №57- З «О бухгалтерском учете и отчетности», активами признается имущество, возникшее в организации в результате совершенных хозяйственных операций, от которого организация предполагает получение экономических выгод. Таким образом, для целей бухгалтерского учета токены признаются имуществом.

Отметим, что в законодательстве Республики Беларусь наряду с указанным понятием, ранее применялось понятие «финансовый актив» («финансовые активы»).

Так, на основании положений ранее действующей Инструкции о порядке раскрытия информации и представления бухгалтерской отчетности о финансовых инструментах, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 22 декабря 2006 г. №164, под финансовым активом следовало понимать актив, являющийся: денежными средствами; правом требовать от другой организации по ценной бумаге или договору (далее — договор) денежные средства или другие финансовые активы; правом обмениваться с другой организацией по договору финансовыми активами или финансовыми обязательствами на условиях, которые являются выгодными для организации; долевым инструментом другой организации; договором независимо от того, является он производным финансовым инструментом или нет, расчет по которому осуществляется или может осуществляться путем получения переменного (нефиксированного) числа собственных долевых инструментов организации. Исходя из данного определения, к финансовым активам были отнесены денежные средства, отдельные имущественные права и договор на получение долевых инструментов организации.

В настоящее время понятие «финансовый актив» в законодательстве Республики Беларусь используется в значении, закрепленном в Положении о финансировании коммерческих организаций под уступку прав (требований) за счет средств, привлеченных путем эмиссии облигаций, либо с последующей эмиссией облигаций, утвержденном Указом Президента Республики Беларусь

от 11 мая 2017 г. №154. Согласно этому нормативному правовому акту, финансовыми активами являются денежные средства, ценные бумаги и иные объекты гражданских прав, перечень которых определяется республиканским органом государственного управления, осуществляющим государственное регулирование рынка ценных бумаг. Таким образом, в соответствии с указанным Положением, финансовым активом может быть признан практически любой объект гражданских прав, признанный в качестве такового республиканским органом государственного управления.

Необходимо отметить, что понятия, содержащиеся в приведенных нормативных правовых актах, носят общий характер. Вместе с тем, считаем целесообразным рассмотреть возможность их применения к токену и иным продуктам технологии блокчейн.

Иные значения токена предусмотрены в подп. 3.1, 3.3 п. 3 и подп. 4.2 п. 4 Декрета №8.

Согласно подп. 3.1 п. 3 указанного нормативного правового акта, для целей налогообложения отчуждение токенов, в том числе путем их обмена на иные токены, рассматривается как реализация имущественных прав.

В силу подп. 4.2 п. 4 Декрета №8, токены не относятся к средствам в значении, определенном законодательством о предотвращении легализации доходов, полученных преступным путем, финансирования террористической деятельности и финансирования распространения оружия массового поражения. В ст. 1 Закона Республики Беларусь от 30 июня 2014 г. №165-З «О мерах по предотвращению легализации доходов, полученных преступным путем, финансирования террористической деятельности и финансирования распространения оружия массового поражения» к таким средствам отнесены денежные средства, ценные бумаги, электронные деньги, иное имущество, в том числе имущественные права, а также исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности. Это значит, что, на основании подп. 4.2 п. 4 Декрета №8, токены не могут быть признаны одним из вышеназванных объектов гражданских прав.

Кроме того, ч. 2 подп. 3.3 п. 3 Декрета №8 предусмотрено, что майнинг, деятельность оператора криптоплатформы, оператора обмена криптовалют, иная деятельность с использованием токенов не признаются банковской деятельностью.

В ст. 12 Банковского кодекса Республики Беларусь под банковской деятельностью понимается совокупность осуществляемых банками и небанковскими кредитно-финансовыми организациями банковских операций, направленных на извлечение прибыли. Ст. 14 и ст. 15 определен перечень и виды банковских операций, объектами которых названы денежные средства, в том числе электронные деньги, драгоценные металлы и драгоценные камни.

Таким образом, еще раз подтверждается невозможность отнесения токенов к таким объектам гражданских прав, как деньги (электронные деньги).

Обобщив ранее приведенные понятия токена, отметим, что под ним следует понимать некий аналог деньгам или финансовый актив, представляющий

собой цифровой ключ, с помощью которого осуществляется идентификация для доступа к определенному объекту.

Полученное определение обнаруживает некоторое сходство токена с ценной бумагой, в частности, с бездокументарной. Усиливает данное сходство определение токена в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8, как «запись в реестре блоков транзакций <. >».

Так, согласно ст. 143 ГК Республики Беларусь, ценной бумагой являются документ либо совокупность определенных записей, удостоверяющие с соблюдением установленной формы и (или) обязательных реквизитов имущественные и неимущественные права.

Вместе с тем, ч. 1 подп. 3.3 п. 3 Декрета №8 прямо указывает на невозможность распространения на отношения резидентов Парка высоких технологий с использованием токенов законодательства о ценных бумагах, секьюритиза-ции, требований о лицензировании профессиональной и биржевой деятельности по ценным бумагам.

На основании изученных положений Декрета №8 не представляется возможным определение правовой сущности токенов в законодательстве Республики Беларусь через правовой статус ценной бумаги, в том числе бездокументарной.

Таким образом, согласно Декрету №8, токены не могут быть отнесены к деньгам, в том числе электронным, ценным бумагам, иному имуществу, не признаются исключительными правами на результаты интеллектуальной деятельности, а отнесение их к имущественным правам возможно лишь для целей налогообложения.

Несмотря на отсутствие прямого указания на правовой статус токена в Декрете №8, мы склонны полагать о возможности причисления его к объектам, имеющим вещно-правовую природу, что следует из положений указанного нормативного правового акта. Такой вывод, в частности, подтверждает п. 3 Приложения 1 к Декрету №8, в соответствии с которым владелец цифрового знака (токена) — это субъект гражданского права, которому цифровой знак (то-кен) принадлежит на праве собственности или на ином вещном праве. При таком подходе токен приобретает статус вещи, поскольку только она может быть рассмотрена в качестве объекта вещных прав.

Вместе с тем, согласно устоявшимся в гражданском праве представлениям о вещи — это предмет материального мира. Токен предметом материального мира не является. В этой связи для квалификации токена как объекта вещного права требуется изменение сформировавшихся суждений о самой вещи. В этом случае особое значение приобретает предложенная нами концепция о расширении круга вещей путем отнесения к ним тех, которые не имеют материальной формы.

Учитывая сказанное, полагаем, что в основу определения токена должно быть положено его значение как цифрового финансового актива, что позволит отразить его правовое содержание и сферу возможного применения. Такая по-

зиция обусловлена тем, что токен, как правило, используется в качестве инструмента инвестиционной деятельности, для получения прибыли, в кредитовании и при продаже ценных бумаг.

Дальнейший анализ понятия «токен», нашедшего свое закрепление в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8, выявил следующее.

Из существа данного определения следует, что токен — это запись в реестре блоков транзакций, которая удостоверяет наличие у его владельца прав на объекты гражданских прав и (или) является криптовалютой. Применение союзов и (или) указывает на необходимость разграничения понятий «токен» и «криптовалюта». Иными словами, законодатель допускает существование то-кенов, которые, не являясь криптовалютой, удостоверяют права на объекты гражданских прав, что позволяет говорить о том, что понятие «токен» шире понятия «криптовалюта».

Хилюта В.В. полагает, что «термин «токен» (в Декрете №8 — Прим. автора) используется в качестве общего понятия, которое охватывает и традиционные криптовалюты, и токены, выпускаемые в ходе ICO» [Хилюта, 2019]. Подобное толкование содержания указанного термина соотносится с положениями п. 4 Приложения 1 к Декрету №8, в котором закреплено определение криптовалюты. Согласно данному пункту, криптовалюта — биткоин, иной цифровой знак (токен), используемый в международном обороте в качестве универсального средства обмена.

Таким образом, в законодательстве Республики Беларусь понятие криптовалюты сведено к понятию токена.

Между тем, это не совсем так. Как отмечают эксперты, «токен» и «криптовалюта» — понятия, имеющие близкое значение, но признать их равнозначными не представляется возможным [Bitnews Today, 2019].

Сходство криптовалют и токенов проявляется в одинаковой степени крип-тозащиты и скорости переводов. Отличия между ними можно провести по нескольким основаниям, но ключевые из них кроются в порядке выпуска (эмиссии) криптовалют и токенов, используемом ими блокчейне, возможности выполнения функции ценной бумаги и их назначении.

Эмиссия токенов всегда централизована. Это связано с тем, что только их создатель принимает решение о выпуске токенов на отдельно взятой платформе. Как правило, это происходит в рамках ICO — эмиссии токенов с целью привлечения инвестиций. Следует отметить, что курс токенов обеспечен имуществом их эмитента и напрямую зависит от действий последнего.

Майнинг токенов также относится к исключительной компетенции их создателя.

Эмиссия криптовалют и их майнинг децентрализованы, т.е. деятельность, направленная на создание (добычу) криптовалют, может осуществляться любым лицом. Курс цифровых валют не обеспечен ничем и напрямую зависит от спроса на них.

Токены не имеют своего блокчейна, а при их использовании применяется блокчейн той платформы, на которой они выпускались.

Для цифровой валюты характерно наличие своего блокчейна, по отношению к которому она является расчетной единицей.

Криптовалюты не могут выполнять функции ценных бумаг, тогда как то-кены, в частности Equity tokens, приравнивают к акциям организации, их выпустившей.

По нашему мнению, главное отличие между криптовалютами и токенами кроется в их назначении. Так, если криптовалюты в основном используются в качестве средства обмена (средства платежа), то сфера применения токенов значительно шире. Токены представляют собой универсальный финансовый инструмент, с помощью которого могут осуществляться действия, направленные на инвестирование и кредитование. Наряду с этим, токены могут быть использованы как самостоятельное средство обеспечения исполнения обязательства.

Обратим внимание, что согласно понятию «токен», закрепленному в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8, значение такого рода записи в блокчейне заключается в удостоверении права на объекты гражданских прав. Вместе с тем, дополнительная детализация тому, какие это могут быть объекты, не приводится.

На основании имеющихся видов токенов — Equity tokens, Utility tokens, Asset-backed tokens, — рассмотренных нами ранее, можно предположить, что к таким объектам следует отнести деньги, имущественные права и товары.

Вместе с тем, исходя из положений п. 2.2 Декрета №8, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели, вправе обменивать токены на иные токены, отчуждать их за белорусские рубли, иностранную валюту, электронные деньги, а также дарить и завещать токены. Это значит, что право использовать их в качестве средства платежа путем обмена на имущество физическим лицам не предоставлено.

Нет данного права и у иных субъектов гражданского оборота.

На основании п. 3 Положения о Парке высоких технологий, утвержденного Декретом Президента Республики Беларусь от 22 сентября 2005 г. №12, в редакции Декрета №8, организации со статусом юридического лица — резиденты Парка высоких технологий — могут осуществлять деятельность с использованием цифровых знаков (токенов), в том числе содержащую признаки профессиональной и биржевой деятельности по ценным бумагам, деятельность инвестиционного фонда, секьюритизацию, а также осуществлять операции по созданию и размещению собственных цифровых знаков (токенов).

Наряду с этим, в соответствии с п. 2.1 Декрета №8, указанным организациям, вместе с иными организациями со статусом юридического лица, предоставлено право через операторов криптоплатформ, операторов обмена крип-товалют, иных резидентов Парка высоких технологий, осуществляющих соответствующий вид деятельности, приобретать, отчуждать токены, совершать с ними иные сделки (операции).

Согласно п. 2.3 Декрета №8, к иным сделкам, которые могут быть осуществлены оператором криптовалют, относятся сделки с токенами, за исключением операций по обмену токенов на объекты гражданских прав иные, чем

белорусские рубли, иностранная валюта, электронные деньги, токены. Оператор криптовалют вправе совершать указанные виды сделок в своих интересах.

Из сказанного следует, что объем правомочий владельца токена по распоряжению им достаточно ограничен, поскольку последний может быть использован исключительно как средство обмена на фиатные деньги или цифровые валюты. Прямой обмен токенов на имущество, либо иные объекты гражданских прав запрещен. Таким образом, значение токена, согласно Декрету №8, можно определить в возможности сохранения и капитализации денежных средств, в том числе, путем их инвестирования. При этом ни токены, ни криптовалюту к «деньгам» отнести нельзя, поскольку они не могут быть использованы в качестве средства платежа.

Остается неясным, почему в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8 речь идет о том, что токен удостоверяет права на объекты гражданских прав, тогда как единственным таким объектом выступают деньги. Это дает основание полагать, что содержание названного пункта находится в противоречии с основными положениями Декрета №8.

С другой стороны, можно предположить, что такая формулировка обусловлена правовой природой самого токена.

На основании положений подп. 3.1 п. 3 Декрета №8, для целей налогообложения обмен токенов на токены следует рассматривать как реализацию имущественных прав. Исходя из этого, круг объектов гражданских прав, на которые токены удостоверяют права, может быть расширен. Такое объяснение позволяет считать содержание указанного пункта оправданным, но лишь до того момента пока не установлен истинный правовой статус токена.

Подводя итог рассмотрению вопроса о соотношении понятий «криптова-люта» и «токен», отметим следующее.

Названные понятия действительно близки по смыслу. Можно даже сказать о том, что криптовалюта и есть токен, но лишь в значении замены деньгам. Однако не представляется возможным, что законодатель вкладывал именно это значение токена в определение криптовалюты, закрепленное в п. 4 Приложения 1 к Декрету №8.

На основании сказанного, полагаем, что сведение понятия криптовалюты к токену является неоправданным, поскольку общее между ними, кроме скорости переводов и криптозащиты, ограничивается тем, что оба они представлены записью в блокчейне, а по существу — программным кодом, и могут быть отнесены к некому аналогу денег.

Наряду с этим, наличие указанных признаков не говорит о равнозначности таких понятий, ибо, в противном случае, любые записи в реестре блоков транзакций следует называть токенами.

Так, на основании п.9 Декрета №8, смарт-контракты — это тоже программный код, предназначенный для функционирования в блокчейне или иной распределенной информационной системе. При этом не возникает сомнений о невозможности отнесения смарт-контрактов к токенам.

Еще одним недостатком определения криптовалюты, которое содержится в указанном пункте, является то, что оно не позволяет в достаточной степени отграничить ее от иных денежных суррогатов. В частности, на основании указанного определения происходит смешение криптовалют и электронных денег, тогда как последние имеют ряд отличительных признаков.

Так, Яндекс.Деньги, WebMoney и др. тоже в какой-то степени относятся к аналогам денег, однако в соответствии с ч. 1 п. 1 Правил осуществления операций с электронными деньгами, утвержденных постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 26 ноября 2003 г. №201 (далее -Правила), эмиссию и погашение электронных денег, в отличие от криптовалют, на территории Республики Беларусь осуществляют банки. Более того, согласно ч. 1, 4 п. 9 указанных Правил, электронные деньги подлежат номинированию в белорусских рублях или иностранной валюте, что не предусмотрено по отношению к цифровым валютам.

Сказанное позволяет сделать вывод о необходимости изменения понятия «криптовалюта» с целью отграничения указанного средства обмена от электронных денег. В этой связи, надлежит уточнить законодательно закрепленное понятие криптовалюты путем включения в него характерных признаков данного правового явления с целью обеспечения возможности последующей его квалификации в качестве определенного вида объекта гражданских прав.

На основании проведенного исследования, полагаем, что к признакам, позволяющим отделить криптовалюту от схожих с ней правовых явлений, следует отнести: ее значение в качестве цифрового средства обмена, представляющего собой запись в собственном блоке транзакций; децентрализованные эмиссию и майнинг; отсутствие обеспечения их выпуска каким-либо имуществом; волатильность курса криптовалют.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Отдельно отметим, что, на наш взгляд, стоит отказаться от включения понятия «криптовалюта» в содержание нормативных правовых актов, в том числе, исключить его из Приложения 1 к Декрету №8, а предложенное определение применять только как разъяснение новому явлению всеобщей цифрови-зации. Это обусловлено тем, что с развитием цифровых технологий будут появляться все новые нетрадиционные объекты общественных отношений, которые будут использоваться для удовлетворения имущественных потребностей их субъектов. Поэтому нет необходимости в предоставлении правового регулирования каждому из них в отдельности, а достаточно предусмотреть общие правовые нормы, которые в равной степени были бы применимы ко всем названным объектам.

Думается, что правовая природа таких объектов должна быть схожей с правовой природой криптовалюты, а значит, их можно объединить в одну группу нетрадиционных объектов Интернет-пространства. Полагаем, что подходящим названием для указанной группы объектов будет термин «цифровые средства обмена».

В законодательстве Республики Беларусь роль понятия, включающего в себя все возможные цифровые средства обмена, должна быть отдана понятию «токен».

Учитывая значение токена как цифрового аналога деньгам, полагаем, что со временем сфера применения токенов должна быть расширена.

На основании сказанного, понятие токена, закрепленное в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8, требуется признать основополагающим для всех возможных аналогов денег в цифровой форме и изложить его в новой редакции с учетом ранее предложенных изменений. В первую очередь, необходимо отказаться от использования понятия «цифровой знак» в качестве синонима то-кену, во вторую — не раскрывать содержание токена через понятие «запись в реестре блоков транзакций».

Для решения проблемы о правовом статусе токена следует определить его правовую природу и, в зависимости от полученных результатов, внести изменения в п. 12 Приложения 1 к Декрету №8. При этом необходимо учитывать изъятия, предусмотренные данным нормативным правовым актом, по отношению к объектам гражданских прав, к которым токены отнесены быть не могут.

Названные изменения должны быть направлены на отграничение токенов от иных объектов гражданских прав, и прямо указывать к какому из них следует относить сами токены.

1. Бескид П.П., Татарникова Т.М. О некоторых подходах к решению проблемы авторского права в сети Интернет // Ученые записки Российского государственного гидрометеорологического университета. 2010. №15. С. 199-210.

2. Блейзер Ч. Пять признаков виртуальной собственности // University of New Hampshire. URL: https://scholars.unh.edu/unh_lr/vol5/iss1/8/ (дата обращения: 20.05.2019). In English.

3. Криптовалюта vs токен — найди отличия // Bitnews Today. URL: https://bitnewstoday.ru/market/blockchain/kriptovalyuta-vs-token-naydi-otlichiya/ (дата обращения: 23.05.2019).

4. Понятие токена в криптовалюте // Школа инвестирования и трейдинга. URL: https://investment-school.ru/crypto-currency-tokens/ (дата обращения: 20.05.2019).

5. Хилюта В.В. Криптовалюта и токен — новые объекты гражданских прав? // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2019.

1. Beskid P.P., Tatarnikova T.M. O nekotorykh podkhodakh k resheniiu prob-lemy avtorskogo prava v seti Internet [About some approaches to solving the problem of copyright on the Internet]. Uchenye zapiski Rossiiskogo gosudarstven-nogo gidrometeorologicheskogo universiteta [Proceedings of the Russian State Hydrometeorological University], 2010, no. 15, pp. 199-210. In Russian.

2. Blazer Ch. Piat’ priznakov virtual’noi sobstvennosti [The Five Indicia of Virtual Property]. University of New Hampshire, 2006. Available at: https://schol-ars.unh.edu/unh_lr/vol5/iss1/8/ (accessed: May 20, 2019).

3. Kriptovaliuta vs token — naidi otlichiia [Cryptocurrency vs Token — Find the Differences]. Bitnews Today, 2018. Available at: https://bitnewstoday.ru/mar-ket/blockchain/kriptovalyuta-vs-token-naydi-otlichiya/ (accessed: May 23, 2019). In Russian.

4. Poniatie tokena v kriptovaliute [The concept of a token in cryptocurrency]. Shkola investirovaniia i treidinga [School of investing and trading], 2018. Available at: https://investment-school.ru/crypto-currency-tokens/ (accessed: May 20, 2019). In Russian.

5. Hiluta V.V. Cryptocurrency and token — new objects of civil rights? Consultant Plus. Belarus, 2018. In Russian.

Токен или криптовалюта: технологическое содержание и экономическая сущность Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

КРИПТОВАЛЮТА / ТОКЕН / КОИН / ЦИФРОВЫЕ ДЕНЬГИ / ЭЛЕКТРОННЫЕ ДЕНЬГИ / РАСЧЕТНАЯ ЕДИНИЦА / ТОКЕНОМИКА / ТОКЕНИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ / ТЕОРИЯ МНОЖЕСТВ / МНОЖЕСТВО ДЕНЕГ / CRYPTOCURRENCY / TOKEN / COIN / DIGITAL MONEY / ELECTRONIC MONEY / UNIT / TOKEN ECONOMY / TOKENIZATION OF ECONOMY / THEORY OF SETS / AN ARRAY OF MONEY

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Варнавский Андрей Владимирович

Сформулированы обязательные признаки расчетной единицы . Выявлены отличительные характеристические свойства множества крипто-расчетных единиц, в частности подмножеств расчетных единиц x-типа ( коин ) и y-типа ( токен ). Доказано, что эти множества не пересекаются. Предложено в множестве коинов выделить подмножество С2, которое имеет дополнительное характеристическое свойство функционирование на основе смарт-контракта. Обоснован тезис, что любая расчетная единица несет в себе стоимость ресурса. Даже для расчетных единиц с так называемой собственной ценностью (биткоин) обнаружено наличие ресурса в заложенных в ней функциях. Раскрыты четыре характеристических свойства, присущих множеству «деньги» (M = ) и выделено подмножество DM = , содержащее в себе совокупность цифровых фиатных денег, обеспеченных государством (множества F = ) и подмножество P = , которое фактически является дополнением множества F). Доказано, что криптовалюты имеют характеристические свойства множества M = лишь в пределах собственного сообщества. Сформулирован парадокс алгоритмического гаранта, отражающий отсутствие необходимости формализации неформальных институтов, функционирующих на основе программных алгоритмов. Раскрыты определения таких понятий, как « криптовалюта », « токеномика » и « токенизация экономики ». Для наглядного представления взаимосвязи различных множеств расчетных единиц используются круги Эйлера. Сформирована стройная классификация расчетных единиц , основанная на характеристических свойствах выявленных множеств. Результаты исследования могут быть использованы для формирования основ правового регулирования обращения цифровых расчетных единиц .

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Token Money or Cryptocurrency: Technological Content and Economic Essence

The obligatory features of the unit of account are formulated. Distinctive characteristic properties of a set of crypto-calculation units, in particular, subsets of x-type ( coin ) and y-type ( token ) calculation units, are revealed. It is proved that these sets do not intersect. It is proposed to allocate a subset of C 2 in the set of coins, which has an additional characteristic property functioning on the basis of a smart contract. The thesis that any settlement unit carries the cost of a resource is proved. Even for units of account with the so-called “intrinsic value” (bitcoin), the presence of a resource in its functions was found. Four characteristic properties inherent in the set of “money” (M = ) are disclosed and a subset DM = is allocated, containing a set of digital Fiat money secured by the state (sets F = ) and a subset P = , which is actually an addition to the set F). It is proved that cryptocurrencies have characteristic properties of the set M = only within their own community. The paradox of the algorithmic guarantor, reflecting the absence of the need for formalization of algorithmic informal institutions, is formulated. Disclosed definitions of such concepts as “ cryptocurrency ”, “ token economy” and “tokenization economy”. Euler circles are used to visualize the relationship between different sets of calculation units. A coherent classification of calculation units based on the characteristic properties of the identified sets is formed. The results of the study can be used to form the basis of legal regulation of the circulation of digital units of account.

Текст научной работы на тему «Токен или криптовалюта: технологическое содержание и экономическая сущность»

DOI: 10.26794/2587-5671-2018-22-5-122-140 УДК 336.741.2(045) JEL E42

Токен или криптовалюта: технологическое содержание и экономическая сущность

Финансовый университет, Москва, Россия http://orcid.org/0000-0002-1517-3786

Сформулированы обязательные признаки расчетной единицы. Выявлены отличительные характеристические свойства множества крипто-расчетных единиц, в частности подмножеств расчетных единиц х-типа (коин) и у-типа (токен). Доказано, что эти множества не пересекаются. Предложено в множестве коинов выделить подмножество С2, которое имеет дополнительное характеристическое свойство — функционирование на основе смарт-контракта. Обоснован тезис, что любая расчетная единица несет в себе стоимость ресурса. Даже для расчетных единиц с так называемой собственной ценностью (биткоин) обнаружено наличие ресурса в заложенных в ней функциях. Раскрыты четыре характеристических свойства, присущих множеству «деньги» (M = ) и выделено подмножество DM = (digital money>, содержащее в себе совокупность цифровых фиатных денег, обеспеченных государством (множества F = ) и подмножество P = , которое фактически является дополнением множества F). Доказано, что криптовалюты имеют характеристические свойства множества M = лишь в пределах собственного сообщества. Сформулирован парадокс алгоритмического гаранта, отражающий отсутствие необходимости формализации неформальных институтов, функционирующих на основе программных алгоритмов. Раскрыты определения таких понятий, как «криптовалюта», «токеномика» и «токенизация экономики». Для наглядного представления взаимосвязи различных множеств расчетных единиц используются круги Эйлера. Сформирована стройная классификация расчетных единиц, основанная на характеристических свойствах выявленных множеств. Результаты исследования могут быть использованы для формирования основ правового регулирования обращения цифровых расчетных единиц.

Ключевые слова: криптовалюта; токен; коин; цифровые деньги; электронные деньги; расчетная единица; токеномика; токенизации экономики; теория множеств; множество денег

Для цитирования: Варнавский А. В. Токен или криптовалюта: технологическое содержание и экономическая сущность. Финансы: теория и практика. 2018;22(5):122-140. DOI: 10.26794/2587-5671-2018-22-5-122-140

Token Money or Cryptocurrency: Technological Content and Economic Essence

Financial University, Moscow, Russia http://orcid.org/0000-0002-1517-3786

The obligatory features of the unit of account are formulated. Distinctive characteristic properties of a set of crypto-calculation units, in particular, subsets of x-type (coin) and y-type (token) calculation units, are revealed. It is proved that these sets do not intersect. It is proposed to allocate a subset of C 2 in the set of coins, which has an additional characteristic property — functioning on the basis of a smart contract. The thesis that any settlement unit carries the cost of a resource is proved. Even for units of account with the so-called «intrinsic value» (bitcoin), the presence of a resource in its functions was found. Four characteristic properties inherent in the set of «money» (M = ) are disclosed and a subset DM = is allocated, containing a set of digital Fiat money secured by the state (sets F = ) and a subset P = , which is actually an addition to the set F). It is proved that cryptocurrencies have characteristic properties of the set M = only within their own community. The paradox of the algorithmic guarantor, reflecting the absence of the need for formalization of algorithmic informal institutions, is formulated. Disclosed definitions of such concepts as «cryptocurrency», «token economy» and «tokenization economy». Euler circles are used to visualize the relationship between different sets of calculation units. A coherent classification of calculation units based on the characteristic properties of the identified sets is formed. The results of the study can be used to form the basis of legal regulation of the circulation of digital units of account. Keywords: cryptocurrency; token; coin; digital money; electronic money; unit; token economy; tokenization of economy; theory of sets; an array of money

For citation: Varnavskiy A.V. Token money or cryptocurrency: Technological content and economic essence. Finansy: teoriya i praktika = Finance: Theory and Practice. 2018;22(5):122-140. (In Russ.). DOI: 10.26794/2587-5671-2018-22-5-122-140

В настоящий момент крайне остро стоит задача определения для целей государственного регулирования таких понятий, как «токен» и «криптовалюта». Предпринимаются различные попытки и основная проблема заключается в том, что они разрозненны и не системны. В частности, в Государственной Думе рассматривается несколько законопроектов, касающихся вышеозначенных понятий. Речь идет о Законопроекте № 419059-7 «О цифровых финансовых активах» (далее — Законопроект о ЦФА)1, Законопроекте № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации (о цифровых правах)» (далее — Законопроект о ЦП)2 и Законопроекте № 419090-7 «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ» (далее — Законопроект о краудфандинге)3. Этими законопроектами вводятся следующие термины: цифровой финансовый актив, криптовалюта, токен, цифровое право, цифровые деньги, токен инвестиционного проекта. Кроме этих терминов, в различных других предложениях и проектах возникают еще и такие термины, как цифровой токен4, цифровая запись и национальный цифровой финансовый актив5 и даже купон распределенного контракта6. Все эти предложения направлены на законодательное закрепление в российском правовом поле определений уже существующих явлений, но как раз на их примере очень легко показать отсутствие единого системного подхода.

1 Проект федерального закона № 419059-7 «О цифровых финансовых активах». URL: http://sozd.parliament.gov.ru/ bill/419059-7 (дата обращения: 29.09.2018).

2 Проект федерального закона № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации (о цифровых правах)». URL: http://sozd.parliament.gov.ru/bill/424632-7 (дата обращения: 29.09.2018).

3 Проект федерального закона № 419090-7 «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ» URL: http://sozd.parliament.gov.ru/bill/419090-7 (дата обращения: 29.09.2018).

4 Проект постановления Правительства РФ «Об аккредитации организаций, предоставляющих возможность выпуска цифровых токенов» URL: http://d-russia.ru/wp-content/ uploads/2018/02/tokens.pdf (дата обращения: 29.09.2018).

5 Проект федерального закона № 373645-7 «О системе распределенного национального майнинга» URL: http://sozd. parliament.gov.ru/search?q=373645-+7 (дата обращения: 29.09.2018).

6 Проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон „О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации» и в отдельные законодательные акты Российской Федерации». URL: https://racib.com/predlozhenie-rakib-po-regulirovaniyu-ico/ (дата обращения: 29.09.2018).

В первую очередь надо отметить попытку систематизации, предпринятую в Законопроекте о ЦФА, через введение более общего понятия «цифровой финансовый актив», который определяется как имущество в электронной форме, созданное с использованием шифровальных (криптографических) средств. Здесь существует некоторое внутреннее противоречие, ибо далеко не все «цифровое» создается с помощью криптографических средств, однако создание правовой конструкции, в которой криптовалюта и токен признаются подвидами одной категории, однозначно является шагом вперед. При этом надо отметить, что данным законопроектом криптовалюта и токен признаются именно подвидами, а не состояниями одной сущности, т.е. переход из категории токен в категорию криптовалюта (и наоборот) — невозможен. В статье «Направления развития финтеха в России: экспертное мнение Финансового университета» [1, с. 10] мы уже отмечали, что криптовалюту целесообразно рассматривать как один из способов использования «токенов», и этот тезис мы обоснуем далее в настоящем исследовании. Есть еще один принципиальный момент: исходя из предлагаемой логики любой токен становится цифровым финансовым активом, при том что еще и имуществом в электронной форме, что само по себе сильно ограничивает понятие и делает его, к примеру, неприменимым к отношениям, возникающим в связи с благотворительностью или любым другим отношениям, не связанным с экономической выгодой.

В Законопроекте о ЦП цифровые деньги (криптовалюта) и цифровое право (токен) являются параллельными понятиями. В Законопроекте о национальном майнинге предлагается использовать понятие криптовалюты, которая имеет хождение на территории Российской Федерации, что с учетом надгосударственной природы этого явления может вызывать некоторые сомнения. В то же время в этом Законопроекте вводится понятие «цифровая запись», которое подразумевает информацию о цифровых финансовых активах, зафиксированную в реестре цифровых транзакций. С разными вариациями другие вышеупомянутые законопроекты в отношении понятия «токен» применяют дефиницию «запись в реестре», при этом никак не раскрывают понятие «криптовалюта». В результате можно констатировать плюрализм законодательных подходов к определению таких базовых понятий, как «токен» и «криптовалюта», при одновременном отсутствии стремления к унификации.

Мы предлагаем комплексно подойти к этим базовым понятиям и рассмотреть их последовательно с трех сторон: исследовать технологическое содер-

жание, выявить экономическую сущность и дать правовое определение. Именно последовательное рассмотрение позволит нам сформулировать термины, которые не будут содержать в себе внутренних противоречий и неопределенности. Исходя из технологического содержания, мы сформируем существенные и отличительные признаки, присущие понятиям «токен», «коин» и «криптовалюта». Экономическая природа и сущность отражают как содержащийся в них смысл, так и определяющие основные свойства. То есть, рассмотрев понятия с этой стороны, мы сможем сформулировать взаимосвязи, вытекающие из применения агентами данного неформального института и одновременно рассмотреть степень их влияния на формирование экономического поведения самих же агентов. И уже исходя из экономической сущности и технологического содержания возможно сформировать правовой статус, который не будет им противоречить и, как следствие, на его основе может начать функционировать новый эффективный формальный институт.

Ситуация, в которой экономическая природа понятия (категории) противоречит его правовому статусу, свидетельствует о наличии формального института, эффективность которого, очевидно, не стоит во главе угла. В результате такого подхода возникают искусственные, точнее, противоестественные институты. Формализация существующих неформальных институтов может происходить как с целью их ограничения, так и развития. Это два разных подхода к одному и тому же процессу интеграции устоявшихся взаимодействий в существующие рамки формального права. В первом случае неформальный институт изменяется до формы, приемлемой для формализации. Во втором случае существующие формальные правила изменяются для внедрения новых институтов. В любом случае распространение неформального института в условиях принятия его все большим количеством людей приводит к необходимости его формализации в нормах права [1].

Исследованиями неформальных институтов занимается достаточное количество авторов в различных направлениях, и в настоящее время есть несколько подходов к определению их сущности и содержания. Т. В. Бахарева [2, с. 15] выделяет несколько, из которых один, наверное, наиболее подходит для явления под названием «токенизация экономики (токеномика)»: неформальные институты — это спонтанно сложившаяся система социально-экономических связей, взаимодействий и норм межличностного и межгруппового общения.

Таким образом, с точки зрения институционального подхода токенизацию экономики можно опре-

делить как процесс формирования неформального института, основанного на связях и взаимодействии в отношении оборота токенов. Предмет — очевидно, токен. Субъекты — лица, группы лиц, принимающие участие в обороте токенов. Настоящее исследование не нацелено на всесторонний анализ понятия «токенизация экономики» с точки зрения институционального подхода, ибо это является целью отдельного исследования. Однако автор уверен, что независимо от подхода: институты как равновесия или институты как правила [3, с. 111], взаимодействие в отношении оборота токенов носит институциональный характер и в настоящий момент, с общепризнанной точки зрения, является неформальным. Институциональными генераторами в данном случае выступают создатели блокчейн-платформ. Институциональные интеграторы создают различные сервисы на основе данных платформ, а реформаторы развивают и изменяют уже существующие институты, применяя результаты внедрения технологии. Классификация субъектов на институциональных генераторов, институциональных интеграторов и реформаторов, предложенная Т. В. Бахаревой [2, с. 15] в контексте анализа неформальных институтов, как нельзя лучше подтверждает тезис об институциональном характере токенизации. И хотя токенизация экономики не является предметом настоящего исследования, отсутствие устоявшегося определения данного понятия вынуждает раскрыть его.

В лингвистике токенизация — это процесс обработки текста, который заключается в разбиении его на отдельно значимые единицы, токены (от англ. tokens) [4, с. 49]. С технологической точки зрения термин «токенизация» применяется для описания процесса замены незащищенных элементов специально созданными защищенными — токе-нами. Термин «токенизация» применяется и для выделения процесса трансформации представления какой-либо учетной информации в виде цифрового токена. В любом случае и для любых целей термин «токенизация» подразумевает введение в оборот «токена» — только уже значение понятия «токен» различается в зависимости от сферы применения. Таким образом, термин «токенизация экономики» в данном исследовании предлагается использовать в контексте процесса построения экономических взаимодействий на основе оборота самостоятельно значимых единиц, токенов.

Некоторые авторы сужают значение понятия «токенизация экономики» до понятия «токенизация активов», что, по мнению автора, лишает возможности исследования данного явления со многих точек зрения, в том числе и институционального подхода.

Именно разность подходов в ключевых моментах приводит к тому, что прежде чем переходить к последовательному исследованию понятий «токен» и «криптовалюта», нам необходимо прийти к пониманию еще одного понятия и сформировать единый подход к их применению. В частности, нас интересует такое понятие, как «актив». Понятие актива является достаточно изученным. Некоторые авторы рассматривали его не только с точки зрения МСФО, российского законодательства или с позиции экономического анализа, но и даже с теологической точки зрения8. И практически все авторы сходятся на том, что одним из ключевых критериев признания актива является «вероятность получения предприятием любых экономических выгод, связанных с этим активом»9. Не отрицая предыдущего тезиса, ряд авторов рассматривают понятие актива с несколько других ракурсов. В частности, О. С. Байдина и Е. В. Байдин утверждают, что финансовые активы являются по своей природе требованиями к контрагентам (даже акции можно рассматривать как требования на часть капитала и прибыли компании) [5, с. 32]. То есть, по сути, закладывают в это понятие и правовую составляющую: актив — право требования. Одновременно существует и более широкая интерпретация понятия актива: это любой предмет, материальный или нематериальный, который представляет ценность для своего владельца10. Подобное расширенное трактование, скорее, определяет понятие «ресурс», которым принято считать некое средство или возможность

7 Райзберг Б. А., Лозовский Л. Ш., Стародубцева Е. Б. Современный экономический словарь. М.: ИНФРА-М; 2007. 495 с.

8 Ендовицкий Д. А. Системный подход к экономическому анализу активов хозяйствующего субъекта. Экономический анализ: теория и практика. 2009;(15):2-11.

9 Дмитриева И. М. Бухгалтерский учет и анализ. Учебник для академического бакалавриата. М.: Юрайт; 2018. 358 с. URL: www.biblio-online.ru/book/B 591CFC 9-B 147-44A6-B 831-049048161685 (дата обращения: 26.09.2018). Агеева О. А. Бухгалтерский учет и анализ в 2 ч. Часть 1. Бухгалтерский учет. Учебник для академического бакалавриата. М.: Юрайт; 2018. 273 с. URL: www.biblio-online.ru/book/ AA6DD 61A-4578-4D 32-891E-B 6682DB 21B 61. (дата обращения: 26.09.2018).

10 Брайен Батлер, Брайен Джонсон, Грэм Сидуэл и др. Об-

щая редакция: д.э.н. Осадчая И. М. Финансы. Толковый

словарь. 2-е изд. М.: ИНФРА-М, Dесь Мир; 2000.

для осуществления чего-либо. Исходя из того, что в настоящий момент методологически будет более обоснованным применение не ограничивающих сущность определений, в рамках данной статьи мы будем применять более широкое понятие «ресурс». Более того, применение этого термина позволяет абстрагироваться от привычных образов, возникающих в связи с применением термина «актив».

технологическое содержание токенаи криптовалюты

Понятие «технологии блокчейн» раскрывалось многими авторами. Мелани Свон, к примеру, выделяет блокчейн 1.0, блокчейн 2.0 и блокчейн 3.0 [6, с. 11]. Эту классификацию мы рассмотрим позже, ибо это скорее экономическое разделение, хоть и основанное на технологических отличиях. Блокчейн как технология в первую очередь представляет собой базу данных, обладающую рядом специфических свойств. В целях настоящего исследования нет необходимости рассматривать все отличительные особенности построения и функционирования блокчейн-технологии, однако необходимо обратить внимание на некоторые из них. В частности, технология блокчейн подразумевает внесение в распределенный реестр информации о движении некой расчетной единицы. К примеру, в блокчейне сети биткоин хранится информация о движении одноименной расчетной единицы. Там же еще размещают и другую информацию, к примеру портрет Нельсона Манделы11, однако это скорее эксперименты, чем систематическое использование сети, ибо ее основная функция — передача информации о движении расчетной единицы биткоин. Фактически блокчейн-сеть биткоин поддерживает не просто базу данных, а скорее реестр, т.е. место регистрации и учета данных о расчетной единице.

В отношении других блокчейн-сетей вполне мог бы быть применим термин «база данных», ибо в них может храниться любая другая информация, отличная от информации о движении расчетной единицы, однако здесь срабатывает еще одна особенность технологии блокчейн — хронологическая запись данных. Все данные фиксируются в сети последовательно, причем изменение данных в прошлом невозможно без участия большинства участников сети, которые распределенно хранят у себя всю ин-

11 Гаркуша А. Портрет Нельсона Манделы, католические молитвы и другие странности блокчейна биткойна. URL: https://snob.ru/profile/27192/blog/136927 (дата обращения: 04.10.2018).

формацию. Именно по этой причине есть смысл говорить не о просто базе данных, а о распределенном хронологическом реестре.

Изначально достаточно долго существовали различные реестры, в которых хранилась лишь информация о базовой расчетной единице данной сети. Эти базовые расчетные единицы сети стали называться коины (от англ. coins — разменная монета) в меру того, что первым таким распределенным реестром, используемым в качестве платежной системы, стал биткоин, а его создатель (или группа создателей под одним псевдонимом) Satoshi Nakamoto опубликовал работу [7], в которой применялся именно этот термин. Позже появились блокчейн-сети, позволяющие записывать в реестр информацию не только о базовой расчетной единице данной сети, но и о так называемых токенах — дочерних расчетных единицах.

Неформальным центром информации обо всех торгуемых криптовалютах является сайт coinmarketcap.com (порядка 50 млн посетителей в год), на котором применяется деление с технической точки зрения: коин является криптовалютой, которая может работать независимо; токен является криптовалютой, зависимой от другой криптова-люты12. Есть целый ряд проектов, использующих собственные расчетные единицы — токены, которые используют в качестве платформы сторонние блок-чейн-сети. Самая распространенная «материнская» блокчейн-сеть — Ethereum, в которой достаточно просто создаются «дочернии» токены. Токены, созданные на Ethereum, существуют в рамках так называемых смарт-контрактов, которые, в свою очередь, функционируют в пределах сети. Если сеть Ethereum перестает работать — перестают работать и все смарт-контракты, ну и, как следствие, все то-кены тоже теряют работоспособность.

Еще одна технологическая особенность, которая вытекает из свойства «самостоятельный/зависимый», заключается в том, что токены не майнятся в прямом смысле этого слова, т.е. нет возможности получать токены взамен произведенных вычислений (закрытия блока). Это обусловлено тем, что блоки закрываются в материнской сети — токены собственной сети не имеют. Как правило, в токенах применяются консенсусы, отличные от Proof-of-work («доказательство выполнением работы» — т.е. майнингом), или токены выпускаются в обращение вообще без применения консенсуса, к примеру по решению

12 Какая разница между «Монетой» и «Токеном» на сайте? URL: https://coinmarketcap.com/ru/faq/ (дата обращения: 04.10.2018).

создателей проекта. В то же время коины тоже могут выпускаться в обращение не за счет майнинга, а на основе альтернативных консенсусов. В частности, 100 млрд монет XRP (проект Ripple — коин, входящая в пятерку крупнейших криптовалют) уже существуют в системе — их можно либо купить, либо получить за какие-то реальные действия. Транзакции в Ripple подтверждаются централизованно на основе электронно-цифровых подписей участников сделки, т.е. система фактически не нуждается в майнерах. Это еще одно технологическое свойство, позволяющее различать токены и коины — последние могут майниться. Справедливости ради надо сказать, что в настоящий момент, используя механизм майнинга, выпускается в обращение порядка 70% монет, но эта доля постоянно сокращается.

Блокчейн 1.0 — это валюта, Блокчейн 2.0 — это контракты. Целые классы экономических, рыночных и финансовых приложений, в основе которых лежит блокчейн, работают с различными типами финансовых инструментов — с акциями, облигациями, фьючерсами, закладными, правовыми титулами, умными активами и умными контрактами [6, с. 11].

Последовательность развития технологии блокчейн, представленная М. Свон, очень хорошо отражает и суть происходящих изменений: версия 1.0 — это просто валюта, версия 2.0 — это уже совокупность различных инструментов. Ethereum — это как раз и есть блокчейн 2.0, и не только эта сеть выбрала в качестве своего пути развития расширение перечня инструментов. Однако сети, относящиеся к версии 1.0, в теории тоже возможно смогли бы пойти по пути применения функциональных надстроек, но фактически в настоящий момент продолжают оставаться в состоянии упрощенного функционала.

Последний по очереди технологический аспект заключается в том, что до этого момента мы исследовали исключительно криптографические расчетные единицы. Однако существуют еще и цифровые13, электронные [8, 9] и виртуальные14 [10]. Многие авторы смешивают эти концепции, в большей степени исходя из их экономической сущности, мы же предлагаем отталкиваться от технологического содержания.

Как уже отмечалось ранее, далеко не все «цифровое» создается с помощью криптографических

13 Проект федерального закона № 419059-7 «О цифровых финансовых активах». URL: http://sozd.parliament.gov.ru/ bill/419059-7 (дата обращения: 04.10.2018).

14 Глоссарий некоторых терминов в области крипто-валют и блокчейн-технологий. URL: https://racib.com/ predlozhenie-rakib-po-regulirovaniyu-ico/ (дата обращения: 04.10.2018).

средств — любые данные, хранящиеся в двоичном формате, являются цифровыми. То есть любой текстовый файл или фотография являются цифровыми и, естественно, любая расчетная единица, учитываемая в электронных базах данных, является цифровой. Виртуальные расчетные единицы с технологической точки зрения ничем не отличается от цифровых, даже электронных денег.

Вопросы эмитента и области применения, по мнению автора, относятся к экономической сущности. Именно по этой причине понятие электронных расчетных единиц мы также относим в «экономический» раздел. С технологической точки зрения термин «электронный», как правило, применяется не к самим данным, а к операциям с цифровыми данными. В данном контексте гораздо важнее вычленить группу криптографических расчетных единиц — созданных с применением криптографических алгоритмов, фактически просто зашифрованных. То есть когда мы говорим о криптографическом токене или коине, мы подразумеваем, что информация в них зашифрована.

С технологической точки зрения мы имеем цифровые данные, к примеру, в форме расчетной единицы сети, которые могут быть зашифрованы (криптографические данные). Криптографические расчетные единицы сети могут быть базовыми — независимые коины, и так называемые токены — дочерние расчетные единицы. Токены не майнятся, а коины могут выпускаться в обращение разными способами, в том числе и посредством майнинга. Токен проще выпустить в обращение и он практически не требует затрат на поддержание сети, с другой стороны, токен всегда зависим от базового коина, что нельзя сказать в обратную сторону. Схематически эти тезисы можно отобразить в виде кругов Эйлера (рис. 1).

Рис. 1 /Fig. 1. Множество криптографических расчетных единиц / The set of cryptographic units of account

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

Y = — это множество всех криптографических расчетных единиц, С — это подмножество кои-нов (С = ), и множество токенов15 T = также является подмножеством множества Y. То есть для всякой расчетной единицы, являющейся коином (x), верно утверждение, что она является и криптографической. Равно как и для всякой расчетной единицы, являющейся токеном (у), верно утверждение, что она относится к множеству криптографических единиц.

(C с Y)»(Vx(x еС » x е Y)) (T с Y) (Vy(y еТ y е Y))

Причем расчетные единицы, входящие в множество Y, обладают следующими характеристическими свойствами:

• хранятся в двоичном (цифровом) формате;

• сохраняются в хронологическом порядке;

• создаются с применением криптографических алгоритмов.

Исходя из того, что расчетные единицы коин (х) и токен (у) принадлежат множеству Y, все вышеозву-ченные характеристические свойства присущи и им. В то же время расчетная единица х-типа (коин) обладает уникальным характеристическим свойством, ибо в отличие от у-типа (токен) может выпускаться в обращение посредством майнинга (т.е. применять консенсус PoW). С другой стороны, у-типу свойственно функционирование на основе смарт-контракта и зависимость по отношению к материнской сети. Расчетные единицы, относящиеся к множествам С и Т, имеют различные характеристические свойства, т.е. множества С и Тне пересекаются.

Характеристическое свойство «хранится в двоичном (цифровом) формате» является общим для всех цифровых расчетных единиц: и для криптографических, и для электронных денег, и даже для депозитов, поэтому можно смело утверждать, что это характеристическое свойство не является ключевым для расчетных единиц х-типа (коин) и у-типа (токен), которые просто принадлежат множеству D = (рис. 2).

15 Строго говоря, понятие «токен» (от англ. token — знак, символ; опознавательный знак; жетон) изначально не является цифровым, поэтому в общем случае токены и так называемые криптографические расчетные единицы находятся в отношении пересечения, а не субординации (спасибо рецензентам за данное замечание). Однако для целей настоящего исследования мы сужаем понятие «то-кен», исключив из него все нецифровые формы.

Рис. 2 / Fig. 2. Надмножество цифровых расчетных единиц / Superset of digital units of account

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

В то же время характеристическим свойством «функционирование на основе смарт-контракта» не обладает лишь расчетная единица х-типа версии 1.0. Мы уже относили к категории Блокчейн 2.0 такую блокчейн-сеть, как Ethereum. Однако это далеко не единственная сеть, и в настоящий момент существует множество расчетных единиц х-типа, которые функционируют на основе смарт-контракта, при этом не попадая в множество Т, ибо являются расчетными единицами «материнской сети» и основываются на консенсусе Po W. Таким образом мы получаем подмножество С2 = , и в результате имеем следующую схему (рис. 3).

Разницу технологических возможностей расчетной единицы легко представить в виде таблицы (табл. 1), где более наглядно могут быть отображены характеристические свойства каждого множества.

экономическая сущность токена

При установлении правового статуса криптова-люты в рамках государственного регулирования следует выделить четыре основных подхода: криптовалюта как валюта [виртуальная (цифровая) валюта, деньги, аналог фиатной валюты], выступающая средством платежа; криптовалюта как универсальный финансовый инструмент; криптовалюта как товар (собственность, актив, имущество); криптовалюта как денежный суррогат [1, с. 9]. Данные подходы не в полной мере отталкиваются от экономической сущности, а скорее пытаются интерпретировать это явление в рамках существующих правовых конструкций. Позиции «криптовалюта — валюта» и «криптовалюта — денежный суррогат», очевидно, имеют одну денежную природу, но разные правовые статусы легальна/ нелегальна.

Рис. 3/Fig. 3. Множество цифровых расчетных единиц / The set of digital units of account

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

Подход «криптовалюта — товар» возвращает нас во времена товарных денег, и лишь подход «криптовалюта — универсальный финансовый инструмент» выражает заложенную в эту категорию неограниченную экономическую сущность. Однако стоит ли закладывать неограниченные возможности в термин морфологически достаточно ограниченный?

Морфологические ограничения заключаются в том, что это понятие подразумевает исключительно зашифрованную информацию (т.е. использование криптографических алгоритмов), и в этой информации должны проявляться какие-то функции денег. Экономическая природы криптовалют требует обращения к проблемам определения сущности денег и валюты (термины «криптовалюта» или «цифровая валюта» производны от них) [1, с. 9]. Денежная сущность криптовалюты уже давно не оспаривается авторами, равно как и тот факт, что криптовалюта — один из видов цифровой валюты/ денег [11, с. 66]. Очевидно, что не стоит вкладывать неограниченные возможности в понятие криптографических расчетных единиц, когда они являются лишь подмножеством множества цифровых расчетных единиц D = (см. рис. 2).

Как уже отмечалось ранее, криптовалюта — это лишь одно из состояний, в котором может применяться расчетная единица. Это один из основных тезисов данного исследования. Причем определение понятию «расчетная единица» еще не раскрывалось и не обосновывалось. Это обусловлено тем, что «расчетная единица» не имеет собственной сути: это лишь единица измерения ресурса, который предусмотрен его создателями. В то же время необходимо обратить внимание на обязательные признаки расчетной единицы: она стандартизирована и неизменна. Признак «стандартизирована» подразумевает, что в отношении самой расчетной

Таблица 1 / Table 1

Характеристические свойства множеств расчетных единиц / Characteristic properties

a set of units of account

Хранится в двоичном (цифровом) формате + + + + +

Сохраняется в хронологическом порядке + + + +

Созданный с применением криптографических алгоритмов + + + +

Может выпускаться в обращение посредством майнинга PoW + +

Функционирует на основе смарт-контракта + +

Является зависимым по отношению к материнской сети +

Примечание. Если представленное характеристическое свойство множества присуще данному множеству, то выставляется символ «+». Таблица однозначно имеет потенцию к конкретизации характеристических свойств каждого из множеств, что, к сожалению, не входит в настоящее исследование. Перечисленные в таблице характеристические свойства неисчерпывающие, но достаточные для настоящего исследования.

Источник/Source: разработано автором / developed by the author.

единицы ее создателем установлены определенные характеристики. В частности, в качестве характеристик могут выступать:

• физический показатель, в котором определенный ресурс должен быть исчислен;

• размер физического показателя, заложенный в одну расчетную единицу;

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

• дробность самой расчетной единицы;

• любые другие характеристики, имеющие отношение к расчетной единице, но не к самому ресурсу.

Признак «неизменна» означает, что характеристики, установленные в отношении расчетной единицы, не могут быть изменены после ее создания. Таким образом, в распределенном реестре может быть зафиксировано движение любого ресурса, который может быть выражен в расчетной единице, с учетом ее обязательных признаков.

Как уже отмечалось ранее (в первой части работы), в целях настоящего исследования, в отношении сущности, которая закладывается в расчетную единицу, мы будем применять термин «ресурс». В данном контексте ресурс — это некие возможности, но не права с юридической точки зрения. Обладание расчетной единицей дает различные возможности и это далеко не всегда имеет правовой характер. Возможности обеспечиваются либо правовой защитой, либо алгоритмизацией. К примеру, ключ

от квартиры дает возможность попасть в нее, но не имеет никакого отношения к правам на данную квартиру. Причем возможность попасть в квартиру обеспечивается алгоритмом соответствия ключа конкретному замку. То есть фактически уже много веков мы имеем конструкцию, когда некий предмет алгоритмически предоставляет нам возможность, которая никак не подтверждена с правовой точки зрения. И это далеко не единственный пример.

Представленную конструкцию можно описать схематично:

• ресурс выражен в расчетных единицах;

• расчетная единица ресурса означает пропорциональное своему номиналу количество ресурса;

• определенное количество ресурса предоставляет определенные возможности;

• предоставление возможности обеспечивается либо правовой защитой, либо алгоритмически.

С институциональной точки зрения наличие нескольких вариантов обеспечения возможностей либо посредством правовой защиты, либо алгоритмически выявляет очень интересный феномен, требующий дополнительного исследования.

Если отталкиваться от определения неформальных институтов, представленного В. Л. Тамбовце-вым [12, с. 45], неформальными являются институты, включающие принуждение к исполнению

правил, осуществляемое гарантами, которые не заняты постоянно в данном качестве. То есть если гарант профессионален и постоянно реализовы-вает эту функцию — институт формальный, если функция реализуется нерегулярно — институт неформальный. Тогда возникает парадокс, который мы условно назовем «парадокс алгоритмического гаранта»: любой неформальный институт, функционирующий на алгоритмической основе (т.е. когда взаимодействие осуществляется на основе алгоритма, к примеру смарт-контракта), является неформальным лишь в части взаимодействия, не отраженного в алгоритме. То есть необходимость его формализации в нормах права ограничивается лишь не входящими в алгоритм отношениями. Этот парадокс является, наверное, ключевым при исследовании токеномики с институциональной точки зрения, и мы обязательно его исследуем в следующих работах.

С точки зрения экономической сущности, конечно, первостепенную роль играет понятие «ресурс», которое мы используем в настоящей работе через дефиницию «возможности». Варианты «возможностей»/«ресурсов» зависят лишь от фантазии создателей, однако все равно подлежат классификации. И здесь надо не забывать, что под ресурсом мы подразумеваем не физический объект, а цифровое отражение возможностей использования данного объекта.

Еще до появления Ethereum многие блокчейн-энтузиасты задумывались об ограниченности содержательной части сети Биткоин. Никакого иного смысла, кроме передачи некой «ценности» транзакции в сети Биткоин не имеют. По этой причине возникло достаточно большое количество исследований и разработок в отношении так называемых Цветных монеток (Colored Coins). И именно тогда стали возникать первые классификации возможного применения коинов/токенов. В частности М. Ро-зенфельд еще в 2012 г. [13] в качестве возможного применения предлагал:

• умную собственность (владение физическими активами, такими как машины или мобильные телефоны, может быть подтверждено в виде токе-на, и устройство будет отвечать только владельцу маркера);

• акции компании (компания могла выпускать токены, приравненные к своим акциям и на платформе можно было бы легко распределять дивиденды акционерам и проводить голосования акционеров);

• детерминированные контракты (лицо или компания могут заключать контракты с указанием

конкретной будущей оплаты, например облигации на добычу или товарный опцион);

• облигации (особый случай детерминированных контрактов, облигации могут быть выпущены с определенной номинальной стоимостью и графиком погашения, выраженным в биткоинах или какой-либо другой валюте или товаре);

• депозиты по вкладам (как и облигации, за исключением того, что эмитент гарантирует в любой момент погасить токен за свою номинальную стоимость. Это может использоваться как инструмент с процентными ставками или как способ более эффективной работы с физическими активами);

• новые валюты (сообщество может хотеть использовать местную валюту, которая технически аналогична Биткойну. Они могут выпускать токе-ны для этой цели и распределять их между собой, получая экономическую выгоду от их использования);

• децентрализованное цифровое представление физических активов (Это гипотетический вариант использования, который не является жизнеспособным, но с нетерпением ожидается некоторыми группами. Со временем может возникнуть консенсус в отношении того, что токен является соизмеримым по стоимости для какой-либо традиционной валюты или товара без конкретного помощника, кроме периода начальной загрузки. Это позволит поддерживать цифровую стоимость, привязанную к физическим активам).

Появление сети ЕШегеит сделало многие ожидания реальностью. Не сама сеть, а заложенная в ней возможность создания смарт-контрактов (М. Розенфельд называл их детерминированными контрактами) — именно этот инструмент позволяет закладывать различные смыслы, отличные от первоначальной простой передачи некой «ценности». Самое интересное заключается в том, что появление нового смысла в применении того или иного коина или токена не отменяет его возможности передавать «ценность». Любая расчетная единица является носителем ценности: биткоин обладает возможностью передавать лишь «собственную ценность», в то время как расчетные единицы, применяемые в смарт-контрактах, передают еще и ценность определенного ресурса. Однако биткоин не одинок в своей ограниченности и существует целый ряд подобных расчетных единиц, которые передают лишь «собственную ценность». Эта ценность формируется за счет того, что расчетная единица ограниченно выступает в качестве средства платежа. Биткойн — это реальные цифровые деньги [14]. Но прежде чем

перейти к исследованию денежной природы расчетной единицы, давайте зафиксируем следующий тезис: расчетная единица несет в себе стоимость ресурса, и когда мы исследуем такой феномен, как биткоин, обнаруживаем, что его «собственная ценность», по сути, и отражает его ресурс. Ресурсом биткоина является реализованная в нем возможность осуществления неограниченным кругом лиц трансграничных, бесконтрольных и относительно недорогих платежей. Среди преимуществ биткоина разные авторы выделяют: анонимность платежей [15-17], возможность осуществления международных переводов без открытия специальных счетов в банках, безопасность [17, 18], курс определяется рынком — спросом и предложением [17], относительно низкие комиссии16. Другие платежные расчетные единицы сейчас развиваются за счет усиления этих основных свойств биткойна. К примеру, в сетях Monero, BlackCoin, Zcash, DASH осуществляются еще более скрытные транзакции, а стоимость транзакции в сети Ripple в десятки тысяч раз меньше.

Большинство авторов именно эти платежные расчетные единицы и называют криптовалютой, которая отличается от традиционных валют тем, что не создается и не контролируется ни одним государством [19, с. 15].

Как мы уже говорили, термин «криптовалюта» — производная от понятий денег и валюты. Есть ряд общих черт между деньгами, валютой и тем, что мы сегодня называем криптовалютой. При этом крипто-валюты принципиально отличаются от электронных денег, которые являются лишь механизмом перевода фидуциарных денег в цифровом формате. Цифровая валюта может быть определена как альтернативная форма валюты, обращаемая, хранимая и создаваемая в онлайн, но не имеющая физической формы [14, с. 4]. Большинство авторов разделяют фидуциарные/ электронные деньги и крипто/цифровые валюты, и при этом наделяют последние функциями денег. Некоторые авторы, в частности Н. Н. Колосовская, дополнительно разделяют между собой электронные деньги, функционирующие в рамках банковской системы и вне таковой, выявляя тем самым самостоятельное множество электронных денежных средств как формы безналичных расчетов, которая существует параллельно с банковской платежной системой [20, с. 103]. Эта крайне интересная дискуссия

16 Новостное агентство Crypto-fox. URL: https://crypto-fox.ru/article/oplata-bitcoin/, Новостное агентство VC.ru. URL: https://vc.ru/1970-vozmozhnosti-i-riski-ispolzovaniya-bitkoin-v-rossii, Информационное агентство Fingeniy. URL: http://fingeniy.com/sistema-bitcoin-plyusy-i-minusy/ (дата обращения: 04.10.2018).

выходит за рамки настоящего исследования, однако позволяет говорить о тенденциях развития сферы безналичных расчетов альтернативных банковским платежам. Большинство авторов все-таки сходятся на том, что электронные деньги предлагают механизм перевода фидуциарных денег посредством цифровых технологий, иными словами, позволяют в электронной форме передавать деньги, имеющие статус законного платежного средства в какой-либо стране или юрисдикции [1, с. 9]. Таким образом, рассматривая данный вопрос с точки зрения теории множеств, будет вполне оправданным вновь прибегнуть к методу построения кругов Эйлера.

Для того чтобы можно было применить теорию множеств в отношении такой категории, как «деньги», необходимо выделить ее характеристические свойства. Поиск русскоязычных исследований в области выявления основных характеристических свойств денег не дал никаких результатов, равно как и поиск исследований, где деньги рассматриваются с точки зрения теории множеств. В качестве свойств выделяют, например: «деньги должны сохранять свою стоимость»17 или к которым иногда относят делимость, однородность, портативность, износостойкость и другие характеристики, в большей степени имеющие отношения лишь к наличным денежным средствам. Самая подходящая для настоящего исследования методика — когда выделяются свойства, напрямую вытекающие из функций, к примеру свойство «удобство обращение»18. В то же время в сентябре 2017 г. Базельским комитетом по банковскому надзору был выпущен аналитический обзор «Central bank cryptocurrencies», в котором Morten Bech и Rodney Garratt используют так называемый денежный цветок (рис. 4).

Они классифицируют понятие «деньги», исходя из следующих характеристических свойств:

• по эмитенту (Центральный банк или любой другой агент);

• по форме (исключительно электронная или любая другая);

• по обеспечению доступа (общедоступная или имеет любые ограничения);

• по степени свободы обмена (исключительно децентрализованный, когда люди могут обмениваться без каких-либо посредников, или с любым участием посредника).

17 Давыдкина О. А., Моряхина Н. В., Григорян Е. С. Экономическая теория. Учебное пособие для вузов. Scientific magazine Kontsep; 2014.

Рис. 4 / Fig. 4. Денежный цветок: классификация денег / The money flower: a taxonomy of money

Источник/ Source: Morten Bech. Rodney Garratt. Central bank cryptocurrencies. URL: https://www.bis.org/publ/qtrpdf/r_qt1709f.pdf (accessed 27.09.2018).

Однако предложенная методика так же, как и российские законопроекты, не в полной мере учитывает особенности этого нового явления. В частности, эксперты Базельского комитета разделяют криптовалюты и виртуальные валюты, которые они определяют как электронные деньги, выпущенные и обычно контролируемые их разработчиками, они используются и принимаются среди членов определенного виртуального сообщества19. В то же время большинство расчетных единиц у-типа (токены) выпускаются и обычно контролируются создателями смарт-контракта — их разработчиками, в настоящий момент принимаются они среди членов пока еще узкого круга лиц, входящих в криптосообщество.

Одновременно некоторые игры уже выпустили свои виртуальные расчетные единицы, и сделали они это на технологии блокчейн. К примеру, токен GTC (проект Game.com) или токен ^Т (известная игра FirstBlood) были созданы на платформе ЕШегеит. Это означает, что уже существует и множество виртуальных токенов, куда входят цифровые расчетные единицы, применяемые в виртуальных мирах, но созданные на технологии блокчейн и функционирующие в рамках смарт-контракта. Свойство общедоступности в настоящий момент не применимо

19 Morten Bech. Rodney Garratt. Central bank cryptocurrencies. URL: https://www.bis.org/publ/qtrpdf/r_qt1709f.pdf (дата об-

в полной мере для криптовалют (в том значении, в котором эксперты используют термин «криптова-люта»), ибо существуют технические и регуляторные ограничения — к примеру, в настоящий момент лишь очень малое количество организаций в мире, практически только десятки, совершают операции с криптовалютой.

Но самое главное, предложенная Morten Bech и Rodney Garratt классификация не предусматривает возможности перехода из одного состояния в другое и вообще никак не учитывает расчетные единицы, в которые закладывается ценность ресурса, а не «самостоятельная» ценность.

«Самостоятельная» ценность денег определяется их функциями, не характеристиками (делимость, портативность и износостойкость), поэтому в рамках настоящего исследования мы сформулируем характеристические свойства, исходя именно из функций денег. Предметом настоящего исследования не является само содержание функций современных денег, по этой причине мы не будем рассматривать вопросы целесообразности разделения функции накопления денег на две составляющие — накопления капитала и сбережений населения [21] и остальные подобные вопросы. Однако это не значит, что мы будем учитывать и те функции, которые современным деньгам уже не свойственны. В расчет мы возьмем лишь те, которые однозначно применимы для всех существующих на текущий момент форм денег.

Финансово-кредитный энциклопедический словарь20 выделяет 5 функций денег: мера стоимости, средство обращения, средство платежа, средства накопления и мировые деньги. Причем в конце самой же статьи «Деньги» сказано, что рубль, национальная денежная единица РФ, функцию мировых денег не выполняет. Это значит, что мы можем сразу не рассматривать эту функцию, ибо она не является характеристическим свойством даже рубля. То есть для множества «деньги» (M = ), в которую однозначно входит рубль, она не свойственна. Таким образом, остается 4 характеристических свойства, присущих множеству «деньги» (M = ):

• мера стоимости — любая расчетная единица множества M может выступать для измерения стоимости одних товаров относительно стоимости других;

• средство обращения — любая расчетная единица является «ценностным посредником», позволяющим приобрести все остальные товары [22, с. 267]. Фактически расчетная единица является промежуточным товаром при приобретении других товаров;

• средство платежа — свойство расчетной единицы, проявляющееся во временном разрыве между моментом оплаты и моментом приобретения какого-либо блага;

• средство накопления — любая расчетная единица может переносить покупательную способность из настоящего в будущее, т.е. и в будущем она обеспечит ее владельцу получение любого товара.

Таким образом, мы имеем:

В целях настоящего исследования нас абсолютно не интересуют деньги в наличной и любой другой, отличной от цифровой, форме, поэтому мы выделяем единственное подмножество DM = , которое фактически представляет собой пересечение множеств D = и M = :

В зависимости от эмитента деньги подразделяются на фиатные (фидуциарные), т.е. обеспеченные

20 Финансово-кредитный энциклопедический словарь. Грязнова А. Г., ред. М.: Финансы и статистика; 2002.

Рис. 5/Fig. 5. Множество «цифровые деньги» / The set of «digital money»

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

государством, и частные21. А. С. Генкин определяет частные деньги как частные обязательства эмитента принимать в качестве средства оплаты, разменивать на национальные деньги и (или) золото и (или) товарную корзину, свои новые инструменты, номинированные в национальной или международной валюте или собственной денежной единице или единице учета товара [22]. В связи с тем, что мы концентрируемся на цифровой форме денег, множество DM = разделим на подмножество F = , которое представляет собой совокупность цифровых фиатных денег, обеспеченных государством, и подмножество P = , которое фактически является дополнением множества F = до множества DM = . Дополнение P = — это и есть частные деньги, существующие в цифровом масштабе (рис. 5).

В свою очередь, множество F = подразделяется на безналичные (мы будем так называть совокупность фиатных денег, функционирующих в цифровом виде в пределах банковской системы) и электронные деньги (ЭД). Отличие переводов ЭД от платежей с применением традиционных банковских карт, совершаемых в безналичном порядке по именным счетам владельцев карт в платежных системах банковских и небанковских кредитных организаций, в настоящее время состоит в том, что переводы ЭД производятся без открытия счетов в кредитных организациях с использованием предоплаченных денежных средств, находящихся у владельцев ЭД на их устройствах или в программных продуктах их компьютеров, или на

21 Финансово-кредитный энциклопедический словарь. Под общ. ред. А. Г. Грязновой. М.: Финансы и статистика; 2002.

доступных им сетевых устройствах [23, с. 32]. Исходя из положений директивы Европейского парламента и Совета от 18.09.2000 № 2000/46/EC «О деятельности в сфере электронных денег и пруденциальном надзоре над институтами, занимающимися этой деятельностью», электронные деньги обладают следующими характеристическими свойствами:

• хранятся на электронном устройстве (это свойство — «Цифровой формат»);

• эмитируются после получения денежных средств, причем размер эмиссии не может превышать количество полученных средств (это уникальное свойство);

• принимаются в качестве средства платежа не только эмитентом, но и другими фирмами (это свойство — «Средство обращения» и «Средство платежа»)»22. Однако, как уже отмечалось выше, ряд российских авторов [14, с. 31; 20, с. 103; 24, с. 21] выделяют еще и такое свойство, как осуществление операций с электронными деньгами без открытия банковского счета, что также является уникальным свойством данного множества.

Возвращаясь к исследованию Базельского комитета по банковскому надзору, необходимо обратить внимание на такую форму цифровых фиатных денег, как CBCC (Central bank cryptocurrencies). Эта форма предложена экспертами в связи с тем, что уже целый ряд государств ведет разработки по внедрению «государственной» криптовалюты [25] и эти разработки предусматривают денежные расчеты как с участием традиционных банков, так и без их участия. Однако в любом случае в процессе обращения CBCC участвует Центральный банк, поэтому они однозначно функционируют внутри банковской системы, пусть может быть и видоизмененной.

Таким образом, множество цифровых фиатных денег F = включает в себя подмножество E = — электронные деньги, подмножество CBCC — криптовалюта, эмитентом которой является Центральный банк, и дополнение B = — привычные безналичные деньги (рис. 6).

Более наглядно характеристические свойства подмножеств, входящих в множество DM = , отображены в табл. 2.

Большинство авторов и даже некоторые регуляторы23 в множестве частных цифровых денег

22 Толковый словарь Ожегова. С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. 1949-1992.

23 Информационное сообщение Банка России от 04.09.2017 «Об использовании частных „виртуальных валют» (криптовалют)». URL: https://www.cbr.ru/press/ pr/?file=04092017_183512if2017-09-04T18_31_05.htm (дата обращения: 04.10.2018).

Рис. 6/Fig. 6. Множество «цифровые фиатные деньги» / The set of «digital fiat money»

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

P = помимо остальных цифровых, к примеру баллов программ лояльности [9] или денег виртуальных игр, отдельно выделяют подмножество криптовалют (СС = ). Однако, основываясь на исследовании Базельского комитета по банковскому надзору, в пределах множества цифровых фиатных денег F = , мы выделили подмножество CBCC — криптовалюта, эмитентом которой является Центральный банк. То есть утверждение, что криптовалюты носят исключительно частный характер, скорее не соответствует современным тенденциям. Более корректным будет выделение множества криптовалют (СС = ), состоящего из двух подмножеств: CBCC и PCC = .

Причем по факту получается, что в большинстве своем выделение из множества P = подмножества PCC осуществляется по технологическому признаку, за исключением одного принципиального момента: только криптовалюта обладает свойством свободного обмена как на себе подобную, так и на фиатные деньги. Прочие цифровые частные деньги не торгуются на биржах. Но является ли действительным носителем характеристических свойств множества M = подмножество PСС = ?

Свойство «мера стоимости» очень условно присуще лишь нескольким основным криптовалютам, причем даже биткоин не является мерой стоимости для всех товаров в цифровом мире, тем более уж в мире аналоговом. Подавляющее большинство криптовалют, причем те, которые несут в себе ценность определенного ресурса (скорее это у-тип), являются мерой стоимости для собственного ресурса и больше ни для чего. Тенденция к превращению

Таблица 2/ Table 2

Характеристические свойства подмножеств множества «digital money» / Characteristic properties

a subset of «digital money»

Вне банковской системы +

Обязательство частного эмитента +

Источник/Source: разработано автором / developed by the author.

большого количества криптовалют в общепризнанную меру стоимости не существует. Множество мер стоимости — это множество, которое стремиться к единице, где различные члены могут существовать лишь в пределах собственных сообществ-множеств (внутри которых также будет соблюдаться стремление к единице). Таким образом, характеристическое свойство «мера стоимости» всегда будет присуще лишь малой группе расчетных единиц множества РСС.

Текущая ситуация с ликвидностью каждой конкретной расчетной единицы множества РСС на криптовалютных биржах отчетливо показывает, что ни о каком свойстве «средство обращения» говорить не приходится. Единственная ситуация, которую возможно применить в качестве примера свойства «средство обращения», является обмен ВТС (биткоин) и ЕТН (коин сети ЕШегеит) на все прочие криптова-люты. Возможно еще несколько «топовых» криптовалют имеют (очень приблизительно) это свойство, но в любом случае здесь речь идет не о приобретении товаров, а об обмене на криптовалюты, т.е. это не «промежуточный товар», а «промежуточная валюта». Если же говорить о «промежуточном товаре», то в подавляющем большинстве случаев это свойство криптовалют ограничивается собственным ресурсом. Фактически мы опять приходим

к утверждению, что характеристическое свойство «средство обращения» всегда будет присуще лишь малой группе расчетных единиц множества РСС, а для остальных будет ограничиваться лишь пределами собственных сообществ.

Институт ICO (Initial Coin Offering) построен на том, что криптовалюта проекта приобретается сейчас, в то время как ресурс, заложенный в ней, будет поставляться в будущем. То есть можно говорить о том, что в совокупности своей криптовалюты обладают свойством «средство платежа», однако лишь в отношении опять же собственных ресурсов — снова видим эффект «ограниченного сообщества».

Свойство «средство накопления», наверное, самое дискуссионное свойство, но, по убеждению автора, максимум этой функции реализуется внутри «ограниченного сообщества» и исходя из того, что сообщество сети биткоин в настоящий момент максимально, именно в этой криптовалюте и возможно отражение данного свойства. Как и в предыдущих примерах, это свойство ограничено присутствует еще в ETH и нескольких других «топовых» крипто-валютах. Список «топовых» частных криптовалют постоянно изменяется в зависимости от конъюнктуры рынка, но точно можно констатировать, что в него входят BTC, ETH и еще целый ряд частных криптовалют. Критерии для отнесения криптовалю-

ты к множеству TPCC = требуют отдельной проработки, но, пожалуй, это очень маленькая группа криптовалют имеет хоть какой-то шанс приблизиться к полноценным характеристическим свойствам множества M = . Все остальные криптовалюты однозначно не попадают в это множество.

Можно констатировать, что остальные криптовалюты имеют характеристические свойства множества M = лишь в пределах собственного сообщества и в пределах ресурсов, в них заложенных. При этом если мы говорим о криптовалютах, ресурсом которых является «собственная ценность», то в этом случае применимость характеристических свойств множества M = ограничивается лишь размером сообщества и однозначно не может быть повсеместной, хотя и носит трансграничный характер. Фактически можно говорить об ограниченной преемственности характеристических свойств множества M = множеством РСС. То есть все частные криптовалюты обладают свойствами денег в пределах определенного сообщества и лишь некоторые из них имеют свой собственный ресурс, формируя подмножество RPCC = . Фактически можно говорить о том, что любая расчетная единица, входящая в множество РСС, изначально является валютой лишь одного ограниченного сообщества и если данной расчетной единицей предусмотрено «наличие ресурса» — это единица множества RPCC, если нет — просто частная криптовалюта.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

При этом, в отличие от технологических множеств, где характеристики являются объективно присущими технологии и множества имеют четкие границы, экономические нечеткие множества обладают качественными характеристиками, скорее отражающими состояние объекта, а не его объективно-неизменные свойства. К примеру, множество Р = обладает уникальным свойством «Обязательства частного эмитента», однако возможны и ситуации перехода в иное состояние. Представим, что единственным собственником данного эмитента стало государство или этот эмитент является естественной монополией или системообразующим предприятием. Не перейдет ли в этом случае расчетная единица множества Р = в множество F = ? Или когда межбанковские платежи (множество B = ) будут осуществляться на технологии блокчейн, не перейдут ли они в множество CBCC. И еще в большей степени это касается множеств PCC и RPCC: если криптовалюта множества PCC расширит свой ресурс до большего, нежели «собственная ценность», она перейдет в категорию RPCC. Но самое главное свойство заключается в том, что любая

Рис. 7/ Fig. 7. Возникновение множества «top cryptocurrency» / Appearance the set of «top cryptocurrency»

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

криптовалюта может войти в множество M = , если благодаря изменению своих качественных экономических характеристик перейдет в множество TPCC = , которое является пересечением множеств PCC и DM. Фактически мы имеем следующую схему (рис. 7).

Характеристические свойства крипто расчетных единиц отражены в табл. 3.

Есть еще один момент, который следовало бы отнести к технологической части. Все блокчейн-сети подразделяются на публичные и закрытые. Это деление, конечно, происходит технологически: либо характеристическое свойство «Сохраняется распределенно» обеспечивается неограниченным количеством агентов — публичный, либо их число ограничено — закрытый. Очевидно, что корпорации и государства для решения подавляющего большинства задач будут применять «закрытую» технологию, поэтому свойство распределенности будет носить в некоторой степени ограниченный характер. Мы уже говорили о том, что в целях настоящего исследования технологические множества обладают объективными характеристиками и имеют четкие границы. Характеристика, которая применяется в какой-то степени, в данном исследовании относится к экономическим множествам. Именно по этой причине разделение блокчейн-сетей на публичные и закрытые мы осуществляем в разделе экономической сущности. Причем, исходя из того, что любая расчетная единица, входящая в множество Y = , может функционировать как в закрытом, так и в открытом блокчейне, мы раскрасим все подмножества, где заштрихованная часть будет закрытый блокчейн, а пустая — открытый (рис. 8).

Таблица 3/ Table 3

Характеристические свойства множеств крипто-расчетных единиц / Characteristic properties a set of crypto units

Обязательство частного эмитента + + +

Примечание: если представленное характеристическое свойство множества присуще данному множеству, то выставляется символ «+». Если представленное характеристическое свойство множества присуще данному множеству лишь в пределах ограниченного сообщества, то выставляется символ «(+)». «[+]» — означает, что TPCC может обладать данный характеристическим свойством, но лишь в случае, если она происходит от RPCC / Note: if the presented characteristic property of the set is inherent to this set, the symbol «+» is set. If the presented characteristic property of the set is inherent to this set only within a limited community, the symbol «(+)». «[+]» Means that the TPCC may have the specified property, but only if it comes from RPCC. Источник/Source: разработано автором / developed by the author.

Таким образом, мы имеем крипто-расчетные единицы х-типа и у-типа, которые могут применяться в рамках открытого или закрытого блокчейна. В первом случае это, скорее всего, будут расчетные единицы множества РСС или RPCC (в зависимости от наличия ресурса), которые при должном признании могут получить статус множества ТРСС, т.е. войти в множество частных денег Р. В случае применения закрытого блокчейна корпорациями — это будут корпоративные РСС и ЯРСС единицы. Если же государство выступит в роли бенефициара и гаранта в отношении какой-либо расчетной единицы — эта единица попадает в множество СВСС.

Мы разобрали лишь один экономический ракурс — денежный, но прежде чем перейти к правовому определению, нужно ответить по меньшей мере на еще один важный вопрос: когда мы говорим о наличии ресурса — что же все-таки является этим ресурсом? Этот вопрос, как и, собственно, правовое определение мы разберем в следующей части исследования.

В работе проанализирован как технологический, так и экономической ракурс объекта исследования. По итогам технологической части исследования получены следующие результаты:

Рис. 8/Fig. 8. Множество «крипто-расчетные единицы» / The set of «crypto units»

Источник /Source: разработано автором / developed by the author.

• сформулированы ключевые свойства технологии блокчейн: хранение в реестре информации о движении некой расчетной единицы, хронологическая запись данных, распределенный характер;

• выявлены технологические различия между понятиями «электронная», «цифровая» и «виртуальная» учетные единицы;

• предложены определения понятий «токен» и «коин», вытекающие из их технологических характеристик.

В ходе анализа экономической сущности удалось установить основные характеристики института токенизации, а именно:

• определить обязательные признаки расчетной единицы — она стандартизирована и неизменна;

• дать определение понятию «ресурс» в контексте возможностей, закладываемых в расчетную единицу, — некое средство или возможность для осуществления чего-либо;

• сформулировать «парадокс алгоритмического гаранта» — любой неформальный институт, функционирующий на алгоритмической основе, является неформальным лишь в части взаимодействия, не отраженного в алгоритме;

• предложить классификацию цифровых денег, в которую вошли частные, фиатные (безналичные и электронные деньги) и государственная крипто-валюта;

• доказать, что подавляющие большинство частных криптовалют выполняют функции денег лишь в пределах ограниченных сообществ;

• выявить ключевое экономическое свойство цифровых расчетных единиц — возможность свободного «перехода» из одного состояния в другое.

Ключевая особенность работы заключается в том, что произведенный анализ позволил сформировать стройную классификацию расчетных единиц, построенную на характеристических свойствах выявленных множеств.

Результаты настоящего исследования могут быть использованы как база для формирования основ правового регулирования обращения цифровых расчетные единиц как на территории Российской Федерации, так и на международном уровне. Итоги дальнейшего исследования в данном направлении будут отражены во второй части работы, а именно будет представлен понятийный аппарат для отражения в правовом поле процесса токенизации экономики.

1. Эскиндаров М. А., Абрамова М. А., Масленников В. В., Амосова Н. А., Варнавский А. В., Дубова С. Е., Звоно-ва Е. А., Криворучко С. В., Лопатин В. А., Пищик В. Я., Рудакова О. С., Ручкина Г. Ф., Славин Б. Б., Федотова М. А. Направления развития финтеха в России: экспертное мнение Финансового университета. Мир новой экономики. 2018;12(2):6-23. DOI: 10.26794/2220-6469-2018-12-2-6-23

2. Бахарева Т. В. Неформальные институты как объект научного анализа. Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2012;(5):12-16.

3. Тамбовцев В. Л. Институты-как-равновесия vs институты-как-правила. Журнал экономической теории. 2013;(4):111-122.

4. Гречачин В. А. Понятие токенизации в корпусной лингвистике. Современные тенденции развития науки и технологий. 2015;(9-4):49-51.

5. Байдина О. С., Байдин Е. В. Финансовые риски: природа и взаимосвязь. Деньги и кредит. 2010;(7):29-32.

6. Свон М. Блокчейн. Схема новой экономики. Пер. с англ. М.: Олимп-Бизнес; 2015. 240 с.

7. Nakamoto S. Bitcoin: A peer-to-peer electronic cash system. 2008. URL: https://bitcoin.org/bitcoin.pdf (дата обращения: 12.09.2018).

8. Омельченко Е. Ю. Конфликт интересов при использовании криптовалют: реалии современности, учет и контроль. Транспортное дело России. 2017;(2):70-72.

9. Вахрушев Д. С., Железов О. В. Криптовалюта как феномен современной информационной экономики: проблемы теоретического осмысления. Интернет-журнал Науковедение. 2014:(5):156. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/kriptovalyuta-kak-fenomen-sovremennoy-informatsionnoy-ekonomiki-problemy-teoreticheskogo-osmysleniya (дата обращения: 09.07.2018).

10. Марамыгин М. С., Прокофьева Е. Н., Маркова А. А. Экономическая природа и проблемы использования виртуальных денег (криптовалют). Известия Уральского государственного экономического университета. 2015;(2):37-43. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ekonomicheskaya-priroda-i-problemy-ispolzovaniya-virtualnyh-deneg-kriptovalyut (дата обращения: 09.07.2018).

11. Зеленюк А. Н., Орлова Г. А., Тарановская Е. В. Новые криптовалюты в мировой экономике. Российский внешнеэкономический вестник. 2017;(8):65-79.

12. Тамбовцев В. Л. Экономическая теория неформальных институтов. М.: РГ-Пресс; 2014. 174 c.

13. Rosenfeld M. Overview of colored coins. 2012. URL: https://bitcoil.co.il/BitcoinX.pdf (дата обращения: 12.09.2018).

14. Андрюшин С.А Технология распределенных реестров в финансовой сфере России. Банковское дело. 2018;(2):4-15.

15. Шестопалова А. В. Биткоин как новый этап либерализации финансовой сферы. Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2016;9(2):22-31. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ bitkoin-kak-novyy-etap-liberalizatsii-finansovoy-sfery (дата обращения: 08.07.2018).

16. Малькова Ю. В. Феномен биткоина: регулирование финансовых рынков и прогнозы. Торговая политика. 2018;(1):89-102. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/fenomen-bit±oina-regulirovanie-finansovyh-rynkov-i-prognozy (дата обращения: 08.07.2018).

17. Дурдыева Д. А., Трапизонян А. А. Состояние криптовалютного рынка и перспективы развития биткойн. Инновационная наука. 2017;(1-1):43-47. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sostoyanie-kriptovalyutnogo-rynka-i-perspektivy-razvitiya-bitkoin (дата обращения: 08.07.2018).

18. Агеев А. И., Логинов Е. Л. Криптовалюты, рынки и институты. Экономические стратегии. 2018;20(1):94-107.

19. Тапскотт Д., Тапскотт А. Технология блокчейн. То, что движет финансовой революцией сегодня. Пер. с англ. М.: Эксмо; 2016. 448 с.

20. Колосовская Н. Н. Электронные денежные средства с точки зрения IT-технологий. Вестник Финансового университета. 2017;21(2):100-105.

21. Челноков В. А. К вопросу о сущности, функциях и роли современных денег. Деньги кредит. 2010;(5):68-70.

22. Генкин А. С. Частные деньги: осмысление роли и места в современном мире. Финансы и кредит. 2005;(29):29-33.

23. Логинов Е. А., Кузнецов В. А. К вопросу о сущности и нормативном регулировании электронных денег: зарубежный опыт. Деньги и кредит. 2016;(4):28-33.

24. Криворучко С. В., Лопатин В. А., Абрамова М. А., Шакер И. Е. Механизм оборота электронных денег: теория и практика. М.: Русайнс; 2015. 116 с.

25. Варнавский А. В., Терехова Т. Б., Бурякова А. О. О некоторых аспектах развития цифровой экономики. Мировая экономика: проблемы безопасности. 2018;(1):98-103.

1. Eskindarov M. A., Abramova M. A., Maslennikov V. V., Amosova N. A., Varnavskii A. V., Dubova S. E., Zvonova E. A., Krivoruchko S. V., Lopatin V. A., Pishchik V. Ya., Rudakova O. S., Ruchkina G. F., Slavin B. B., Fedotova M. A. Directions of FinTech development in Russia: Expert opinion of the Financial University. Mir novoi ekonomiki = The World of New Economy. 2018;12(2):6-23. DOI: 10.26794/2220-6469-2018-12-2-6-23 (In Russ.).

2. Bakhareva Т. V. Informal institutions as an object of scientific analysis. Vestnik Saratovskogo gosudarstvennogo sotsial’no-ekonomicheskogo universiteta = Vestnik of Saratov State Socio-Economic University. 2012;(5):12-16. (In Russ.).

3. Tambovtsev V. L. Institutions-as-equilibria vs institutions-as-rules. Zhurnal ekonomicheskoi teorii = Russian Journal of the Economic Theory. 2013;(4):111-122. (In Russ.).

4. Grechachin V. A. The concept of tokenization in corpus linguistics. Sovremennye tendentsii razvitiya nauki i tekhnologii. 2015;(9-4):49-51. (In Russ.).

5. Baidina O. S., Baidin E. V. Financial risks: Nature and relationship. Den’gi i kredit = Russian Journal of Money and Finance. 2010;(7):29-32. (In Russ.).

6. Swan M. Blockchain: Blueprint for a new economy. Transl. from Engl. Moscow: Olymp-Business Publ.; 2015. 240 p. (In Russ.).

7. Nakamoto S. Bitcoin: A peer-to-peer electronic cash system. 2008. URL: https://bitcoin.org/bitcoin.pdf (accessed 12.09.2018).

8. Omel’chenko E. Yu. Conflict of interest in the use of crypto-currencies: Realities of the present, accounting and control. Transportnoe delo Rossii = Transport Business of Russia. 2017;(2):70-72. (In Russ.).

9. Vakhrushev D. S., Zhelezov O. V. Cryptocurrency as a phenomenon of the modern information economy: Problems of theoretical reflection. Internet-zhurnalNaukovedenie. 2014:(5):156. URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/kriptovalyuta-kak-fenomen-sovremennoy-informatsionnoy-ekonomiki-problemy-teoreticheskogo-osmysleniya (accessed 07.09.2018). (In Russ.).

10. Maramygin M. S., Prokof’eva E.N., Markova A. A. Economic nature and problems of using virtual money (crypto-currency). Izvestiya Ural’skogo gosudarstvennogo ekonomicheskogo universiteta = Journal of the Ural State

University of Economics. 2015;(2):37-43. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ekonomicheskaya-priroda-i-problemy-ispolzovaniya-virtualnyh-deneg-kriptovalyut (accessed 09.07.2018). (In Russ.).

11. Zelenyuk A. N., Orlova G. A., Taranovskaya E. V. New crypto-currencies in the world economy. Rossiiskii vneshneekonomicheskii vestnik = Russian Foreign Economic Journal. 2017;(8):65-79. (In Russ.).

12. Tambovtsev V. L. Economic theory of informal institutions. Moscow: RG-Press; 2014. 174 p. (In Russ.).

13. Rosenfeld M. Overview of colored coins. 2012. URL: https://bitcoil.co.il/BitcoinX.pdf (accessed 12.09.2018).

14. Andryushin S. А. Distributed ledger technology in the financial sphere of Russia. Bankovskoe delo = Banking. 2018;(2):4-15. (In Russ.).

15. Shestopalova A. V. Bitcoin as a new stage of liberalization of the financial sphere. Kontury global’nykh transformatsii: politika, ekonomika, pravo = Outlines of Global Transformations: Politics, Economics, Law. 2016;9(2):22-31. URL: https://cyberleninka.ru/article/n7bitkoin-kak-novyy-etap-liberalizatsii-finansovoy-sfery (accessed 08.07.2018). (In Russ.).

16. Mal’kova Yu. V. The phenomenon of bitcoin: Regulation of financial markets and forecasts. Torgovaya politika = Trade Policy Journal. 2018;(1):89-102. URL: https://cyberleninka.m/article/n/fenomen-bitkoina-regulirovanie-finansovyh-rynkov-i-prognozy (accessed 08.07.2018). (In Russ.).

17. Durdyeva D. A., Trapizonyan A. A. The state of the crypto-currency market and prospects for the development of bitcoin. Innovatsionnaya nauka = Innovation Science. 2017;(1-1):43-47. URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/sostoyanie-kriptovalyutnogo-rynka-i-perspektivy-razvitiya-bitkoin (accessed 08.07.2018). (In Russ.).

18. Ageev A. I., Loginov E. L. Crypto-currencies, markets and institutions. Ekonomicheskie strategii = Economic Strategies. 2018;20(1):94-107. (In Russ.).

19. Tapscott D., Tapscott A. Blockchain revolution: How the technology behind bitcoin is changing money, business, and the world. Transl. from Engl. Moscow: Eksmo; 2016. 448 p. (In Russ.).

20. Kolosovskaya N. N. E-money from the technological point of view. Vestnik Finansovogo universiteta = Bulletin of the Financial University. 2017;21(2):100-105. (In Russ.).

21. Chelnokov V. A. On the issue of essence, functions and role of modern money. Den’gi i kredit = Russian Journal of Money and Finance. 2010;(5):68-70. (In Russ.).

22. Genkin A. S. Private money: Understanding the role and place in the modern world. Finansy i kredit = Finance and Credit. . 2005;(29):29-33. (In Russ.).

23. Loginov E. A., Kuznetsov V. A. On E-money essence and regulation: Foreign experience. Den’gi i kredit = Russian Journal of Money and Finance. 2016;(4):28-33. (In Russ.).

24. Krivoruchko S. V., Lopatin V. A., Abramova M. A., Shaker I. E. The mechanism of circulation of electronic money: Theory and practice. Moscow: RuScience; 2015. 116 p. (In Russ.).

25. Varnavskii A. V., Terekhova T. B., Buryakova A. O. On some aspects of the development of the digital economy. Mirovaya ekonomika: problemy bezopasnosti = World Economy: Security Problems. 2018;(1):98-103. (In Russ.).

информация об авторе

Андрей Владимирович Варнавский — кандидат экономических наук, доцент, доцент Финансового университета, заведующий блокчейн-лабораторией Института развития цифровой экономики, Финансовый университет, Москва, Россия AVVarnavskiy@fa.ru

Andrei V. Varnavskii — Cand. Sci. (Econ.), Associate Professor, Head of Blockchain Laboratory, Institute of

Digital Economy Development, Financial University, Moscow, Russia

Статья поступила 13.06.2018; принята к публикации 08.10.2018. Автор прочитал и одобрил окончательный вариант рукописи. The article was received 13.06.2018; accepted for publication 08.10.2018. The author read and approved the final version of the manuscript.

Создание токена стандарта FA 1.2

На прошлых уроках мы изучили синтаксис языка программирования LIGO и опубликовали простейший контракт в тестовой сети Tezos.

Теперь мы изучим механизм работы цифровых активов, разберемся со стандартом FA 1.2, и выпустим токен в тестовой сети.

Виды и стандарты токенов

Для начала определимся с терминами. Токенами называют два типа единиц учета: нативные токены и токены, которые выпускают смарт-контракты. Логика работы первых описана в коде протокола, а вторых — в коде смарт-контрактов (СК).

Нативные токены также называют криптовалютами. К ним относятся биткоин, Ether (ETH), Tezos (XTZ, tez), Litecoin и другие.

Токены смарт-контрактов — цифровые активы, созданные пользователями блокчейна, например USDT и DOGE на блокчейне Ethereum, kUSD — на Tezos.

В этом и следующем уроках мы будем говорить о токенах смарт-контрактов, но для простоты называть их токенами.

Мы выяснили, что логика работы токенов не описана в протоколе. Разработчики создают ее в коде смарт-контрактов: добавляют базовые функции вроде хранения балансов и передачи монет.

Так, 100 kUSD на кошельке пользователя — это запись в хранилище СК вида «Адрес TZ1 может отправить 100 токенов этого контракта». Другими словами, токены — это реестры внутри блокчейна.

Чтобы разработчики выпускали рабочие и устойчивые к атакам смарт-контракты, сообщество принимает стандарты токенов. Они содержат списки функций, необходимых для взаимодействия смарт-контракта с кошельками и блокчейн-приложениями.

Разработчики могут прописывать в смарт-контрактах дополнительные функции, например сжигание токенов. Но базовые функции стандарта обязательны.

Базовые функции стандарта FA 1.2

Стандарты Tezos называются Financial Application (FA). Два самых популярных из них:

FA 1.2 для взаимозаменяемых токенов;
FA 2 для взаимозаменяемых токенов и NFT.

На этом уроке мы рассмотрим более простой стандарт FA 1.2, а на следующем — разберемся с FA 2.

Стандарт FA 1.2 включает функции:

передача (transfer) — проведение транзакций между пользователями;
одобрение (approve) — разрешение Алисе отправить токены с адреса Боба. Позволяет контракту отправлять пользователем запросы на транзакции;
одобренное количество (getAllowance) — просмотр количества токенов, которые Алиса может отправить с адреса контракта;
баланс пользователя (getBallance) — просмотр баланса пользователя;
свободная эмиссия (getTotalSupply) — просмотр количества токенов на адресах всех пользователей.

Кроме того, контракт токена должен хранить в storage информацию о полной эмиссии и балансах пользователей, а в коде — сообщения о стандартных ошибках вроде нехватки средств.

Разработчик может включить в хранилище метаданные с названием контракта и токена, а также ссылку на его логотип.

Что такое имплементация FA 1.2

Имплементация — это рабочий продукт на основе какой-либо идеи. В случае FA 1.2 — шаблон смарт-контракта для операций с токенами.

Разработчик может скопировать имплементацию, изменить ее под свои задачи, опубликовать в блокчейне и получить работоспособный токен.

Имплементация токена FA 1.2 состоит примерно из сотни строк. Код можно разделить на восемь частей:

псевдонимы, типы данных и псевдо-точки входа;
функция getAccount, которая получает данные пользователя;
функция getAllowance, которая получает количество токенов, доступных для транзакции;
функция transfer для перевода токенов из одного адреса на другой;
функция approve, которая подтверждает право пользователя на перевод токенов;
функция getBalance, которая возвращает баланс пользователя;
функция getTotalSupply, которая возвращает количество свободных токенов;
функция main, которая принимает входящие параметры и передает их одной из предыдущих функций.

Ниже подробнее расскажем о каждой из этих частей.

Объявление псевдонимов и типов

В начале контракта нужно объявить все типы и псевдонимы, которые он будет использовать в функциях:

//объявляем псевдоним trusted типа address. Мы будем использовать его для обозначения адресов, у которых есть право отправлять токены type trusted is address; //объявляем псевдоним amt (amount) типа nat для хранения балансов type amt is nat; (* объявляем псевдоним account типа record. В нем будем хранить данные пользователей, которым можно передавать токены. *) type account is record [ balance : amt; allowances : map (trusted, amt); ] (* объявляем тип хранилища смарт-контракта. В нем хранится общее количество токенов, а также структура данных big_map, которая связывает публичные адреса и балансы пользователей *) type storage is record [ totalSupply : amt; ledger : big_map (address, account); ] (* объявляем псевдоним для метода return, который будем использовать для возвращения операций. В коротких контрактах можно обойтись без него, но в контрактах с несколькими псевдо-точками входа проще один раз прописать тип возврата и использовать его в каждой функции *) type return is list (operation) * storage (* объявляем пустой список noOperations. Его будут возвращать функции transfer и approve *) const noOperations : list (operation) = nil;

Компилятор Michelson автоматически сортирует содержимое продвинутых структур данных в алфавитном порядке. Сортировка может случайно сломать контракт. Например, если первый параметр — адрес отправителя — начинается с TZ19, а второй — адрес получателя — начинается с TZ11, компилятор поменяет их местами. В таком случае контракт попытается отправить токены не с того аккаунта.

Чтобы сохранить нужный порядок параметров, разработчики записывают важные структуры данных в типе michelson_pair. Такая структура включает два аргумента и их названия, например, два адреса: sender и receiver. Компилятор переносит в код на Michelson значения michelson_pair без сортировки.

(* объявляем псевдонимы входящих параметров для каждой базовой функции FA 1.2. *) // функция transfer получает на вход адрес отправителя, адрес получателя и сумму транзакции type transferParams is michelson_pair(address, "from", michelson_pair(address, "to", amt, "value"), "") // approve получает адрес пользователя и количество токенов, которые он может отправить с баланса смарт-контракта type approveParams is michelson_pair(trusted, "spender", amt, "value") // getBallance получает адрес пользователя и прокси-контракта, которому она отправит данные о балансе type balanceParams is michelson_pair(address, "owner", contract(amt), "") // getAllowance получает адрес пользователя, данные его аккаунта в смарт-контракте и прокси-контракт type allowanceParams is michelson_pair(michelson_pair(address, "owner", trusted, "spender"), "", contract(amt), "") // totalSupply не использует michelson_pair, потому что первый входящий параметр — пустое значение unit — и так окажется первым после сортировки компилятора Michelson type totalSupplyParams is (unit * contract(amt)) (* объявляем псевдо-точки входа: даем название и присваиваем им тип параметров, которые описали выше*) type entryAction is | Transfer of transferParams | Approve of approveParams | GetBalance of balanceParams | GetAllowance of allowanceParams | GetTotalSupply of totalSupplyParams

Функция getAccount получает входящий параметр типа address и значение storage из смарт-контракта:

function getAccount (const addr : address; const s : storage) : account is block  // присваиваем переменной acct значение типа account: нулевой баланс и пустую запись allowances var acct : account := record [ balance = 0n; allowances = (map [] : map (address, amt)); ]; (* проверяем, есть ли в хранилище аккаунт пользователя. Если нет — оставляем в acct пустое значение из предыдущего блока. Если есть — присваиваем переменной acct значение из хранилища. Функция возвращает значение acct *) case s.ledger[addr] of None -> skip | Some(instance) -> acct := instance end; > with acct

Функция getAllowance спрашивает у пользователя, сколько токенов он разрешает перевести на другой адрес. Она получает адрес пользователя, адрес контракта (spender) и состояние хранилища, а возвращает аргумент amt — количество токенов разрешенных для расходования:

function getAllowance (const ownerAccount : account; const spender : address; const s : storage) : amt is (* если пользователь разрешил отправить некоторое количество токенов, функция присваивает это количество переменной amt. Если не разрешил — количество токенов равняется нулю *) case ownerAccount.allowances[spender] of Some (amt) -> amt | None -> 0n end;

Функция transfer получает от пользователя адреса отправителя и получателя, количество токенов для перевода и состояние хранилища:

function transfer (const from_ : address; const to_ : address; const value : amt; var s : storage) : return is block  (* вызываем функцию getAccount, чтобы присвоить переменной senderAccount данные аккаунта пользователя. Затем мы используем senderAccount, чтобы считывать баланс пользователя и разрешения *) var senderAccount : account := getAccount(from_, s); (* проверяем, достаточно ли у пользователя средств для перевода. Если нет — виртуальная машина прерывает исполнение контракта, если достаточно — продолжает исполнять контракт *) if senderAccount.balance  value then failwith("NotEnoughBalance") else skip; (* проверяем, может ли адрес-инициатор транзакции отправить токены. Если он запрашивает перевод из чужого адреса, функция запрашивает разрешение у настоящего владельца. Если инициатор и отправитель — один адрес, виртуальная машина продолжает исполнять контракт *) if from_ =/= Tezos.sender then block  (* вызываем функцию getAllowance, чтобы владелец адреса-отправителя указал, сколько токенов он разрешает отправить. Присваиваем это значение константе spenderAllowance *) const spenderAllowance : amt = getAllowance(senderAccount, Tezos.sender, s); (* если владелец разрешил отправить меньше токенов, чем указано во входящем параметре, виртуальная машина прекратит исполнять контракт *) if spenderAllowance  value then failwith("NotEnoughAllowance") else skip; (* отнимаем от разрешенного для отправки количества токенов сумму транзакции *) senderAccount.allowances[Tezos.sender] := abs(spenderAllowance - value); > else skip; (* отнимаем от баланса адреса-отправителя количество отправленных токенов *) senderAccount.balance := abs(senderAccount.balance - value); (* обновляем запись о балансе отправителя в storage *) s.ledger[from_] := senderAccount; (* еще раз вызываем функцию getAccount, чтобы получить или создать запись аккаунта для адреса-получателя *) var destAccount : account := getAccount(to_, s); (* добавляем к балансу получателя количество отправленных токенов *) destAccount.balance := destAccount.balance + value; (* обновляем запись о балансе получателя в storage *) s.ledger[to_] := destAccount; > // возвращаем пустой список операций и состояние storage после исполнения функции with (noOperations, s)

Функция approve запрашивает подтверждение количества токенов, которое spender-адрес может отправить с sender-адреса. Пример использования: блокчейн-приложение (spender) запрашивает у пользователя (sender) разрешение на отправку токенов.

Эта функция подвержена атаке опережающего расходования. Например, sender снижает количество разрешенных для отправки токенов с 20 до 10. Spender узнает об этом и создает транзакцию с расходованием 20 токенов. Он платит повышенную комиссию, чтобы транзакция с тратой попала в блок раньше, чем транзакция со сменой разрешений.

Spender получает 20 токенов и дожидается смены разрешения. После этого он создает еще одну транзакцию — на отправку 10 токенов. Функция разрешает отправку. В результате spender отправляет с sender-адреса 30 токенов вместо разрешенных 10.

Чтобы избежать подобной ситуации, разработчики реализуют в approve задержку смены разрешения. Если разрешенное количество токенов больше нуля, его можно изменить только на нуль, а если равно нулю — его можно изменить на натуральное число. В таком случае spender-адрес не может потратить токены дважды.

function approve (const spender : address; const value : amt; var s : storage) : return is block  (* получаем данные аккаунта пользователя *) var senderAccount : account := getAccount(Tezos.sender, s); (* получаем текущее количество токенов, которое пользователь разрешил отправить *) const spenderAllowance : amt = getAllowance(senderAccount, spender, s); if spenderAllowance > 0n and value > 0n then failwith("UnsafeAllowanceChange") else skip; (* вносим в данные аккаунта новое разрешенное количество токенов для расходования *) senderAccount.allowances[spender] := value; (* обновляем хранилище смарт-контракта *) s.ledger[Tezos.sender] := senderAccount; > with (noOperations, s)

Функции getBalance, getAllowance и getTotalSupply относятся к обзорным (view). Они возвращают запрашиваемое значение не пользователю, а специальному промежуточному контракту (proxy-contract). Последний позволяет приложениям получать данные от пользовательских контрактов и отображать их в интерфейсе.

Функция getBalance возвращает значение баланса заданного адреса:

function getBalance (const owner : address; const contr : contract(amt); var s : storage) : return is block  //присваиваем константе ownerAccount данные аккаунта const ownerAccount : account = getAccount(owner, s); > //возвращаем промежуточному контракту баланс аккаунта with (list [transaction(ownerAccount.balance, 0tz, contr)], s)

Функция getAllowance возвращает количество разрешенных для расходования токенов запрашиваемого аккаунта:

function getAllowance (const owner : address; const spender : address; const contr : contract(amt); var s : storage) : return is block  //получаем данные аккаунта, а из них — количество разрешенных для расходования токенов const ownerAccount : account = getAccount(owner, s); const spenderAllowance : amt = getAllowance(ownerAccount, spender, s); > with (list [transaction(spenderAllowance, 0tz, contr)], s)

Функция getTotalSupply возвращает количество токенов на балансах всех пользователей:

function getTotalSupply (const contr : contract(amt); var s : storage) : return is block  skip > with (list [transaction(s.totalSupply, 0tz, contr)], s)

Главная функция принимает название псевдо-точки входа и ее параметры:

function main (const action : entryAction; var s : storage) : return is block  skip > with case action of | Transfer(params) -> transfer(params.0, params.1.0, params.1.1, s) | Approve(params) -> approve(params.0, params.1, s) | GetBalance(params) -> getBalance(params.0, params.1, s) | GetAllowance(params) -> getAllowance(params.0.0, params.0.1, params.1, s) | GetTotalSupply(params) -> getTotalSupply(params.1, s) end;

Готовим смарт-контракт токена к публикации

Чтобы не тратить время на добавление Taquito и создание файлов проекта, воспользуемся папкой taq-test из прошлого урока.

Запустите редактор VS Code. Создайте в папке taq-test папку token, а в ней — файл token.ligo. Скопируйте в файл код токена.

//объявляем псевдоним trusted типа address. Мы будем использовать его для обозначения адресов, которые могут пересылать токены с контракта type trusted is address; //объявляем псевдоним amt (amount) типа nat для хранения балансов type amt is nat; (* объявляем псевдоним account типа record. В нем будем хранить данные пользователей, которым можно передавать токены. *) type account is record [ balance : amt; allowances : map (trusted, amt); ] (* объявляем тип хранилища смарт-контракта. Он хранит общее количество токенов, а также big_map, который связывает публичные адреса и данные account пользователей *) type storage is record [ totalSupply : amt; ledger : big_map (address, account); ] (* объявляем псевдоним для метода return, который будем использовать для возвращения операций. В коротких контрактах можно обойтись без него. Но в контрактах с несколькими псевдо-точками входа проще один раз прописать тип возврата и использовать его для каждой функции *) type return is list (operation) * storage (* объявляем пустой список noOperations. Его будет возвращать метод return *) const noOperations : list (operation) = nil; (* объявляем псевдонимы входящих параметров для каждой базовой функции FA1.2 *) type transferParams is michelson_pair(address, "from", michelson_pair(address, "to", amt, "value"), "") type approveParams is michelson_pair(trusted, "spender", amt, "value") type balanceParams is michelson_pair(address, "owner", contract(amt), "") type allowanceParams is michelson_pair(michelson_pair(address, "owner", trusted, "spender"), "", contract(amt), "") type totalSupplyParams is (unit * contract(amt)) (* псевдо-точки входа *) type entryAction is | Transfer of transferParams | Approve of approveParams | GetBalance of balanceParams | GetAllowance of allowanceParams | GetTotalSupply of totalSupplyParams (* функция getAccount получает входящий параметр типа address и значение storage из смарт-контракта. Это функция-помощник: ее вызывают другие функции контракта для получения данных о пользователе, а пользователь не может вызвать ее напрямую *) function getAccount (const addr : address; const s : storage) : account is block  // присваиваем переменной acct значение типа account: нулевой баланс и пустую запись allowances var acct : account := record [ balance = 0n; allowances = (map [] : map (address, amt)); ]; (* проверяем, есть ли в хранилище аккаунт пользователя. Если нет — оставляем в acct пустое значение из предыдущего блоа. Если есть — присваиваем его переменной acct. Функция возвращает запись acct *) case s.ledger[addr] of None -> skip | Some(instance) -> acct := instance end; > with acct (* getAllowance запрашивает у пользователя разрешение отрпавить токены из его адреса. Она получает адрес пользователя, адрес контракта spender и состояние хранилища *) function getAllowance (const ownerAccount : account; const spender : address; const _s : storage) : amt is (* если пользователь разрешил отправить некоторое количество токенов, функция присваивает это количество переменной amt. Если не разрешил — количество токенов равняется нулю *) case ownerAccount.allowances[spender] of Some (amt) -> amt | None -> 0n end; (* Функция Transfer получает от пользователя адреса отправителя и получателя, количество токенов для перевода и состояние хранилища *) function transfer (const from_ : address; const to_ : address; const value : amt; var s : storage) : return is block  (* вызываем фукнцию getAccount, чтобы присвоить ей данные аккаунта пользователя. Затем мы используем senderAccount чтобы считывать баланс пользователя и разрешения *) var senderAccount : account := getAccount(from_, s); (* проверяем, есть ли у пользователя достаточно средств для перевода. Если нет — виртуальная машина прерывает исполнение контракта, если есть — продолжает исполнять контракт *) if senderAccount.balance  value then failwith("NotEnoughBalance") else skip; (* проверяем, может ли адрес-инициатор транзакции отправить токены. Если адрес-инициатор запрашивает перевод из чужого адреса, функция запрашивает разрешение у настоящего владельца. Если инциатор и отправитель — один адрес, виртуальная машина продолжает исполнять контракт *) if from_ =/= Tezos.sender then block  (* вызываем функцию getAllowance, чтобы владелец адреса-отправителя указал, сколько токенов он разрешает отправить. Присваиваем это значение константе spenderAllowance *) const spenderAllowance : amt = getAllowance(senderAccount, Tezos.sender, s); (* если владелец разрешил отправить меньше токенов, чем указано во входящем параметре, виртуальная машина прекратит исполнять контракт *) if spenderAllowance  value then failwith("NotEnoughAllowance") else skip; (* отнимаем от разрешенного для отправки количества токенов сумму транзакции *) senderAccount.allowances[Tezos.sender] := abs(spenderAllowance - value); > else skip; (* отнимаем от баланса адреса-отправителя количество отправленных токенов *) senderAccount.balance := abs(senderAccount.balance - value); (* обновляем запись о балансе отправителя в storage *) s.ledger[from_] := senderAccount; (* еще раз вызываем функцию getAccount, чтобы получить или создать запись аккаунта для адреса-получателя *) var destAccount : account := getAccount(to_, s); (* добавляем к балансу получателя количество отправленных токенов *) destAccount.balance := destAccount.balance + value; (* обновляем запись о балансе получателя в storage *) s.ledger[to_] := destAccount; > // возвращаем пустой список операций и состояние storage после исполнения функции with (noOperations, s) (* функция Approve запрашивает подверждение на количество токенов, которое адрес-ицинатор может отправить из адреса пользователей *) function approve (const spender : address; const value : amt; var s : storage) : return is block  (* получаем данные аккаунта-иницатора *) var senderAccount : account := getAccount(Tezos.sender, s); (* получаем текущее количество токенов, которое пользователь разрешил отправить *) const spenderAllowance : amt = getAllowance(senderAccount, spender, s); (* защищаем контракт от атаки с опережающим расходованием. Допустим, пользователь изменяет разрешенное количество токенов для отправки с 20 до 10. Владелец адреса-инициатора может об этом узнать и создать транзакцию с расходованием 20 токенов. Если он оплатит повышеннуюю комиссию, то эта транзакция попадет в блок раньше, чем пользователь изменит разрешенное количество токенов. По обновлении разрешения владелец адреса-инициатора создаст еще одну транзакцию на 10 токенов. В результате он отправит из адреса пользователя 30 токенов вместо 10. Чтобы такого не случилось, разработчики добавляют эту защиту *) (* если старое разрешенное количество токенов для расходования больше нуля, его можно изменить только на ноль. Если оно равно нулю, его можно изменить на другое натуральное число *) if spenderAllowance > 0n and value > 0n then failwith("UnsafeAllowanceChange") else skip; (* вносим в данные аккаунта новое разрешенное количество токенов для расходывания *) senderAccount.allowances[spender] := value; (* обновляем хранилище смарт-контракта *) s.ledger[Tezos.sender] := senderAccount; > with (noOperations, s) (* Функции getBalance, getAllowance и getTotalSupply относятся к обзорным (view). Они возвращают запрашиваемое значение не пользователю, а специальному промежуточному контракту (proxy-contract). Во входящих параметрах для вызова этих функций пользователь должен указать адрес промежуточного контракта *) (* Функция getBallance возвращает значение баланса заданного адреса *) function getBalance (const owner : address; const contr : contract(amt); var s : storage) : return is block  //присваиваем константе ownerAccaunt данные аккаунта const ownerAccount : account = getAccount(owner, s); > //возвращаем промежуточному контракту баланс аккаунта with (list [transaction(ownerAccount.balance, 0tz, contr)], s) (* Функция getAllowance возвращает количество разрешенных для расходования токенов запрашиваемого аккаунта *) function getAllowance (const owner : address; const spender : address; const contr : contract(amt); var s : storage) : return is block  //получаем данные аккаунта, а из них — количество разрешенных для расходования токенов const ownerAccount : account = getAccount(owner, s); const spenderAllowance : amt = getAllowance(ownerAccount, spender, s); > with (list [transaction(spenderAllowance, 0tz, contr)], s) (* Функция getTotalSupply возвращает количество токенов на балансах всех пользователей *) function getTotalSupply (const contr : contract(amt); var s : storage) : return is block  skip > with (list [transaction(s.totalSupply, 0tz, contr)], s) (* Главная функция принимает название псевдо-точки входа и ее параметры *) function main (const action : entryAction; var s : storage) : return is block  skip > with case action of | Transfer(params) -> transfer(params.0, params.1.0, params.1.1, s) | Approve(params) -> approve(params.0, params.1, s) | GetBalance(params) -> getBalance(params.0, params.1, s) | GetAllowance(params) -> getAllowance(params.0.0, params.0.1, params.1, s) | GetTotalSupply(params) -> getTotalSupply(params.1, s) end;

Код на LIGO нужно скомпилировать в Michelson, чтобы виртуальная машина Tezos могла его исполнить. На прошлом уроке мы вставили код контракта из двух строчек напрямую в скрипт развертывания. Код токена включает 200 строк, поэтому лучше сохранить его отдельным файлом и импортировать в скрипт с помощью команды import.

Откройте онлайн-среду LIGO и вставьте код токена в поле редактора. В выпадающем списке выберите пункт Compile Contract и поставьте галочку в поле Output Michelson in JSON format. Нажмите кнопку Run. Компилятор выдаст готовый код под полем редактора.

Создайте в папке token файл token.json и вставьте в него JSON-код.

На прошлом уроке мы вписали в скрипт deploy.ts данные тестового аккаунта и настроили RPC-ссылку публичного узла тестовой сети Tezos. Мы можем использовать этот код для публикации токена.

Создайте в папке taq-test файл token-deploy.ts и вставьте в него код из deploy.ts. Затем его нужно доработать: добавить метод file sync для чтения других файлов, импортировать код контракта и указать начальное состояние хранилища.

После методов import добавьте метод file sync и константу Tezos для вызова методов Taquito:

const fs = require('fs') const  Tezos > = require('@taquito/taquito')

Замените метод try. После этого задайте исходное состояние хранилища — общее количество токенов и баланс пользователя:

try  const op = await tezos.contract.originate( // считываем код из файла token.json code: JSON.parse(fs.readFileSync("./token.json").toString()), // задаем состояние хранилища на языке Michelson. Замените оба адреса на адрес своего аккаунта в тестовой сети, // а числа — на количество токенов, которое вы хотите выпустить init: '(Pair < Elt "tz1imn4fjJFwmNaiEWnAGdRrRHxzxrBdKafZ" (Pair < Elt "tz1imn4fjJFwmNaiEWnAGdRrRHxzxrBdKafZ" 1000 >1000) > 1000)', >)

Готовый код выглядит так:

import  TezosToolkit > from '@taquito/taquito' import  importKey > from '@taquito/signer' const  Tezos > = require('@taquito/taquito') const fs = require('fs') const provider = 'https://florencenet.api.tez.ie' async function deploy()  const tezos = new TezosToolkit(provider) await importKey( tezos, 'hoqfgsoy.qyisbhtk@tezos.example.org', //почта 'ZnnZLS0v6O', //пароль [ 'able', //мнемоника 'public', 'usual', 'hello', 'october', 'owner', 'essence', 'old', 'author', 'original', 'various', 'gossip', 'core', 'high', 'hire', ].join(' '), '2bed8dc244ee43a1e737096c4723263c269049d8' //приватный ключ ) try  const op = await tezos.contract.originate( // считываем код из файла token.json code: JSON.parse(fs.readFileSync('./token.json').toString()), // задаем состояние хранилища на языке Michelson. Замените оба адреса на адрес своего аккаунта в тестовой сети, // а числа — на количество токенов, которое вы хотите выпустить init: '(Pair < Elt "tz1imn4fjJFwmNaiEWnAGdRrRHxzxrBdKafZ" (Pair < Elt "tz1imn4fjJFwmNaiEWnAGdRrRHxzxrBdKafZ" 1000 >1000) > 1000)', >) //начало развертывания console.log('Awaiting confirmation. ') const contract = await op.contract() //отчет о развертывании: количество использованного газа, значение хранилища console.log('Gas Used', op.consumedGas) console.log('Storage', await contract.storage()) //хеш операции, по которому можно найти контракт в блокчейн-обозревателе console.log('Operation hash:', op.hash) > catch (ex)  console.error(ex) > > deploy()

Откройте терминал и выполните команду npx ts-node token-deploy.ts. Через несколько минут Taquito опубликует контракт токена в тестовой сети и выдаст хеш операции.

Найдите ее в florence.tzstats и проверьте состояние хранилища контракта. У нас в нем записана тысяча токенов, у вас — ваше количество.

В поле Bigmap находятся записи об адресах владельцев токенов. При публикации контракта мы выпустили все токены на тестовый адрес.

Отправляем токены с помощью Taquito

Помните, как мы добавили число в хранилище контракта с помощью Taquito? Теперь усложним задачу: вызовем функцию transfer и передадим токены другому пользователю.

Установите кошелек Tezos и создайте аккаунт, если не сделали это на прошлом уроке. Мы рекомендуем Temple Wallet, потому что он из коробки поддерживает тестовые сети Tezos.

Откройте VS Code и создайте файл token-transfer.ts. Вставьте в него код:

//импортируем методы Taquito и файл с данными тестового аккаунта acc.json import  TezosToolkit > from '@taquito/taquito' import  InMemorySigner > from '@taquito/signer' const acc = require('./acc.json') export class token_transfer  // настраиваем ссылку на публичный узел тестовой сети private tezos: TezosToolkit rpcUrl: string constructor(rpcUrl: string)  this.tezos = new TezosToolkit(rpcUrl) this.rpcUrl = rpcUrl //считываем почту, пароль и мнемоническую фразу, из которой можно получить приватный ключ this.tezos.setSignerProvider(InMemorySigner.fromFundraiser(acc.email, acc.password, acc.mnemonic.join(' '))) > // объявляем метод transfer, который принимает параметры: // // 1) contract — адрес контракта; // 2) sender — адрес отправителя; // 3) receiver — адрес получателя; // 4) amount — количество токенов для отправки. public transfer(contract: string, sender: string, receiver: string, amount: number)  this.tezos.contract .at(contract) //обращаемся к контракту по адресу .then((contract) =>  console.log(`Sending $amount> from $sender> to $receiver>. `) //обращаемся к точке входа transfer, передаем ей адреса отправителя и получателя, а также количество токенов для отправки. return contract.methods.transfer(sender, receiver, amount).send() >) .then((op) =>  console.log(`Awaiting for $op.hash> to be confirmed. `) return op.confirmation(1).then(() => op.hash) //ждем одно подтверждение сети >) .then((hash) => console.log(`Hash: https://florence.tzstats.com/$hash>`)) //получаем хеш операции .catch((error) => console.log(`Error: $JSON.stringify(error, null, 2)>`)) > >

Теперь создайте файл transfer.ts и вставьте в него код:

import  token_transfer > from './token-transfer' const RPC_URL = 'https://florencenet.api.tez.ie' const CONTRACT = 'KT1DUdLarKFG9tmA4uZCgbiHv5SJA9oUBw8G' //адрес опубликованного контракта const SENDER = 'tz1imn4fjJFwmNaiEWnAGdRrRHxzxrBdKafZ' //публичный адрес отправителя — возьмите его из acc.json const RECEIVER = 'tz1UEQzJbuaGJgwvkekk6HwGwaKvjZ7rr9v4' //публичный адрес получателя — возьмите его из кошелька Tezos, который вы создали const AMOUNT = 3 //количество токенов для отправки. Можете ввести другое число new token_transfer(RPC_URL).transfer(CONTRACT, SENDER, RECEIVER, AMOUNT)

Откройте консоль и выполните команду npx ts-node transfer.ts. Подождите, пока консоль вернет хеш операции.

Теперь откройте кошелек Temple Wallet. Нажмите на кнопку Tezos Mainnet в верхней части окна и выберите пункт Florence Testnet в выпадающем списке.

Кошелек выглядит пустым, но на самом деле токены уже пришли на ваш адрес. Temple не видит токены, потому что в коде контракта нет метаданных с названием и другими параметрами. Метаданные — тема следующего урока. Но сейчас мы можем добавить их вручную и увидеть токены на кошельке.

Скопируйте адрес контракта токена из файла transfer.ts. Откройте Temple Wallet и нажмите кнопку Manage справа от поля Search Assets, а затем — кнопку Add Token.

Temple откроет браузер с вкладкой, на которой можно добавить токен вручную. Выберите стандарт FA 1.2 в выпадающем списке Token type, а затем вставьте адрес смарт-контракта в поле Address.

Заполните данные о токене: тикер, описание, число знаков после запятой и ссылку на логотип. Пишите, что нравится, но оставьте значение «0» в поле Decimals. Нажмите кнопку Add Token, чтобы добавить в кошелек токен с заданными настройками.

Готово! Теперь Temple Wallet отображает ваш токен. Он подхватил точки входа FA 1.2, а значит вы можете просматривать баланс и отправлять токены из интерфейса кошелька. Однако получателю придется вручную настраивать метаданные, чтобы увидеть перевод.

На следующем уроке мы разберемся с метаданными и опубликуем полноценный токен, который кошельки будут видеть сразу. А еще выпустим NFT стандарта FA 2.

Подбиваем итоги

Токены — это записи в хранилище смарт-контрактов вроде «Адресу TZ1 принадлежит 1000 монет». Передача токенов происходит так:

Пользователь или приложение вызывает смарт-контракт.
Смарт-контракт проверяет, может ли пользователь отправить токены.
Смарт-контракт обновляет записи о балансах пользователей: уменьшает количество токенов отправителя на сумму перевода, а затем добавляет ее к балансу получателя.

Разработчики протокола создают стандарты, которые описывают основные функции токенов: хранение записей о пользователях, проверку балансов и проведение транзакций. В Tezos два популярных стандарта: FA 1.2 для взаимозаменяемых активов и FA 2 для NFT.

Разработчики могут писать смарт-контракты токенов с нуля или использовать имплементации — шаблоны с базовыми функциями. Продвинутые механизмы вроде выпуска и сжигания токенов нужно создавать самостоятельно.

Автор — Павел Скоропляс
Продюсер — Светлана Коваль
Стили — Дмитрий Бойко
Иллюстрации — Кшиштоф Шпак
Верстка — Зара Аракелян
Разработка — Александр Пупко
Руководитель — Влад Лихута

Token consumed что это в реестре

Токен и криптовалюта в значении, определенном декретом №8: отдельные проблемы правоприменения Текст научной статьи по специальности «Право»

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Гладкая Екатерина Николаевна

TOKEN AND CRYPTOCURRENCY IN THE MEANING DEFINED BY THE DECREE No.8: CERTAIN PROBLEMS OF LAW ENFORCEMENT

Текст научной работы на тему «Токен и криптовалюта в значении, определенном декретом №8: отдельные проблемы правоприменения»

Токен или криптовалюта: технологическое содержание и экономическая сущность Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Варнавский Андрей Владимирович

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Варнавский Андрей Владимирович

Token Money or Cryptocurrency: Technological Content and Economic Essence

Текст научной работы на тему «Токен или криптовалюта: технологическое содержание и экономическая сущность»

Создание токена стандарта FA 1.2

Виды и стандарты токенов

Базовые функции стандарта FA 1.2

Что такое имплементация FA 1.2

Объявление псевдонимов и типов

Готовим смарт-контракт токена к публикации

Отправляем токены с помощью Taquito

Подбиваем итоги

Добавить комментарий Отменить ответ